В интересах государства. Возвышение

— Значит, вот для чего это правило… Хозяин перестраховывается от применения силы? Дополнительная мера безопасности?
— Как вариант, — кивнул я. — Только если наш хозяин торжества тоже замешан в делах Аспиды, мы здесь все в жопе. Своим он пить эту дрянь не даст, а это значит, что мы даже не сможем ни с кем связаться.
Денисов нахмурился пуще прежнего — да так, что решившая было пристать к нам актриска шарахнулась от него в сторону как от прокаженного.
— Есть идея, — наконец сказал он. — Дурацкая, но может помочь, если проблема в питье.
— Блевануть?
— Ага. Старый студенческий рецепт на длинных пьянках. Промыть желудок. Может еще не все успело всосаться в кровь…
Я огляделся по сторонам. Ну что ж, попробуем.
— Подыграй мне! — Я навалился на Константина всем корпусом и принялся неразборчиво мямлить. — Позови официантку и потребуй питье для облегчения желудка. Они тут точно знают рецепт.
Денисов кивнул. Я продолжал отыгрывать роль перебравшего молодчика, орал песни невпопад, вяло хватал девиц за задницы и вел себя разнуздано. Костя тем временем перехватил официанта в белых перчатках, кивнул на меня и, активно жестикулируя, принялся требовать средство для перепивших. Официант, явно привыкший к подобным эксцессам, тут же метнулся к выходу.
— Момент, господин!
— Сейчас все будет, — шепнул мне Денисов. — Пойдем пока к дверям. Уборные вроде бы в той стороне.
Не успели мы доползти до выхода, как к нам подлетел слуга и протянул два кувшина с каким-то мутным раствором.
— Вынужден предупредить — вкус отвратительный. Но прочищает до пятого родового колена, — улыбнулся он из-под простенькой маски.
— Благодарю!
Схватив оба кувшина своей здоровенной лапой, Денисов вытолкал меня в коридор и указал направление:
— Там уборные. Бегом.
Здесь уже можно было не притворяться. Стараясь не расплескать ни капли спасительной бадяги, мы домчались до дверей в ванные комнаты и заняли одну из них.
— До дна! — Денисов поднял кувшин и, сделав несколько глотков, оторвался от него с исказившейся рожей.
— Халдей не врал. Дерьмо дерьмищенское.
— Да и плевать, — я присосался к краешку кувшина и принялся лакать мутную воду как не в себя.
Не знаю, чего они там набадяжили, но на вкус это было мерзейшее пойло из всех, что мне когда-либо приходилось пробовать. Куда там толокнянке и теплому пиву с молоком… хотя бы за счет вкуса это снадобье справлялось со своей прямой задачей.
— Костя… подвинься!
Я оттолкнул уже выворачивавшего себя наизнанку Денисова и, не добежав, вытошнил все выпитое и съеденное за сегодня в беде. Казалось даже кишки содрогнулись. Ну и дрянь…
Вытерев рот, я усилием воли заставил себя допить остатки в кувшине залпом и пошел на второй заход.
Через пять минут мы с Денисовым беспомощно развалились на полу уборной, вытирая лбы полотенцами.
— Как будто на мне танк кружился, — прохрипел я. — Что это за дрянь?
— Ивановская горлодраловка, — отозвался Денисов. — Старинный рецепт. Зато похмелья точно не будет.
Меня же сейчас интересовало другое. Смогла ли эта горлодраловка вернуть силу? Осторожно, словно воришка, я зачерпнул немного из резерва и попытался преобразовать чистую родовуху в заклинание. По пальцам пробежали искры и… Все.
— Хорошие новости — оно сработало. Плохие — сработало едва-едва.
Денисов устало вздохнул и поднялся, опираясь о стену.
— Будем надеяться, сейчас полегчает. Давай, Миш. Надеваем маски — и на выход. Нужно найти красноперчаточных.
Я напоследок вытер лицо полотенцем, зашвырнул его в корзину для грязного белья и тщательно завязал тесемки маски. Костя, хотя и был слабее меня ментально, физически все же превосходил — поэтому действие горлодраловки перенес легче, чем я. Меня до сих пор скручивало и норовило вывернуть при одном лишь воспоминании о вкусе этого пойла.
— Видел одного в японском зале, — сказал Константин.
— Идем.
Ну, зато голова немного посвежела. Возможно, адское снадобье все же начало работу по очистке организма. И все же в кровь вошло слишком много блокирующего пойла — я чувствовал, что и вполовину не был так силен, как обычно. Значит, все же лучше полагаться не только на силу, но и на оружие.
Миновав зал с развлечениями во французском стиле, мы оказались в японском. Денисов аккуратно указал на молодого человека с подносом. Он был одет в своеобразную форму под стать мероприятию — тоже в маске, тоже в фантазийном стиле, но вместо белых перчаток носил алые.
Я подошел к нему, сделав вид, что собирался взять напиток. Официант услужливо поклонился.
— Чего желаете? Только что выкатили бочку токайского…
— Привет Радаманту, — шепнул я.
Официант вмиг умолк, но оставил любезную улыбку на лице.
— Соколик?
— Нет, блин, орел.
— Что случилось? Мы здесь только для подстраховки.
— Она и понадобилась. Нужен ваш одаренный. Срочно.
— В Ледяном доме, западный корпус.
Официант принялся наливать мне вино и делал это нарочито медленно, пока мы разговаривали. Он протянул мне ароматное токайское.
— Вылей в цветы. Я видел, что туда что-то подмешали.
— Спасибо.
Я отошел к Денисову и на ходу осторожно выплеснул вино в кадку цветка. Бокал оставил на полке и потащил Денисова за собой.
— В Ледяной дом. Скорее.
— Это где?
— Не развлекайся ты с француженками, выяснил бы, — огрызнулся я и распахнул дверь.
До Ледяного дома я и сам не дошел в своей экскурсии — он был следующим за залом, где проходил Каштановый банкет Борджиа. Насколько я понял, то была вольная фантазия на тему знаменитой свадьбы шутов в Ледяном доме Анны Иоанновны.
Князь Михаил Голицын имел несчастье прогневать императрицу, за что его лишили чинов и званий и приказали служить шутом при Анне Иоанновне. Князь на этой должности вроде как немного помутился рассудком и был готов на любые безумства. В том числе и на новую затею императрицы, которая решила женить его на своей любимице — карлице Авдотье Бужениновой, тоже шутихой.
В честь этого мероприятия на Неве построили настоящий ледяной дворец из цельных кусков льда, обставленный ледяной мебелью, с ледяными стаканами, книгами, бутылками и прочей утварью… В день торжества молодых отвезли в этот дворец в клетке, установленной на настоящем слоне.
Примерно эту картину воссоздали в последнем зале западного крыла. Низкая температура здесь поддерживалась явно при помощи Благодати, что подтвердило мою гипотезу о том, что нас опоили. Ведь кто-то мог применять силу…