Ледяной венец. Брак по принуждению (СИ)

Иногда меня пугает то, насколько, оказывается, Арт похож на отца. Проведя с ним столько времени, я могла бы нарисовать его портрет по памяти — до того знаю черты того, кто когда-то напоминал мне бога из мифов. Взгляд, позы, интонации…
Это Эрр Лихх подослал своего сына ко мне в Третьемирье. С какой точно задачей, я пока не знала. Но ясно было одно: не просто так наш союз мне казался странным. Видимо, какая-то часть меня чувствовала колоссальный обман, что прятался за нежными словами.
От того, что Арт — предатель, мне не больно. Сын такого отца не мог вырасти благородным. А в остальном, мой бывший покровитель и когда-то единственный близкий человек, может катиться прямиком в ад.
Как хорошо, что я его не вижу! В Песчаный Замок допускают только женщин — нянек, гончих и иногда узурпатора в красном.
Ума не приложу, почему он носит только этот цвет.
Пелагея, так звали мою надзирательницу-лекаршу, расцеловала морщинистые руки Эра и удалилась, тихо закрывая за собой дверь. Она знала, что просто так он не приходит, и его визит непременно несет с собой длинный, напыщенный разговор.
— Ты так похожа на Мириам, — торжественно произнес он, а меня словно ударили под дых.
Я не могла… до сих пор не могла принять горькую истину. И то, что увиденное в камнях, всё до единого отрывка чужих жизней — было правдой.
Только вот Эр Лихх не знал, что мне удалось, так сказать, повидать жизнь своей матери собственными глазами. И пользовался этим. Вернее, думал, что пользовался.
— Что с ней стало? — чуть понизив голос, спросила я. Чертов тиран никогда не отвечал на этот вопрос.
— Безумие, дорогая, творит с нами страшные вещи… — витиевато ответил он. — Страшные!
— От чего она лишилась рассудка? Что-то произошло?
Спросила и сложила руки перед собой так, чтобы браслеты, напитанные магией, которая и свела ее с ума, попались ему на глаза.
— Как от чего? — сглотнул Эр, замечая, как заговоренное золото блестит на солнце. — Родилась такой, — пожал плечами он и засмеявшись добавил, — дурочкой!
Каждый раз я смотрела на него и представляла, что сделаю. Как лишу возможности дышать. Как получу удовлетворение от застывшего навечно взгляда.
Каждый день, а их прошло почти сто с тех пор, как меня похитили из собственного дома в Третьемирье и заточили в Песчаный Замок, я думала о том, как убью того, кто уничтожил мою МАМУ.
Странное слово, к которому я абсолютно не привыкла, вызывало тянущую боль в груди. И отомстить я хотела не за эфемерную маму, а за реальную девушку, которую я видела и даже слышала… а еще прекрасно запомнила.
Подумать только, проклятые черные воды, которых я опасалась, подарили мне знания… подарили правду! А без нее Эр Лихх обязательно бы нашел способ заставить меня поверить в губительную ложь.
— Ты не бойся, — он шагнул ко мне, взял ладони и поднес к сухим тонким губам. — Я тебя уберегу от ее участи. Уже уберег, — прошептал он и по очереди поцеловал тыльные стороны запястий. Туда, где покоились браслеты.
— Правда? — посмотрела на него большими глазами, изображая крайнюю степень наивности.
— Конечно! — закивал он, наверняка надеясь, что магия браслетов пришла в действие.
А я каждое утро молилась об отсрочке, потому что знала, рано или поздно меня ждет участь предыдущей сенсарии. И узнать, сколько именно времени у меня есть — было невозможно.
С самого первого дня в Сорре никто не задавался вопросом, откуда я взялась. Всех всё устраивало! Ведь погибающей Сорре нужно спасение — я. А уж через что мне придется пройти, не волнует никого.
Три месяца меня учили истории Перворожденных и разделения земель, из чего я помню самый мизер — первые дни, даже недели, было совсем не до учебы. Тетки регулярно осматривали меня, заставляли раздеваться до гола и вслух рассуждали о том, готово ли мое тело к беременности. Ведь моя миссия именно в этом!
Какая дикость…
Срок три месяца — не был случайностью. Я прекрасно знала, на что ставит Эр Лихх. Мое безумие и как следствие — подчинение, вот чего он ждет. Но слава Небесам, мой рассудок пока в сохранности. Пока… И время мое на исходе.
 
— Эти браслеты, милая, берегут твой разум, — смотря мне прямо в глаза, лгал он.
В ответ лишь кивнула, потому что горло сдавило от отчаяния. Не хотелось, чтобы он знал, что мне плохо. Не зря же я каждый день покладисто киваю. Всё, чтобы усыпить его бдительность… Только бы он не увидел во мне врага!
— Я приняла свою судьбу, — улыбнувшись произнесла я, заглядывая в серые, словно гранит, глаза. Главное, чтобы он верил. Зверя лучше держать сытым и довольным.
— Знаешь, — он придвинулся и встал совсем близко, так, что его одеяние касалось моей груди, — ты такая… неопытная, что я иногда подумываю, а не стать ли мне кандидатом. Кто знает, может Звезды Сенсарии зажгутся для меня?
Он похотливо облизал тонкие губы, но ко мне не прикоснулся. В ответ я пожала плечами, пока по спине текла медленная волна неистового отвращения. Она обжигала так сильно, что казалось вот-вот смоет с моего лица самое глупое выражение, на которое я только была способна.
Только бы он верил!
— Оставим этот разговор на другой раз, дорогая. У нас проблема, — гранитный взгляд потемнел, потяжелел. Молниеносные перемены в настроении Эра пугали.
— П-проблема? — удивилась я.
— Да. Твой, как бы выразится по точнее, бывший муж.
Упоминание мотта, пусть даже устами ненавистного мне узурпатора, отчего-то заставило меня вновь почувствовать себя живой. Иногда казалось, что именно мысли о Теоне помогали мне остаться в реальности, и отпугивали колдовскую силу браслетов.
— Вот как, — только и промолвила я, не смотря на то, что желала узнать всё до последней капли!
— Приятного мало, — вдруг начал расхаживать по покоям Эр, — но я думаю, что мы справимся. У меня есть один человек, крайне талантливый, а главное умный, и думаю, именно он поможет нам поставить Верховного мотта Авенты на место. Как думаешь?
Ответ прост, я заранее ненавижу слуг узурпатора. Так же сильно, как и его самого.
— Или ты хочешь, чтобы я пощадил того, кто силой держал тебя рядом? — выгнул бровь Эр.
— Вы всё правильно помните! — поддержала давно рассказанную ему историю я. — Мотт — мой мучитель, и я ни дня не провела рядом с ним без страданий. Так вы меня и нашли — я сбежала от чудовища! — немного добавленной страсти в мои слова и серые глаза смягчились, зажглись.
— Условимся на том, что вечером я познакомлю тебя с тем, кто принесет тебе голову мучителя на блюдечке, согласна? — целуя на прощание мою руку, спросил он, будто у меня был выбор.
— Согласна, Эр Лихх.
Ведь если Теону грозит опасность я обязана об этом знать.
Томас знал, что время больше не на его стороне. Звезды Сенсарии прошлой ночью видели все жители Сорры, и по городам со скоростью ветра разносилась одна единственная новость: Сенсария сделала выбор!
Люди на улицах радовались, вычерпывая дождевую воду из бочек, что так долго пустовали. Обменивались поздравлениями и делились планами на лучшую жизнь, что непременно наступит, ведь теперь, всё будет иначе!
Он не мог ждать. И существовать без свой госпожи он тоже больше не мог.
Рассчитывая на хаос в Песчаном Замке, вызванный звездами, он пришел туда рано утром с теми же бумагами, что и вчера. Слуги посылали его к наставницам, а те друг к другу. И совсем скоро ему удалось затеряться среди переполоха.
Думать о том, что все торопятся подготовить его госпожу к встрече с каким-то другим мужчиной, он себе не давал.
Не будет никого другого! Он заберет Мириам отсюда навсегда. Ему хватило одной ночи, да что там! Пары предрассветных часов, чтобы все продумать. И в свой план он непременно посвятит ее. Осталось только отыскать, где она — госпожа его сердца…
Стараясь оставаться незамеченным, и в то же время сливаться со снующей прислугой, он внимательно заглядывал за каждую дверь.
— Метель, — тихо подозвал он кошку, надеясь, что она чудесным образом прочтет его мысли.