Ранее известная как Америка

Все это время они были лишь частицами углерода в песке «Нуэво Анджелино».
«Прости», – написала Плохая Киса.
«Ничего страшного. Просто я… этого даже не знал».
«Вот что я почувствовала, когда ракета взорвалась, ну, то есть, я даже не знала, что вообще была какая-то ракета. Казалось, будто… будто вместе с ней взорвалась моя жизнь. – Она шмыгнула носом. – Я хотела знать правду. И поняла, что никто не станет лазить по сайтам, чтобы потом вручить ее мне».
«Это невероятно, – свайпнул я, добавив анимодзи, надеясь, что она не подумает, будто это глупо. – Ты невероятная».
«На самом деле нет. Просто упрямая». – Но я научился читать по ее усам и понял, что ей было приятно.
«Слушай. Я должен попытаться немного поспать. Но если это верняк, то я скоро вернусь и навещу тебя».
«“Верняк”. – Ее усы снова взвились. – Я никогда раньше не слышала этого выражения. У нас принято говорить “по-любому”».
На секунду мы стояли там, аватар к аватару, улыбаясь друг другу. Для кошки она была особенно красива: мягкая шерстка, идеально ухоженный вид. У меня мелькнула мысль, как она может выглядеть: острый подбородок и длинная шелковистая челка, окаймляющая ее зеленые глаза.
Интересно, были ли ее глаза зелеными в реальной жизни?
 
23
Когда мир сходит с ума, ты можешь либо сойти с ума вместе с ним, либо пойти своим путем. Лично я всегда сам выбирал свой путь.
(из «Путеводителя афериста по Территориям Экс-США»)
Нас разбудили чьи-то голоса. Я едва успел включить фонарик, как мимо с грохотом пронеслись два чурбана, такие большие и неотесанные, словно их пропустили через неисправный принтер. Но они умчались дальше, не говоря ни слова, и мы решили, что это сигнал – пора вставать.
Видимо, мы шли по одному из наименее проторенных путей, потому что вскоре попали в более оживленный туннель, где было больше лачуг и граффити и где было более интенсивное движение. Нам встречались путешественники и кроты, горбатые и с остекленевшими от катаракты глазами, жулики и аферисты, контрабандисты и ловкачи, впаривавшие батарейки и фонари, которые выходили из строя через пять минут после того, как вы их купили, а также те, кто постоянно пользовался этим маршрутом, поскольку хотел избежать пограничных сборов.
Тим не соврал: в общем и целом это была самая уродливая, самая грубая толпа, которую я когда-либо видел, включая Вифезду и Армию Дьявола, пусть даже нам и встретилось несколько перепуганных кроликов, которые шли, опустив головы и в спешке, пытаясь выбраться из этого опасного места, прежде чем их арестуют за кражу конфет или что-то в этом духе. А еще там было довольно много андроидов, пытающихся уклониться от политических мер Техаса, которым удалось сбежать лишь недавно.
Я заметил, что почти все они шли в другую сторону.
Спустя несколько часов Малыш Тим заметил знакомое лицо и вскрикнул. Уже через секунду он душил в объятиях тощего ковбоя, который потерял руку из-за запущенной инфекции.
Его звали Кинк, и оказалось, что Малыш Тим знал его с тех времен, когда они путешествовали по своим аферистским маршрутам. У него была кожа цвета мыльной пены, как у Аннали, множество пластиковых зубов и парочка имплантированных штучек-дрючек: мизинец заменял ему фонарик, а ряд металлических зубов посылал сигналы от визора прямо ему в череп; имелся даже аккуратный металлический нос, который он мог закрывать по собственному желанию. Когда-то он был летчиком, занимался контрабандой фальшивых разрешений и виз, и ему хорошо за это платили, но потом эта работа стала слишком опасной [100].
– Было время, когда многие пограничники просто смотрели в другую сторону, – объяснил он. – Они помнили о распаде США, и половина из них была тайными унионистами. Но все изменилось. – Он покачал головой. – В этом мире есть две вещи, в которых ты можешь быть уверен: что перемены придут и что ты пожалеешь об этом.
Кинк провел под землей почти полгода и знал секретные повороты, за которыми находились пещеры, где на стенах вдоль озер с прозрачной водой произрастали люминесцентные грибы. Обычно кроты прогоняли чужаков со своей территории, но Кинк был довольно известен и постепенно завоевал их доверие, доставляя с поверхности припасы, которые затем оставлял в их лагерях. После купания мы расположились на каменном выступе у горячих источников и растянулись голышом, а уставшая Рамми заснула крепким сном. Кинк собрал со стен несколько фиолетовых грибов, которые, по его словам, могли бы вызвать у нас причудливые сновидения, и мы открыли «Чили встряхни и смешай™», которое он купил у одного из подпольных торговцев. Видимо, это была подделка – баланс химикатов был явно нарушен, но мы были так голодны, что я съел бы даже резиновую подошву от ботинка [101].
– За последнее десятилетие я побывал в каждой стране континента три или четыре раза, – сообщил он нам. – И вот что я скажу: по сути, единственное, что меняется, так это вонь. В странах, которые расположены в низине, несет плесенью и дерьмом. В Дакотах разит грязными деньгами. Весь Денвер провонял ознобином и русскими, а запах Конфедерации напоминает гной в подмышечной впадине, ну и в Пыльном Котле стоит самое ужасное зловоние, а все потому, что, куда ни глянь, повсюду одна только смерть.
Теперь Кинк работал дроном из плоти и крови, доставляя письма и небольшие посылки в страны, где была высока вероятность цензуры или политического вмешательства (т. е. в большинстве из них). Именно Кинк нечаянно выдал сведения, которые, я готов был в этом поклясться, пыталась продать мне та всплывающая реклама на Дороге из желтого кирпича: Марк Дж. Бернхем был вынужден уйти с поста генерального директора, однако ему разрешили сохранить свою должность президента, и он поспешил отправиться в какую-то секретную реабилитационную клинику на Острове Флорида. Акционеры обвиняли президента Бернхема в том, что он излишне мягок в отношении терроризма, – даже ходили слухи о его возможных симпатиях на этот счет.
Все это, по словам Кинка, могло привести нас к новой мировой войне.
– Сейчас переговоры Совета директоров зашли в тупик, и они не могут решить, кого им выдвинуть, – сказал он. – Тем временем директор Отдела международной торговли угрожает ввести санкции против Техаса, если те не будут участвовать в розыске террориста, взорвавшего скоростной поезд. – К счастью, он не знал, что разговаривает с самым разыскиваемым человеком в стране, иначе я бы проснулся и обнаружил, что мои кишки привязаны к кипе его почтовых посылок. – Но, по правде говоря, ситуация развивается в этом направлении уже много лет. Это дерьмо времен Холодной войны должно было когда-нибудь разгореться. Кранч Юнайтед© – один из самых отъявленных негодяев. Взрывает нефтяные танкеры в Заливе и заявляет, что это вмешательство НДС. Выжимает все до последнего цента из своих колоний и даже заключает сделки с картелями. О да, – сказал он, увидев выражение моего лица. – Федеральная Корпорация поставляет Даймас™ ознобиновым наркоманам по всему миру. Как еще, по-вашему, она сохраняет свою долю на рынке?