Хранители Сердца

— Но ты выучен как они — наверняка из выпускников Тенеура. — выдал мужчина в красном полинявшем сюртуке.
— А значит знатный и умный. Чего тебе среди нас делать? — спросил некрасивый.
— Я не привык разговаривать на возвышенные темы. — признался Влад.
— Да ты вообще неразговорчив.
— В рядах аристократов неразговорчивость граничит с тупостью. — отвечал Влад и вдруг хлебнул настойки из кружки, сморщился, вызвав смешки.
— И всё же почему ты здесь? — спросил полинявший сюртук.
Влад сам не понял, как заговорил, но ему показалось, что именно здесь, именно эти люди его не осудят.
— Я, как и вы, служил в Замке. — начал он. — Я делал своё дело, не задумываясь о том, кому причиняю вред и как это отражается на других. Это позволило мне подняться довольно высоко по службе. Но однажды это слепое подчинение навредило девушке, которая мне очень дорога.
Парни понимающе переглянулись. Из-за того ли, что речь шла о девушке, или потому что ситуация у них была схожа — не важно. Главное, что Влад оказался понят.
— Сейчас она лечится. Всё не так плохо, как вы могли подумать. Но меня мучает тот факт, что единственная душа, верившая в меня, пострадала из-за моей слепоты. — признался Влад. — Здесь я пытаюсь исправить содеянное.
— Попытайся. — кивнул некрасивый.
Влад улыбнулся как-то криво и поднявшись на ноги зашагал к шатру с Мариной.
Через несколько часов он в числе магов шагал по внутреннему двору Замка. Со всех сторон слышались крики, стоны. Стражи замка, не ведавшие о нападении и полностью шокированные тем, что щит пал не знали, что делать. Командовать стражей было некому. Единственный, кто мог тут навести порядок — это Барс. А его не было. Главные стражи пытались переформировать ряды, сделать хоть что-нибудь, были не в силах.
Стража, привыкшая к полной безопасности под куполом не имела при себе даже оружия. А если учесть, что вся стража — это отчисленные ученики Тенеура, то было понятно, от чего они так тушевались при виде артефакторного оружия. Они привыкли гонять бедных, слабых нищих. А не магов-аристократов, которые шли в первых рядах и разъярённых ополченцев с оружием, сила которого выносила одного стража за другим.
Но дело было даже не в злости и отверженности народа. Дело было в том, что Стражи замка оказалось в пять раз меньше. Топа ополчения просто сбивала их с ног, топтала и шла дальше. Марина шла в первых рядах, стихией она отбрасывала в стороны всех, кто попадался ей на пути. Самому Владу, напросившемуся идти поближе к Темнолюбовым даже делать было нечего. Он лишь иногда сметал со своей дороги ненужных людей и прикрывал щитами людей.
Клокочущая толпа ополченцев с криками и победоносными улюлюканьями шагала вперёд, сметая всё на своём пути. Поэтому, когда кто-то из старших стражей замка вывел перед воротами замка учеников Тенеура Марина лишь рассмеялась и велела магам разделаться с ними. Юные маги стушевавшись от такой толпы и вместо того, чтобы защищать замок, стали искать место где можно спрятаться.
Замок пал, но ополчение ещё не встретило на своём пути Повелителя.
 
*****
 
Думов много лет наблюдал за жизнью Цеты из окна своей маленькой комнатки, во флигели замка. Флигель был пристройкой к заброшенной астрономической башне, и его старая крыша находилась выше уровня башен замка. Флигелёк был маленький, скромный, осенью от обилия дождей протекал, а зимой маленькая убогая печка не могла спасти от холода. Барс помнил те дни, когда он только поселился здесь. Без магии и денег, зато с кучей бесполезных мечт и идей. Первые дни его захватывали, но как только пришла зима он не знал куда деть себя от холода. Старенькое потрёпанное шерстяное одеяльце, выданное комендантом с некоторым презрением и недовольством, не спасало от холода, а огонь в печке постоянно гас от сквозняка. Думову повезло родится контэ с хорошим иммунитетом и горячей кровью, он тогда не мог жаловаться на своё жильё. Боялся, что его отправят обратно в подземелье. Здесь в полном одиночестве, холоде и мерзлоте, среди завывающих ветров и сквозняков он чувствовал себя защищённым. Это был его первый дом. Пусть неказистый, но маленький Барс чувствовал себя здесь в безопасности. Послужили тому ветра или высота, которые так нравились всем магам воздуха, однако это было единственное место, где он снимал маску и защитную броню.
Первое заклинание для любого мага — как первый поцелую, для юной барышни. Запоминается на всю жизнь. Барс первым делом занялся починкой крыши и утеплением стен. И вот во флигельке уже было не так сыро и холодно, а жизнь с приходом магии налаживалась.
Знал ли Барс в те холодные ночи, что через десяток лет будет наблюдать с высоты этого флигеля, как с подачи его руки стража замка схлестнётся в неравной схватке с ополченцами? Знали ли он что из маленького трусливого котёнка превратится в умелого кукловода? Знали ли, что Николас, которого он так сильно ненавидел будет лишь марионеткой в его руках, а его мать — женщина которую он боялся больше Повелителя Теней, будет ему настолько безразлична, что даже желание мстить отпадёт? Наверное нет. В маленьком Барсе не было злости, хотя всё к тому располагало.
Думов посмотрел в зеркало, висящее на стене. В большой старой раме, принесённой из какого-то заброшенного лекционного зала. Барс и сам не знал, зачем притащил его сюда несколько лет тому назад. Он сам удивился, увидев на собственном лице мертвенное спокойствие и меланхоличный расчёт. Его не волновали смерти людей внизу, не волновали козни, которые против него наверняка начнут строить сразу же после победы. Его не волновало ничего. Он был так уверен в себе, что не задумывался о собственных решениях.
А о чём, собственно говоря, ему думать? Он всё решил для себя уже давно. Ещё в тот вечер, когда сидел в комнате в Старофинне и создавал для Дарины ловец снов. Он уже перешагнул ту черту, которая заставляла его дрожать от страха.
Ничего нового он не увидел, тяжело вздохнул и с некоторым удовольствие стал наблюдать за тем, как разнеженные стражи не могли сдержать натиск ополчения. Площадь перед главными дверями замка заполняла разномастная толпа угнетённых людей, магов, и прочих противников Повелителя Теней. Чёрно-красных мундиров было всё меньше и меньше, он отступали, отступали и отступали сами не зная куда. Ополченцы загнали всех стражей замка в главную башню. Внизу всё чаще раздавались не только звуки бойни, но и звуки победы счастливых людей. Ярость, которая кипела в них, недовольство и чувство ненужности выплеснулось волной. Они сражались так, как люди, которым уже нечего терять, как люди, которые уже от боялись своё. И теперь пришли взят то, что было их по праву. Чувства толпы полностью отражались в их негласном лидере.
— Почему ты ничего не делаешь? — раздался грозный топот за спиной. Старик Повелитель весь в мыле и ужасе, с глазами, полными отчаяния и страха в бежал в маленькую комнатку Барса. Внимательно оглядел его. Спокойного, уверенного, неколебимого, сидящего на окне и внимательно наблюдающего за все тем, что творилось на площади.