Роковой романтизм. Эпоха демонов

 
Маркиз де Сад
Философ маркиз де Сад — а безумный маркиз, несомненно, был философом — отрицал все нормы морали и нравственности, мешавшие, на его взгляд, получению удовольствий. Этот эротоман, вне своих плотских слабостей, был человеком с большим вкусом, недюжинным умом, элегантным и общительным.
С легкой руки австрийского психиатра Рихарда фон Крафт-Эбинга, изучавшего труды маркиза, его фамилия дала название термину «садизм». Сначала словом «садизм» называли получение сексуального удовлетворения посредством причинения физических или моральных страданий партнеру. Позднее термин получил широкое употребление и стал обозначать желание намеренно причинить боль другому живому существу.
Донасьен Альфонс Франсуа де Сад родился в Париже 2 июня 1740 года. Семья его принадлежала к древнему и знаменитому аристократическому роду. Прадеды Донасьена носили графский титул, что свидетельствовало о принадлежности их к королевским должностным лицам, а дед первым получил титул маркиза. Отец мальчика предпочитал подписываться как граф де Сад. Кстати, к славному роду де Садов принадлежала и Лаура де Нов, которой посвящал свои стихотворения великий Петрарка. Но родившись в богатой и столь знатной аристократической семье, молодой человек поддерживал революционеров и даже отказался от дворянских титулов.
Перу маркиза де Сада принадлежат 14 романов, 6 исторических трудов, тексты которых утеряны, 2 эссе, 18 пьес и 9 политических памфлетов. В память об эксцентричном философе и писателе снято 9 фильмов и написано 12 произведений других авторов. Лейтмотивом всех работ маркиза де Сада стало полное отрицание норм морали, нравственности и религии. Человек, по его мнению, становится собой, только освободившись от моральных догм. И это — единственный путь к счастью и безграничному наслаждению. Но не только в книгах безумный маркиз проводил свои эксперименты над человеческой природой. Он и в жизни не отличался сдержанностью. Его экстравагантное поведение граничило с откровенным преступлением. Для примера рассмотрим знаменитое дело Розы Келлер.
Сохранив и после своей женитьбы «маленький домик» в Аркюэле, маркиз возил туда не только актрис Большой оперы и Французской комедии, принадлежавших, так сказать, к аристократии порока, но и менее известных, менее элегантных женщин, парижских горожанок, желавших вкусить мимоходом запретный плод, светских девушек, вступивших на скользкое поприще вольной жизни, но еще не утвердившихся на нем.
Попадали в этот «маленький домик» и проститутки, поджидавшие клиентов на углах улиц. Выбирая их, он рассчитывал, что жалобы этих неизвестных и презираемых женщин не обратят на себя внимания полиции. «Маленькие домики» — результат испорченности нравов восемнадцатого века. Раньше «светские парочки», вознамерившись пошалить, просто удалялись в один из кабачков на берегу Сены, подальше от центра. Там, среди простого люда, у неизвестных содержателей кабаков, они находили простенькие кабинеты, доброе вино и хорошее жаркое. Общество гвардейских солдат с их своеобразным языком, гризеток, клерков их занимало, вносило разнообразие в светскую жизнь, освобождало от наскучившего этикета. Они сами преображались, делались простыми и наивными и разговаривали на простонародном языке. Они старались казаться состоятельными горожанами. Для большей осторожности знатный барин, богатый финансист нанимали иногда на окраине города или в предместьях деревянные домики и меблировали две-три комнаты.
Пока длилась страсть к женщине, которую они не хотели компрометировать, — будь она титулованная особа или простая смертная, богатая или бедная, — домик этот был к их услугам, скрытый от посторонних взглядов. Редко он служил более шести месяцев.
Эти временные квартирки лишены были изящества и комфорта. В восемнадцатом веке любовь пожелала иметь собственный уголок. Те, кто дорого платил за неудобные хижины, чтобы иметь их временно, поняли, что выгоднее будет построить или приобрести готовые хорошенькие домики в собственность. Граф д’Эвре, герцог де Ришелье, принц де Субиз, граф де Носе подали пример, которому последовали все, у кого были имя или деньги. Эта мода, доставлявшая столько удобств для любовных интриг, пришлась всем по вкусу.
Вскоре повсюду в пустынных кварталах, сохранивших деревенский вид, появились «Folies» («Безумства»). Их называли так по созвучию с латинским выражением «sud folliis» (под листьями), так как эти домики скрывались в тени деревьев, а вернее, потому что по роскоши, с которой они были построены, украшены и меблированы, они были действительно «безумствами», разорившими многих из их владельцев. Позднее они получили название «маленьких домиков».
 
«Маленькие домики» строились и приобретались как для свидания с мимолетными любовницами — с целью оградить парочку от нескромного любопытства ревнивого мужа, так часто и из тщеславия, и в последнем случае они далеко не были окружены таинственностью.
Служившие дорогостоящим порокам знатных лиц, многие из этих домиков, на вид деревенских, скромных, внутри были чудом роскоши и комфорта.
Снаружи вы видели чистенькую ферму состоятельного крестьянина, но стоило войти внутрь, чтобы быть перенесенным в фантастический дворец, созданный жезлом волшебника.
Эти маленькие дворцы были построены самыми знаменитыми архитекторами. Для их украшения приглашались лучшие художники, которые разрисовывали плафоны нимфами и амурами.
Комнаты были маленькие, но очаровательно уютные. Они манили к неге, страсти и любви. Они были созданы для таинственных свиданий и страстных увлечений, продолжительных и сладостных.
Картины, статуи и группы из бронзы и фарфора эротического содержания служили украшением «маленьких домиков», стены которых были обиты шелковой материей разных цветов — от лилового, голубого до еще более ярких. Из столовой большие окна обыкновенно выходили в сад, а стены этой комнаты украшались рисунками плодов, цветов и охотничьих сцен.
Она была ограждена от нескромных взоров слуг, обеденный стол при помощи особых приспособлений спускался в отверстие пола вниз, в кухню, и подымался снова, сервированный серебром и фарфором и изысканными яствами.
Будуар с паркетом из розового дерева имел зеркальные стены с золотым бордюром.
Мраморная отделка стен увеличивала свежесть ванной комнаты, сами ванны были украшены драгоценными камнями, краны в виде лебединых голов лили душистую воду.
Золоченые кресла, столы из авантюрина или же лакированные Мартином и мозаичные, консоли из бронзы Кафьери, клавесины, разрисованные Ватто, хрустальные или бронзовые люстры, стенные часы с изображением резвящихся сатиров и дриад, играющие веселые и игривые пьески, — словом, вся обстановка веселила глаз и вселяла радость в сердце.
Маленький сад с беседками и гротами, мраморными статуями — нимфами и купидонами, выглядывающими из зелени, — окружал домик. Водяные каскады, фонтаны, ручейки своим журчанием аккомпанировали звукам поцелуев.
Маркиз де Сад даже после своей женитьбы не был настолько богат, чтобы украсить свое убежище мимолетных увлечений с такой роскошью.