После игры

— Что там происходит? — Спросил Уэст, и это вернуло мое внимание к дороге, по которой мы бежали, и к тому факту, что я был не один.
— Что ты имеешь в виду? — ответил я. Хотя я точно знал, что он имел в виду.
— С Райли, — ответил он.
Уэст не будет на стороне Мэгги по этому поводу. Конечно, он предложил помочь найти ее бабушку, но не собирался становиться ее другом.
— Они живут здесь и заботятся о бабушке, — сказала я ему, хотя знал, что он уже знает об этом.
— Я не это имел в виду, и ты это знаешь.
На это я ничего не ответил. Мы бежали, не разговаривая. Ему нужно перестать быть любопытным и сосредоточиться на своей личной жизни. Моя была под запретом.
— Ты плохо умеешь прятаться. Это выйдет наружу, — наконец сказал он, когда я ничего не ответил.
— Нечего скрывать, — соврал я.
Он рассмеялся.
— Конечно.
Я набрал скорость в надежде быстрее добраться до дома и спастись от его расспросов.
— Гуннер все равно узнает. Тогда весь ад вырвется на свободу. А теперь скажи мне, о чем ты думаешь. Ты мой лучший друг. Я не собираюсь отворачиваться от тебя.
Из всех, я никогда не ожидал, что именно Уэст отвернется от меня. Он был ближе ко мне, чем Гуннер. Была еще Мэгги, которая собиралась принять мою сторону в этом деле. И не было даже мысли, что Уэст не будет на стороне Мэгги.
— В данный момент выяснять нечего. После того, как мы выиграем чемпионат, все может измениться.
Это все, что он получит от меня.
— Тогда тебе нужно получше спрятать свои эмоции. Потому что с такой скоростью тебя разоблачат, и тебе придется иметь дело с Гуннером. Он нужен нам для победы.
У него тоже будут свои последователи. Люди, которые встанут на его сторону и отвернутся от меня. Это расколет команду, и все будет кончено. Мне казалось, что я проигрывал этот сценарий в своей голове миллион раз. Я знал, как все пройдет и чем это закончится.
— У меня все под контролем, — заверил я его.
— Судя по тому, как ты смотрел на ее дом, это совсем не так.
Замечание принято. Мне придется пока отступить. Я мог поговорить с Райли по телефону и увидеться с ней, когда мы сможем уехать из города на выходные. Только не ближайшие две недели. Затем я буду свободен.
— Принял к сведению, — ответил я.
К счастью, мой дом был в поле зрения, и этот разговор можно было закончить.
Мы молча подбежали к тротуару и, подойдя к двери, замедлили шаг. Как раз перед тем, как моя рука коснулась ручки, чтобы открыть дверь и войти внутрь, Уэст сказал еще одну вещь.
— Даже если Ретт этого не делал, ей все равно было всего лишь пятнадцать. Ему не следовало оставаться с ней наедине.
Я остановился. Я знал, что Ретт это сделал. Но он был прав. Даже если бы он этого не делал, ситуация все равно выглядела плохо. Ретт не должен был связываться с ней, и все знали, что он спал с другими девочками в нашем классе. С Сереной, если быть точным. Да, он не брезговал этим.
— Да. Я знаю. Но он это сделал, — это все, что я сказал, прежде чем вошел внутрь, где пахло печеньем и колбасой.
— В твоем доме всегда пахнет едой. Мне здесь очень нравится, — сказал Уэст, когда мы шли на кухню.
— Это потому, что ты приходишь только в обеденное время.
— Когда не время обедать, то пахнет печеньем.
Я рассмеялся, когда мы вошли в кухню и, увидел маму в фартуке и Мэгги, которая намазывала масло на печенье. Она подняла глаза и встретилась взглядом с Уэстом, прежде чем улыбнулась.
— Вкусно пахнет, мам, — сказала я ей, не обращая внимания на голубков и направился к холодильнику за молоком.
— От вас двоих воняет, — ответила она. — Хорошо пробежались?
— Разбудил меня, — сказал я.
Уэст усмехнулся и сел. Я не смотрел в его сторону, но чувствовал, что Мэгги изучает нас обоих. Она хорошо владела языком тела и достаточно скоро все выяснит.
— Айви приходила вчера. Я забыла сказать тебе, когда ты вернулся домой вчера вечером. Она оставила тебе булочки с корицей. Я положила их в холодильник.
Моя мама знала о моих проблемах с Айви, но она напоминала мне о том, что нужно быть с ней добрым. Хотя дать понять этой девочке, что она тебе не нужна, сложно, оставаясь при этом добрым.
— Она должна прекратить это делать, — сказал я раздраженно ворча.
— Мне нравятся булочки, — весело ответила Мэгги.
— Ну, ты можешь взять их себе, — сказал я ей.
— А ты поделишься со мной? — Спросил Уэст.
— Конечно. Я не могу съесть их все.
Я закатил глаза в ответ на их попытку пошутить и поставил перед собой тарелку, прежде чем мама успела это сделать.
— Спасибо, что приготовила, — сказала я ей, а затем сел, чтобы насытиться после того, как сжег все калории.
— Как ты думаешь, она могла бы еще принести немного того карамельного пирога, который готовит ее мама? — Поддразнил Уэст.
Я проигнорировал его.
— Не мешало бы спросить, — добавила Мэгги.
— Ладно, вы двое, перестаньте доставать Брейди, — сказала мама с улыбкой в голосе.
Она похлопала меня по спине.
Я сомневался, что Райли когда-нибудь принесет мне еду, и меня это устраивало.
 
Найди Томаса
    
ГЛАВА 25
РАЙЛИ
 
После обеда у меня зазвонил телефон. Я как раз собиралась сводить Бриони в парк. Имя Брейди высветилось на экране, и на моем лице появилась улыбка. Одно только его имя заставило меня улыбнуться. Я слишком увлеклась им. Это может плохо кончиться, и я могу пострадать.
— Привет, — сказала я, выходя на улицу подальше от ушей моей семьи.
— Привет, чем ты сегодня занимаешься?
— Ну, мы с Бриони устроили пикник на заднем дворе, а теперь готовимся к прогулке в парк. Мне также нужно купить в продуктовом магазине молоко и яйца для мамы.
Говорить с ним о моем распорядке дня было немного неловко. Как бы небрежно я ни пыталась произнести все это, мне казалось, что я описываю нечто настолько чуждое ему, что он не поймет.
— Похоже, расписан целый день. Думаю, не слишком холодно для пикника под солнцем, — ответил он.
Это был такой ответ, когда не знают, что еще сказать. Он ничего не понимал в том, как заботиться о ребенке.
— Чем ты занимаешься? — Спросила я, пытаясь сменить тему на другую.
— Уэст разбудил меня сегодня рано утром, чтобы я побегал, потом мы позавтракали и посмотрели видео с пятничной вечерней игры.