Девять. Отбор по моим правилам
– Леди Фрайтлин, у меня дела государственной важности. Самое время озвучить ваше желание.
Но леди дрожала как осиновый лист, хоть и пыталась скрыть это. Ее белая кожа пошла красными пятнами, под глазами проступили синеватые мешки, а ладони тряслись.
– Леди Фрайтлин, – повторил с легким раздражением, хотя на деле мне хотелось обрушить на замок грозу со шквалистым ветром.
– Ах, ваше величество, – выдохнула она и заработала веером. – Я так испугалась.
Не лучшее качество для императрицы.
– Я был рядом. Вам ничего не угрожало, – раздражение росло.
– Но драконы! От них веет такой силой, что я едва не задохнулась от страха.
На Мерили напал очередной приступ кашля, а я так скрежетнул зубами, что леди Фрайтлин затряслась в три раза сильней.
– От др-раконов веет? – прорычал, надвигаясь на невесту шквалом нереализованных мечтаний. Ее, разумеется, не моих. – Так каково ваше желание, леди?
Она вздрогнула и пролепетала:
– Вот когда вы так на меня надвигаетесь, я что-то уже и не знаю…
– Просите о чем угодно, – ответил тяжело, делая еще один шаг навстречу невесте. – И то, о чем вы так боитесь сказать вслух, можете попросить тоже.
– Тогда… – она закусила губу и отвела взгляд, продолжая трястись как та маленькая собачонка, с которой вечно разгуливает моя сестра.
– Я поцелую вас!
Девушка вспыхнула и зарделась, словно я предложил надеть на ее голову корону. Она бы еще полчаса, не меньше, ходила вокруг да около, страшась озвучить свои желания.
– Устроит? – с открытой угрозой.
– Если можно… если вы хотите, если я смею, то…
Есть много способов заткнуть рот женщине. Поцелуй – самый эффективный, но далеко не всегда самый приятный. Я смял ее мягкие губы и вжал податливое тело в себя отнюдь не из страсти. Леди Фрайтлин застонала от боли, столкнувшись с моей стихией. Она одернула руки от моего лица и попыталась вырваться, но я держал крепко, что бы уж наверняка, и чтобы раз и навсегда запомнила, кого стоит опасаться на территории Гардейрии.
– Вэйлиан! – осекла Мерили, и я подхватил упавшую в обморок невесту.
Вспыхнули водные элементали, и перенесли девушку в ее покои.
– Отправить к ней целителя, – отдал приказ и вернулся в реальность, напоровшись на суровый взгляд. – Первая готова. Осталось еще девятнадцать. Что?
Мерили вошла в беседку, обвитую виноградом, и расположилась на лавке.
– Леди Фрайтлин не виновата в том, что на наши земли ступили драконы! – заметила она, когда я очутился рядом.
– Ты внедрила к нему агента?
– Внедрила.
Не шутит. Вон как улыбается.
– Надежного?
– Более чем.
Ну нет…
– Мерили, – произнес опасно тихо. – Ты ее подослала к Арслану? Рейну?
Она отшатнулась как от пощечины.
– Вэйлиан, – гневно выдохнула шпионка. – Не сходи с ума. Мы найдем способ приструнить ящеров, я тебе обещала и сделаю это!
– Не впутывай Рейну!
– Ты же слышал – ее появление на поляне было случайностью!
– Мне ли не знать, что когда дело касается тебя, то всякая случайность – это тщательно спланированная операция?
– Лучше наберись сил перед следующим свиданием. Этот вечер закончится для тебя под утро!
Мерили слишком быстро ретировалась из беседки. Настолько, что у меня почти не осталось сомнений в личности агента, засланного к драконам.
Рейна Дархат-Нуар. «Девять»
Я брела до комнаты, еще раз прокручивая в уме план предстоящей операции. Что необходимо? Подготовить одежду, смазать сюрикены снотворным, собрать сумку с первым необходимым для Саввелия и припрятать ее за территорией дворца.
– Вы нарочито раззадориваете мой к вам интерес? – прожужжало над ухом.
Я затормозила, обнаружив себя на подступах к крылу землянок. Рядом крутился разряженный и надушенный господин. Он подступал ко мне то с одной стороны, то с другой, рассматривал с неприкрытым интересом и поигрывал бровями.
– Вы кто?
– Как же, госпожа! Я минут вот как десять пытаюсь поддержать с вами разговор, а вы меня словно и не замечаете! Я – господин Антуан Деволь! – он изобразил старинный мужской поклон и протянул руку. Полагалось, я подам свою и ее облобызают.
– Мгм, – ответила неприветливо, смерив господина презрительным взглядом, и двинулась дальше.
– О, ваши отказы лишь распаляют интерес!
Какая ужасающая попытка меня охмурить.
– Позвольте мне, все же, настоять на нашем знакомстве!
Господин Дезверь или как его там совершил непростительную глупость! Он схватил меня за кисть, а дальше сработали рефлексы. Захват, рычаг и напомаженный ухажер впечатался щекой в стену и взвыл. А я всего-то выкрутила ему руку, ухватив за большой палец. Эштон, мой охранник, дернулся было ко мне, но я осекла его.
– Если еще раз появишься на моем пути, я одним ударом сделаю тебя женщиной, понятно?
– По-понятно, понятно, госпожа, очень понятно! – пропищал он, пытаясь выдернуть руку, неудобно прижатую к его же спине.
– Не советую. Одно неловкое движение и плечо вывихнешь. Передай леди Гратнор, что кроме его величества меня не интересуют другие мужчины.
– Кому пе-передать?
– Значит, тебя нанял господин Маргес, – улыбнулась и отшвырнула от себя соблазнителя. – Передай председателю межстихийного альянса, что его подарок не приглянулся. И, если он решил присмотреться ко мне получше, пусть будет готов, что я отвечу взаимностью.
– Не понял, – пропищал мужик, не зная, то ли поправить парик, то ли прижимать к себе обиженную конечность.
Растерла переносицу и фыркнула:
– Просто передай. Он поймет.
До комнаты добралась без новых приключений. Эштон, красный как рак, встал возле моих дверей с таким видом, словно охранял императорскую сокровищницу, все время норовящую убежать.
Быстро собрала сумку, подготовила оружие, надела под платье черный обтягивающий костюм, захватила маску, самостоятельно переплела волосы в тугую косу. Прислуге сообщила, что плохо себя чувствую и ложусь пораньше. Да, на ужин не пойду. Его величество? Что ж, если его величество заглянет, тогда можете разбудить, а до этого прошу не беспокоить.
На всякий случай в постели оставила «манекен». Соорудила валик из одеяла, нарядила его в свою сорочку, уголок которой выглядывал из-под покрывала. На подушку уложила парик. Решив, что моя конструкция выглядит правдоподобно, я… Выбралась через окно. Изнеженные девицы не имеют привычки выходить из дома окнами, но охранники, нет-нет, но все же лениво сновали туда-сюда.