Е. П. Блаватская. История удивительной жизни
* * *
В Вюрцбурге Елена Петровна оказалась отнюдь не в удовлетворительном положении. Хотя служанка Луиза и занималась всем хозяйством, Баваджи плохо справлялся с ответами на корреспонденцию, прислуживанием гостям, обеспечением медицинской помощи и теми бесчисленными обязанностями, которые являются вполне естественными для личного секретаря и компаньона. Работа над «Тайной Доктриной» требовала максимальной сосредоточенности и отсутствия отвлекающих факторов.
Именно в этот момент на сцене появилась графиня Констанция Вахтмейстер. Она происходила из древнего французского рода, её отцом был маркиз де Бурбель. В 1863 г. она вышла замуж за двоюродного брата, графа Карла Вахтмейстера, который впоследствии был направлен в Лондон в качестве шведского и норвежского министра при Сент-Джеймсском дворе. Позже он стал министром иностранных дел, а его жене король Швеции пожаловал титул – «Первая леди страны». После смерти мужа в 1871 г. графиня заинтересовалась спиритуализмом, но вскоре в нём разочаровалась. Прочитав в 1881 г. «Разоблачённую Изиду», она вступила в лондонское Теософское общество, где в 1884 г. познакомилась с Е. П. Блаватской во время неожиданного приезда последней из Парижа [745]. В Ангьене Блаватская поведала ей «множество вещей, которые, как я думала, известны только мне, и добавила, что двух лет не пройдёт, как я решу полностью посвятить свою жизнь теософии. В то время я по определённым причинам считала это совершенно невозможным…» [746]
Графиня Констанция Вахтмейстер (1839–1910)
История взаимоотношений графини и Е. П. Блаватской, изложенная на последующих страницах, взята из её книги «Воспоминания о Е. П. Блаватской и „Тайной Доктрине“», впервые опубликованной в 1893 г.
Покинув Швецию осенью 1885 г., графиня не собиралась посещать Елену Петровну в Вюрцбурге. Её пунктом назначения была Италия, где она намеревалась провести всю зиму с друзьями. По пути в Италию графиня заехала в Эльберфельд к Гебхардам. Миссис Гебхард попросила её отложить путешествие в Италию и навестить Елену Петровну вместе с ними, встревоженная удручающим письмом о её тягостных жизненных обстоятельствах. В письме к Е. П. Блаватской графиня предложила провести месяц со Старой леди, как Елену Петровну часто называли близкие. Блаватская ответила вежливым отказом, пояснив, что для гостей у неё нет места и она постоянно занята работой над «Тайной Доктриной». Когда графиня уже собиралась уезжать из Эльберфельда и у двери её ждал кэб, пришла следующая телеграмма: «Приезжайте в Вюрцбург сейчас же, вы мне срочно нужны. Блаватская». По приезде графини Елена Петровна сказала: «Должна принести извинения за своё странное поведение… У меня всего одна спальня, и я подумала, что Вы, будучи аристократкой, не захотите делить её со мной… но когда моё письмо уже было отправлено, Учитель сказал мне, что я должна попросить Вас приехать».
В результате вместо путешествия в Италию графиня спала в маленькой спальне Елены Петровны, разделённой большой перегородкой для создания подобия личного пространства. Так начались отношения, которые продолжались несколько лет, и, за исключением одной-двух поездок графини по делам, две женщины прожили в одном доме до самой смерти Е. П. Блаватской.
Вот как графиня описывала обстоятельства, при которых была написана «Тайная Доктрина»:
Скудность походной библиотеки Е.П.Б. была обстоятельством, которое более, чем какое-либо другое, привлекало моё внимание и вызывало изумление, когда я стала помогать госпоже Блаватской в качестве переписчика, и, таким образом, получила некоторое представление о её работе над «Тайной Доктриной». Её рукописи были до краёв переполнены ссылками, цитатами, указаниями на массу редких и малоизвестных работ самого разного рода…
Вскоре после моего приезда в Вюрцбург она спросила меня, не знаю ли я кого-нибудь, кто мог бы выполнить её поручение в Бодлианской Библиотеке. Так случилось, что у меня действительно было кого об этом попросить, и, таким образом, мой друг проверил отрывок, который Е.П.Б. видела в астральном свете. Оказалось, что название книги, глава, страницы и цифры были приведены в точности как в оригинале…
Однажды мне было поручено весьма трудное задание, а именно, проверить отрывок, взятый из рукописи в Ватикане. Познакомившись с одним господином, у которого в Ватикане был родственник, мне с некоторыми сложностями удалось проверить этот отрывок. Два слова были написаны неправильно, но всё остальное оказалось верно, и, что удивительно, мне сказали, что те два слова запачкались и их было сложно разобрать.
Это только два случая среди множества других. И если только Е.П.Б. хотела получить точную информацию по теме, преобладавшей на тот момент в её труде, она так или иначе её получала: из переписки с другом, который находился где-то далеко, или из газеты или журнала, или же во время чтения какой-нибудь книги; и это происходило с частотой и соответствием, далеко выходящими за рамки простого совпадения. Она, однако, предпочитала использовать, насколько возможно, обычные, а не сверхъестественные средства, чтобы не истощать свои силы без необходимости [747].
Шли дни, посетители прибывали и уходили, и графиня начала понимать, что «со всеми она была разная». Она объясняет:
Я никогда не видела, чтобы Блаватская обходилась одинаково с двумя людьми. Она моментально распознавала слабые стороны характера каждого человека, и мне было любопытно наблюдать за тем, какими необычными способами она испытывала людей. Те, кто ежедневно общался с ней, со временем всё лучше узнавали собственное «Я» и духовно росли над собой, если воспринимали практическую сторону её обучения. Однако многие находили процесс обучения малоприятным, так как столкновение лицом к лицу со своими слабостями никому не доставляет удовольствия. Поэтому многие отвернулись от неё, но те, кто смог выдержать испытание и остался верен ей, смогли увидеть в себе внутреннее развитие, которое и ведёт к оккультизму.
О том, как этот способ сработал в её случае, Вахтмейстер рассказывает следующее:
Когда я впервые пришла к ней, я была земной женщиной, баловнем судьбы. Благодаря политическому статусу мужа я занимала известное положение в обществе; поэтому прошло много времени, прежде чем я осознала пустоту того, что я до тех пор считала самым желанным в жизни, и потребовалось долгое обучение и много напряжённых битв с самой собою, прежде чем я преодолела в себе удовлетворённость, порождённую, без сомнения, праздной жизнью, удобством и высоким положением. Очень много должно было быть «выколочено» из меня, если говорить словами самой Е.П.Б [748].
