Ранее известная как Америка
Домики в стиле Пуэбло и статичные пешеходные дорожки в духе прошлого века, казалось, были заимствованы из 1900-х годов, если не считать легких намеков на умные технологии: станции подзарядки в полумраке неонового света маскировались под карликовые пальмы с колючими ветвями, у которых толпились бритоголовые андроиды, желающие подзарядить свои батареи. Рои наноботов формировали в воздухе бегущие строки с персонализированной рекламой («ПОПРОБУЙТЕ ПОРОШОК ВИТАУКРЕПЛЕНИЕ ПРЯМО CЕГОДНЯ!», «ЛИЗА-22, ТЫ ВЫЙДЕШЬ ЗА МЕНЯ ЗАМУЖ?», «ХУДОЖНИКИ САНТА-ФЕ ЗА БРАЧНОЕ РАВНОПРАВИЕ»).
– Как вам такое? – Малыш Тим поднял кулак. – Кто-то написал там, в небе, твое имя, Траки.
Он был прав. Пока мы стояли, кучка мигающих красным цветом нанороботов сгустилась в облако: «РАЗЫСКИВАЕТСЯ ПО ОБВИНЕНИЮ В ТЕРРОРИЗМЕ, ШПИОНАЖЕ, КОНТРАБАНДЕ НАРКОТИКОВ: ТРАКИ УОЛЛЕС, 16 ЛЕТ, 5 ФУТОВ 9 ДЮЙМОВ». Секунду спустя наноботы перестроились, образовав почти приличный эскиз моего лица, за исключением гримасы, оскаленных зубов и безумного взгляда. Клочки облаков в небе создавали впечатление, будто из моих ноздрей вырывается дым.
– Ради бога, перестань тыкать пальцем. – Несмотря на то, что было так жарко, что у меня яйца вспотели; я вытащил из сумки балахон и застегнул его на молнию. Надев визор и сдвинув челку на лоб, я понял, что близок к неузнаваемости.
– Они неправильно изобразили твой подбородок, – задумчиво сказал Барнаби. – У тебя он более грушевидной формы.
– Ладно, ладно. Послушайте, ребята, почему бы вам не попробовать запастись провиантом, хорошо? Я собираюсь найти кого-нибудь, кто проведет нас через Адскую долину [117]. – Кинк подал мне идею: если я смогу продать «Путеводитель афериста» за половину той суммы, какую, по их словам, он стоил, то мне удастся оплатить дорогу до Сан-Франциско и доставить груз. Тогда можно будет надеяться, что Коуэлл сможет изыскать решение при помощи старых мозговых клеток Рафиковой. Вот так просто я бы стал национальным героем.
И тогда, наконец, я смог бы вернуться домой.
Я отдал одну из своих последних двадцаток за возможность перекантоваться на несколько часов в дешевом домике по дороге, где цены на душ и слив приближались к разумным, однако я не хотел раскошеливаться на пресную воду и вынужден был довольствоваться тем, что пополнил запас жидкости в полупустых пуринах у администратора. Тем не менее переработанная моча была лучше, чем ничего. Было очевидно, что вся страна соблюдала жесткий режим экономии водоснабжения. Повсюду были признаки засухи: от рекламных щитов, на которых сверкали высокотехнологичные пурины с эффективностью переработки в девяносто процентов, до водопроводов, что, извиваясь, тянулись вокруг квартала к каждой местной водонапорной башне. Здесь было так сухо, что казалось, будто ты облизываешь мел, а в Старой Аризоне будет в десять раз хуже.
Малыш Тим и Барнаби пошли раздобыть столько воды, сколько мы могли унести, а Рамми решила отправиться на поиски нового набора аккумуляторов, так как ее дополнительные батареи почти полностью разрядились еще под землей: Санта-Фе-Сун славился своими проандроидными настроениями и благожелательным отношением к робототехнике [118].
Я отправился на поиски гида. К слову о поездке в Лас-Вегас, там не было пограничного контроля – все, что нам было нужно, так это отыскать кого-то не слишком умного (или достаточно отчаянного), чтобы он согласился отвезти нас туда. Несмотря на то, что это было рискованно, поскольку мое лицо красовалось над половиной города, я полагал, что со мной, пока не высовываюсь, все будет в порядке. В центре города, вероятно, снуют тысячи людей, и если было хоть что-то, что крошка вроде меня знал и умел, так это играть в невидимку.
Я попал в затор при входе на площадь, именуемую Плаза Санта-Доминго, или Мемориал Ватанабэ. Я насчитал три пары, где человек и андроид открыто держались за руки и, казалось, не боялись, что их арестуют. А еще там были десятки слизняков естественного происхождения, на которых красовались футболки с лозунгами вроде «Я ПОДДЕРЖИВАЮ СМЕШАННЫЕ ОТНОШЕНИЯ» И «JE SUIS CG3» [119]. У здания призывного пункта штатный физик демонстрировал микроскопическую машину, полностью собранную из квантов, которая должна была отправиться в совершенно иное измерение.
К тому времени, как я протиснулся сквозь толпу к бульвару Сони Лас Муэртас, известному участку розничной торговли, я потел сквозь веки и умирал от жажды. Поток беспилотников в воздухе только увеличивался, и где-то под воротником я почувствовал едва заметный тревожный холодок, как будто за мной кто-то наблюдал.
А еще здесь было так тесно, что не дохнуть. Туристы осаждали сверкающие магазины техники, а поток андроидов, подобно пене, заходил и выходил из роскошных салонов красоты и тюнинга. Тут было много гидов, которые предлагали однодневные поездки в Адскую долину, но сперва мне нужно было найти место, где можно заложить книгу: все эти гиды были мне не по карману, а мне требовалось еще несколько сотен долларов сверху.
Однако зуд у меня в затылке так и не прошел. Идя вниз по улице с остальными пешеходами, я понял, что это была не просто паранойя: за мной кто-то следил.
Он носил футболку «JE SUIS CG3». Его кожа была бледнее, чем это обычно бывает у жителей этих краев, – он словно бы выполз из тени чьей-то операционной системы. Подбородок и шея преследователя, казалось, делали все возможное, чтобы забыть старые обиды и стереть общую границу.
Когда я повернулся к нему лицом, он выглядел так, словно собирался что-то сказать. Вместо этого он просто стоял с открытым ртом и сосредоточенным видом, точно андроид первого уровня, загружающий обновление программного обеспечения.
– Какие-то проблемы? – спросил его я, пытаясь подражать прежней развязности Зеба.
Он покачал головой. Но мне не понравилось то, как он улыбнулся.
Я развернулся и пошел дальше. Он последовал за мной, когда я выбрался из толпы, и все еще шел следом, когда я свернул к Императорскому нефритовому Калле де Санта-Мария. Через несколько минут я по-прежнему чувствовал его присутствие в сорока футах позади, он шел, прихрамывая, в кроссовках на резиновой подошве.