Девять. Отбор по моим правилам

– Я не просила. К тому же, ты все сделал своими руками. Переворот в Гардейрии устроил ты?
– Я всего лишь немного помог, чтобы получить желаемое. Остальное вы сделали сами. Возвращайся Рейна, по-хорошему.
Для убедительности на площадку ворвалось несколько стражников с мечами и парочка с арбалетами. Я заломила бровь. По-хорошему выглядит как-то неубедительно.
Я оценила силы противников. Расклад не очень. В лучшем случае меня покалечат, в худшем, скинут вниз или разрежут на кусочки. Но учитывая, что противоядие для императора уже мчится в Гардейрию, я должна во что бы то ни стало задержать драконов. Есть вероятность, что Арслан не догадался. Возможно, думал, что я хочу сбежать? А я хочу сбежать!
– Так что ты решила? – устало спросил Арслан.
Вместо ответа я размяла кисть и крутанула полностихийным мечом. Стражники за спиной Повелителя пришли в движение. Дракон неслышно выругался себе под нос.
– Не глупи, мы всё ещё связаны. Рана, нанесённая мне, отразится на тебе.
Анаги, да я потерплю боль, лишь бы твою физиономию перекосило от ужаса.
– Разве у тебя нет более серьезных проблем, чем я? Давай так. Выдели мне дракона, я вернусь в Гардейрию, и мы забудем об этом недоразумении, иначе…
Дракон иронично приподнял бровь и кивнул в сторону моего оружия.
– Что, убьешь меня?
– Не моргнув глазом.
– Попробуй.
Он и правда не ожидал, этим я и воспользовалась. Полоснула обомлевшего Арслана по груди. Клинок легко рассек одежду и прошелся по мягким тканям. Белая рубашка обагрилась кровью. Ящер пошатнулся и вылупился на меня. Мою грудь обожгло огнем, дыхание перехватило, сердце сбилось, но крови не было. Кажется. Взгляд затуманился, я потеряла концентрацию. Видела лишь, как мутными тенями кинулись ко мне драконы. Наугад полоснула по воздуху мечом. Он оставлял за собой зеленые и рыжие следы, не подпуская противника.
Арслан хватал ртом воздух, глядя на мое оружие и меня, вовсе не истекающую кровью, как следовало бы. Сдается, ритуал привязки все же дал сбой.
– Он-таки успел, – сплюнул Арслан, отталкивая своих же помощников. – Не вмешивайтесь. Это моя схватка. Но не думай, что ты достанешься ему. Если не будешь моей, то ничьей не будешь!
Ну, раз так…
Я поднырнула под рукой дракона. Действие аконита странным образом выветрилось, но все равно сказывалось. Он был заторможенным и бил вполсилы. Я с легкостью отбила три выпада мечом, а на четвертый хорошенько приложила дракона гардой по виску. Тот тяжело покачнулся, глянул на меня помутневшим взглядом и свалился на пол. И мне бы проткнуть его для надежности насквозь, я даже перехватила крепче меч, но…
Не смогла. Впервые я не смогла. Замешкала из-за жалости, а, когда порочный порыв отступил, было уже поздно, я вовсю отбивалась от защитников Повелителя. Вот с ними пришлось повозиться. Одного отправила в полет, но тот обернулся в воздухе, однако на место боя не вернулся, улетел. Второго проткнул насквозь свой же, я всего лишь вовремя отскочила от удара, стравив союзников между собой.
Арбалеты вывела из строя сюрикенами, ловко обрезавшими тетиву, однако одна стрела все же успела жадно впиться мне в бедро. Еще один сюрикен обезвредил стрелка, второй перешел в бой на мечах. Драка затянулась, и я бы проиграла, если бы не меч Вэйлиана. В тяжелые моменты меня словно вела невидимая рука. Я чувствовала, как мой меч кто-то сжимает и ведет не так, как ударила бы я. Иначе. Сильнее. Острее. Правильнее. Подключалась и магия, то обжигая драконов, то откидывая от меня мощным порывом ветра, то обливая их ледяным потоком, то обрушивая на их головы каменный дождь.
Когда последний противник осел на пол, я свалилась вместе с ним. Плечо ныло, бедро сводило невыносимой болью, многочисленные ссадины зудели, грудь обжигало, в голове звенело, словно меня засунули внутрь огромного медного колокола и ударили в него. Поэтому я и не заметила появление еще одного дракона. Точнее, драконицы. Она ступала неслышно, я заметила лишь тень, вскочила из последних сил, крутанула мечом, призывая силу и… разглядела.
Ринолин.
Это была Ринолин.
Хрупкое тело взрослой малышки смотрелось дико среди окровавленных драконьих тел. Да и я, израненная, встрепанная, с оружием – не лучшая компания для ребенка. Если она нападет, мне придется дать отпор, а я не хочу этого. Закрыла глаза, чтобы восстановить дыхание и развоплотить меч. Он послушно растворился в воздухе разноцветной дымкой, оставив в напоминание о себе лишь мягкое прикосновение к тыльной стороне ладони, словно прощальный поцелуй.
Я настороженно следила за мягкой поступью Ринолин. За тем, как она внимательно осматривает лежащих стражников. Возле Арслана девочка остановилась и склонила голову на бок. По ее лицу нельзя было прочитать эмоции. Не было ни страха, ни ужаса, ни отвращения. А запах крови и пота стойко витал в воздухе, несмотря на сильный ветер. Кажется, малышке не впервой видеть сражения, не удивлюсь, если и ее руки-лапы в крови.
Я силилась подобрать слова. Следовало сказать хоть что-то, объяснить, но… результат, что говорится, на лицо. Оправдания бессмысленны.
– Кажется, тебе нужна помощь, – неожиданно произнесла она, поднимая на меня взгляд. – Думаешь, как сбежать? – скучающе проговорила девочка, перешагивая труп дракона.
– Нет, что ты, я…
Замялась, как школьница, не выучившая урок. К такому жизнь и спецшкола меня не готовили.
– Да брось!
Девочка смотрела на меня давящим взглядом, а потом спросила:
– Знаешь, кто я?
– Нет.
– Дочь Арслана.
Однако поворот! Девочка усмехнулась моей говорящей реакции и посмотрела на отца.
– Жив, – оправдалась поспешно, не зная, чего ждать от малышки. Я не смогу ударить ее, даже зная, что она далеко не ребенок, что способна переломить мне хребет одним движением когтистой лапы.
– Спросишь, почему я не купаюсь в почестях? Почему не сижу рядом с ним на приемах? Почему о ребенке Повелителя никто и никогда не слышал? Наверное, потому что я не нужна отцу. Он бросил меня так же, как бросил мою маму, – Ринолин подобрала подол и села рядом с отцом. Без эмоций осмотрела его лицо, будто пытаясь отыскать сходства. – Мама, кстати, из Гардейрии. Дом Воздуха. От нее мне передалась необычайная любовь к небу.
Девочка закрыла глаза и глубоко вдохнула.
– Мне жаль…
– Как поняла? – спросила она, не открывая глаз.
– Почувствовала твою печаль.
Ринолин снова усмехнулась, на этот раз горько, и поднялась.
– Арслан не предлагал ей жениться. Развлекался, а, когда узнал, что моя мама беременна, отказался от нее. Она родила меня, воспитывала, как могла, но… любовь к мужчине оказалась сильнее любви к дочери, и она… Она не смогла.