Академия Дальстад. Убойный спецкурс
— Не торопитесь, — шепнул Максвелл, кивая головой в сторону преподавателей, — спецкурс получает последним. Интересно, нам дадут жалование в полном объёме? А то у меня есть весьма занятные мысли, как можно потратить кровно заработанные золотые.
— Дияника де Савеллина, — я наконец услышала своё имя, — получите и распишитесь.
С радостным предвкушением я подошла к столу ректора, взяла чёрный бархатный мешочек с эмблемой академии, весьма тощий по сравнению с остальными, что лежали на столе у ректора и с удивлением уставилась на сумму, прописанную в ведомости рядом с моим именем.
— Господин де Форнам, — недоумённо спросила я, ткнув пальцем в нужную графу, — здесь, видимо, какая-то ошибка. Почему так мало?
— Распоряжение декана, — невинно хлопая глазами ответил Алистер, — говорит, ты ему задолжала некую сумму за услуги целителя, просил вычесть из твоего жалования.
В голове тут же вихрем пронеслось воспоминание о сломанном запястье и Кристиане, требующим с меня двадцать шесть золотых. Но вычтенная сумма была гораздо больше!
— Так проценты, — пожал плечами ректор, — декан де Ареон вас предупреждал о том, что за каждый просроченный день оплаты начисляется по золотому? Впрочем, разбирайтесь с ним сами. Если придёте к соглашению — доплатит тебе из своего кармана.
— Как скажете, — нахмурилась я, до конца не веря, что Кристиан не шутил и действительно содрал с меня оплату за лечение запястья, да ещё с процентами. Знала бы — оттолкнула этого напыщенного упыря и направилась бы в больничное крыло. — Кстати, ректор де Форнам, вы не подскажете куда пропал декан? Я не видела его со вчерашнего дня. Неужели уже тратит мои кровно заработанные деньги в столице?
— А вы не знали, Дияника? — искренне удивился Алистер, — хотя как вы могли знать, вы же заболели. Мы получили информацию касаемо возможного местонахождения Ариаса де Волмана и декан де Ареон отправился в Дальстад с заданием проверить правдивость слов нашего осведомителя.
— Подождите, — злость на принципиального до денег Кристиана внезапно отступила на второй план, — то есть вы говорите о том, что отправили де Ареона одного, без подкрепления? А если это ловушка? Что, если он уже угодил в засаду и валяется где-то бездыханный или его пытают, пока мы тут монетки перебираем. Мы же должны работать вместе!
— Дияника, — подал голос Саарон Арч, — извини, но я ещё не получил своё жалование, позволишь, я встряну между вами?
— Да, конечно, — стушевалась я, чувствуя охватывающее меня беспокойство.
Артефактор быстро забрал мешочек, раза в три больше моего по размеру, и, насвистывая мелодию, покинул кабинет ректора. Следом за ним направились Хайт и Энни.
— Алистер, как вы могли? — не скрывая беспокойства за Кристиана спросила я у де Форнама. — Это в крайней степени безрассудно с вашей стороны. Я знаю, что вы недолюбливаете нашего декана, но не настолько, чтобы своими руками посылать его на столь опасное задание. У короля есть более подходящие для этой цели люди, зачем вы так?
— Успокойтесь, Дияника, — резким голосом перебил меня Алистер и демонстративно стукнул кулаком по столу. Скорчив недовольное лицо, я замолчала. — Де Ареон не маленький мальчик, он взрослый мужчина, который подчиняется непосредственно королю. А раз вы так за него беспокоитесь, то открою маленький секрет: ваш декан нечувствителен к боли, любое физическое воздействие, любые пытки ему как мёртвому припарка. Так что не устраивайте мне тут сцены, идите к себе и долечитесь до конца, вы бледная как сама смерть! Вам бы ещё косу в руки и вперёд на кладбище людей пугать. И впредь, потрудитесь соблюдать субординацию в общении с руководством! Всё, ступайте, я занят.
Я вышла из кабинета, дрожащей рукой сжимая мешочек с несколькими монетами. Мысли о том, что можно попрощаться с платьем на академический бал, временно уступили место моим опасениям за жизнь и здоровье Кристиана. Не разбирая дороги, я шла по коридору словно умертвие, ведомое лишь низменными инстинктами. В голове кружились мысли одна другой страшнее: вот декан лежит с перерезанным горлом в подворотне между мусорными баками, глядя в небо стеклянным, застывшим взглядом. А сейчас окровавленный, покрытый колотыми и резаными ранами из последних сил плюёт в лицо Ариаса де Волмана, в то время как его таинственный сообщник продолжает истязать тело де Ареона. Может он вообще лежит связанный в холодном и сыром подвале на каменном полу, а к нему медленно подбираются полчища голодных крыс…
— Дияника, — окликнул меня Хайт, ожидавший меня на жилом этаже в компании Энни и Арча. — Мы тут собрались отпраздновать нашу первую зарплату в одном чудесном заведении неподалёку от академии, идёшь?
— Нет, спасибо, — одними губами улыбнулась я, погружённая в тревожные мысли, — не в настроении.
— Да брось тебе, — поддержала друга Энни, — мы угощаем. А этот крохобор де Ареон ещё пожалеет о том, что лишил тебя первой зарплаты.
— Не в этом дело, — сквозь силы улыбнулась трём друзьям, — я… я, видимо, не долечилась. Силы на сегодня исчерпала. Спать очень хочу.
— Как скажешь, — кивнул Арч, не спуская с меня подозрительного взгляда, — мы тебе захватим чего-нибудь вкусного.
— Спасибо! — поблагодарила я друзей и закрылась в комнате.
После часа метаний из одного угла в другой под обеспокоенное ворчание Фаи, я схватила со стола пузырёк с остатками микстуры, что мне вчера дала работница лечебного крыла, взболтала жидкость и посмотрела в окно.
На улице уже темнело, но вечер ещё даже не начался. Если я и дальше буду сходить с ума в неизвестности, переживая за Кристиана, это скажется на моём моральном и физическом состоянии. Поэтому я резко выдохнула и влила в себя остатки пузырька и, даже не раздеваясь, шлёпнулась на кровать лицом вниз. Так и заснула.
Глава 27Сон прервался из-за оглушительного и настойчивого стука в дверь моей комнаты. Я вскочила с постели ещё даже не проснувшись до конца, сложилось ощущение, что дверь пытались выбить мощным тараном.
«Что такое? Сколько времени?», — тревожные мысли атаковали меня. — «Что-то случилось с Кристианом?».
Открыв дверь я увидела, что человеком, производящим такой шум, оказалась миниатюрная Энни. И где только силы взяла?
— Дияника, это кошмар! — с порога завопила Гаубе, не стесняясь того, что своим громким голосом в данную минуту могла разбудить весь жилой этаж.
У меня тотчас пересохло во рту и предательски подкосились ноги. Что могло так сильно перепугать Энни? Надеюсь, никто не погиб? Под словом «никто» я подразумевала конкретного человека, оттого одновременно и жаждала, и боялась услышать дальнейшие слова.
— Адепты Соло и Данте подрались в учебном крыле! — в панике кричала Эннабелла. — Говорят, что их еле разняли!
Выражение облегчения на моём лице не осталось незамеченным для подруги даже в её взволнованном состоянии. Она нахмурилась и с подозрением посмотрела на меня, но тут из своей комнаты показался сонный Максвелл Хайт.