Ледяной венец. Брак по принуждению (СИ)

— Не знаю, может и так.
Только вот выглядел мой абрикос точно так же, как и тот который только что надрезала Берта.
— Давайте я попробую ваш, — предложила я и отрезала себе кусочек фрукта, который по словам кухарки был свежим.
И снова этот ужасный, прогорклый, кислый вкус! Я долетела до мусорной корзины со скоростью света и выплюнула фрукт откашливаясь. Либо Берта лжет, либо я схожу с ума.
— Не пойму, в чём дело, — вслух размышляла я.
— Так может вы это, — лучезарно улыбнулась кухарка, — в положении?! У меня так было и с первым, и со вторым! Что не съем сразу бегу в туалет!
— Нет, — отрезала я. — Я точно не беременна.
— Так не расстраивайтесь — это дело молодое! — неверно истолковав ответ утешила меня Берта.
Спорить и ругаться с ней из-за фруктов мне не хотелось, в конце концов откуда есть знать настоящую причину моего появления в форте. Для нее, как и для всей Авенты — я жена Верховного.
Стоило только подумать про Теона, как я поняла в чем дело! Подарки правителя — это магическая еда. Те же фрукты, тот же вкус… Я впервые почувствовала его после приема, в покоях мотта. И тут моя челюсть почти отвисла.
С памятью точно нужно что-то делать! Потому что покои, в которые меня привела Скарлет прошлой ночью, я тоже уже видела.
И принадлежат они мотту.
  
Глава 10
 
— Я одолжу это? — указала на металлическую коробку.
— Конечно, что ж вы спрашиваете!
— Спасибо, и обращайтесь ко мне пожалуйста на «ты», — улыбнулась Берте и присела на лавку чтобы заняться делом.
Сняла с себя куртку, продела нитку в иголку и принялась зашивать дырки плотными стежками. Ожидаемо, крылья порезали и остальную одежду, увидев все это Берта заохала и подошла ко мне.
— Что случилось?
— Долго объяснять, — отмахнулась я. — Все в порядке, просто немного порвала одежду.
— Слава небесам, а я-то думала случилось что— то.
Я посмотрела на кухарку вопросительным взглядом. Интересно что, по ее мнению, могло случиться со мной в форте под защитой ищеек?
— Так, когда у нас там, — она указала пальцем вниз в видимо подразумевая камеры под фортом, — сидит шпионка… Мало ли что взбредет ей в голову!
Я слабо улыбнулась и покачала головой, уверяя женщину что всё в порядке. А про себя отметила, что мне все-таки стоит увидеть гончую Сорры. Заодно спросить, зачем она подбросила мне записку.
— Это не она. Я поцарапалась о камни Ледяного Утёса, — взболтнула я и тут же пожалела, потому что лицо Берты осунулось и побелело за секунду. — Вам плохо?
— Нет, — поспешила уверить она и смахнула слезы. Я даже не поняла, чем успела так ее расстроить. — Это хозяин решил показать наш старый дом? — слезно спросила она.
— Вроде того, — я помогла кухарке присесть рядом. — С вами точно всё хорошо?
— Да, — она махнула рукой, к красивому лицу прилил румянец, и она вдруг начала говорить. — Я же там когда то жила, работала. Сыновья мои там выросли. Столько воспоминаний что не счесть, а теперь там камни, да и только.
Не зная, что ответить, я положила руку ей на плечо.
— Он стоял сотни лет! Никакая погода, никакие ветра, ничего на него не влияло! Я к нему душой приросла. Все мы там жили как одна большая семья, а потом…потом они начали умирать… — она выдержала очень долгую паузу, и видимо передумала говорить.
— Умирать? — приглушенно спросила я. — Кто?
— Хозяин и этого не сказал? — посмотрев на меня большими глазами, Берта, кажется, не знала, что ей теперь делать. — А я тут болтаю, вот глупая!
— Берта, кто умер? Я ничего не скажу Теону, обещаю.
— Да что это я растрогалась, работать надо! Прошлое на то и прошлое, нечего там искать, — она махнула рукой и быстро встала, тут же принимаясь за готовку.
Кто бы там ни умер, я откуда-то знала, что без миррора и его жуткой силы не обошлось. Больше берту я не расспрашивала, и когда с шитьем было закончено, она поднесла мне большую чашку ароматного чая.
— Пейте, пейте, он на травах! — сказала кухарка, и рассмотрев куртку, лучезарно улыбнулась.
 
Я уже решила, что я так порадовала моё шитьё, к которому у меня не было никакого таланта, но она всё объяснила одной репликой.
— Какая милота! Помню, как хозяин ребёнком в ней бегал. Это сейчас у него плечища, а тогда был мальчишкой, чуть выше тебя.
— Так это его вещи?
— Ну да, — подтвердила кухарка. — Вон и штаны его, и сапоги!
Кивнула словам женщины. Немудрено, что мотт сбился со счета, сколько раз туда нырял. Ведь начал это делать еще подростком.
Допила чай и накинула куртку обратно. Вернув на место металлическую коробочку, попрощалась с Бертой и вышла из кухни.
Если я поверну направо, то коридор приведет к моей комнате. Только вот ищу я другое место, и найти его можно будет там, где я ещё никогда не была.
Повернув налево, я дошла до конца прохода и спустилась вниз по узким, плохо освещённым ступенькам. Через два пролёта я наконец ступила на землю. Именно землю не пол.
У стен были вставлены редкие факелы со слабым огнём, света хватало настолько чтобы видеть очертания объектов и ничего больше.
Только я удивилась тому, что здесь нет ищеек, несколько воинов отлепились от противоположных стен и перегородили мне дорогу. Молчаливые войны стояли, опустив головы.
Что же, видно мне действительно улыбнулась удача, и я в правильном месте.
— Мне нужно пройти, — вложив в свой голос всю смелость сказала я.
В ответ они даже не пошевелились, и тогда повторила свою просьбу. Снова тишина.
— Я здесь с разрешения Верховного, — а вот эта фраза произвела на них эффект.
Чуть повременив, войны расступились, и я осторожно прошла вперёд. Туда, откуда лился мягкий голубой свет, которого я еще никогда не видела.
Удивилась, но не подавая вида, двинулась к цели. Где еще, если не здесь, могут держать шпионку?
В небольшом подземелье камеры располагались по обе стороны, их было несколько десятков. И зачем форту содержать сразу столько пленников?
То и дело оборачиваясь назад, я мягко и неслышно продолжала идти в сторону самой дальней камеры. Хотелось посмотреть на гончую так, чтобы она не заметила.
Не доходя, медленно нагнулась вперед всматриваясь в источник свечения.
— Не прячься, — женский голос, к неожиданности, совершенно человеческий обращался явно ко мне.
Пусть я и не трусиха, но к камере подошла осторожно, держась на приличном расстоянии.
— М— м, — протянула сидящая в углу, сутулая фигура. Рядом с ней стоял длинный, тонкий жезл, от которого и исходило сияние.
Сделала еще один шаг назад, мало ли она…
— Боишься, что я тебя им проколю? — прочитала мои мысли гончая и быстро распрямилась. Слишком быстро для человека.
В отличие от замотанных в шарфы и тряпки ищеек, на гончей почти не было одежды. Идеальное тело, мышечное, но не слишком, было прикрыто кусками грубой ткани. Они опоясывали грудь и скрывали нижнюю часть туловища: от живота до середины берда. Если я не ошибалась, то вся эта красота была перевязана обыкновенными веревками.
Кожа гончей была серого цвета, а в раскосых глазах плескалась абсолютная темнота. Густые черные волосы были собраны в высокий хвост на затылке. И была она на голову выше меня.
— Налюбовалась, сенса́рия? — она подошла к решетке виляя бедрами.
— Кто? — я не поняла, почему она так меня называет.
— Хм-м, — растянула она, разглядывая меня без всякого стеснения. — Как он тебя обрабатывает… — она втянула воздух и неестественно склонила голову на бок. — Втирается в доверие, чтобы использовать. Втирается в кожу. Ты им пахнешь вся…
— Твоя записка? — достала из кармана клочок бумаги.
— Вижу она сработала, — ехидно улыбнулась гончая.
— Не сработала, — я смяла записку и бросила на пол.
— Тогда зачем ты пришла? — словно кошка зашипела она.
— Посмотреть как ты выглядишь, — нарочито незаинтересованно произнесла я.
— Правда? — звонко засмеялась воительница. — Ты что же, уже сумела позабыть?