Русская и советская кавалерия. Русско-японская, Первая Мировая, Гражданская

Потери: отряд В. А. Химеца – 3 человека, у немцев – свыше 200 человек. Из двух расстрелянных оренбуржцами рот поднялось лишь 20–25 человек.
Но проволочные заграждения не дали частям отряда возможности прорвать охранение противника в конном строю. Спешенные кавалеристы, даже задействовав 1000 винтовок, не могли состязаться с сильными немецкими гарнизонами Хоржеле или Монтвица.
С 3 по 6 февраля немцы ежедневно тревожили отряд В. А. Химеца, действуя то на Китки, то на Доброгосты. У Хоржеле сотня уральцев имела дело со спешенной конницей противника.
В ночь на 6-е В. А. Химец получил сведения о скоплении в Хоржеле крупных немецких сил – и утром следующего дня вся бригада вышла в район Кржиновлога. Из района последнего батарея весь день вела огонь по Рембелин, Хоржеле и Бржески Колаки. Немцы отвечали.
 
 
Начало немецкого наступления на Прасныш. Даты – по-новому стилю.
 
7 февраля 4-я бригада вновь вышла в Кржиновлого, а начальник штаба туркестанцев получил указание «в случае серьезного наступления немцев отпустить стрелков в Грудуск».
Батарея Офицерской артиллерийской школы (ОАШ) обстреливала немецкие колонны, двигавшиеся на юг от Бржески Колаки. Другие наступающие колонны противника были обнаружены на дорогах к Праснышу от Рембелин и от Янова и Хоржеле на Кржиновлого. Никем не сдерживаемые с фронта, немцы не обращали на отряд В. А. Химеца внимания. Начальник отряда, решив, что конная атака на не расстроенную пехоту принесет лишь жертвы, к 17 часам отвел 4-ю бригаду в район Павлово, Чернице Борове.
Утром немцы начали обстрел позиции стрелков у Китки. Германские подразделения появились на всем фронте от Дзержгово до дороги Шумск – Млава – Гальвиц, нанося удар по 1-му Туркестанскому корпусу. Как отмечал Э. Людендорф, удар наносился силами, троекратно превосходившими русских (корпуса: Цастрова, 17-й резервный, 1-я гвардейская резервная и 3-я пехотная дивизии – всего 6 дивизий). В 9 часов немцы потеснили оренбургскую сотню у Грабово. Сотня отошла в Дзержгово, но взамен был выслан разъезд хорунжего Кадошникова.
 
 
Туркестанская казачья бригада 9-10 февраля 1915 г.
 
К полудню немцы охватили уральские заставы у Дзержгово, Доброгосты и Креры, начав наступление и на Бржозово. Небольшими группами уральцы проскакивали в Дзержгово – и в 13 часов там собралась вся Туркестанская бригада. Уральский дозор, высланный для организации связи от Бржозово на Грабово, захватил на дороге из Янов немецкого кавалериста. Последний показал, что его полк прикомандирован к 1-му Резервному корпусу – и части последнего движутся от Хоржеле на Прасныш.
До 16 часов пулеметчики продолжали обстреливать немцев, действуя с высот у Забоклик. В сумерки бригада отошла в Павлово, но тут находился полк ОКШ, и туркестанцы заночевали в Венгра.
Разведка туркестанцев имела важнейшее оперативно-стратегическое значение: была выявлена серьезность и мощь немецкого наступления, выяснены его направления и найден новый (1-й Резервный) корпус. При этом конники ухитрились задержать (насколько это было возможно) фронтальное наступление противника.
 
 
Разгар Второй Праснышской операции. Даты по новому стилю.
 
Таким образом, уже в самом начале Второй Праснышской операции русская конница кое-чего добилась, в то время как немецкая не сделала ничего: кавкорпус фон Холлена скромно прятался в тылу. Э. Людендорфу, сетующему на свое незнание обстановки вследствие слабой работы авиаразведки, нельзя сваливать «незнание» на отсутствие авиации: германская авиация летала 5 февраля над Дзержгово. Русские обошлись и без авиации – конница, как отмечено, осуществила весьма успешную разведку. В отличие от конницы оппонента. А если бы немецкие 2-я и 4-я кавдивизии были двинуты от Хоржеле на Прасныш? Но… О немецкой коннице говорили, имелся даже пленный кавалерист, но саму германскую кавалерию так и не увидели – вплоть до конца операции.
 
 
Уральский казак.
 
7 февраля на помощь В. А. Химецу была направлена бригада 4-й Донской казачьей дивизии из состава 1-го Конного корпуса.
На рассвете 8-го весь отряд В. А. Химеца выступил на Прасныш, занятый 2–3 батальонами 66-й пехотной дивизии с 3 батареями и полуротой туркестанских сапер. Подходя к городу, и. д. начальника штаба 4-й Отдельной кавбригады подполковник С. М. Тиличеев получил донесение от своих разъездов, что немцы уже огибают Прасныш с востока, а германские разъезды от Макова подходят к Праснышу.
Встав с 4-й бригадой у Венжево, В. А. Химец направил туркестанцев на Маков. На дороге от Козине на Венжево показались части донцов.
Туркестанцы двинулись, имея впереди сотню уральцев, на Романове – Маков. Был выдвинут разъезд – на Карнево – Маков. В 11 часов сотня была обстреляна из Романове. Спешив один взвод, командир сотни с остальными казаками двинулся в обход – и из Романове галопом отошло на Маков около эскадрона немцев.
Маков был занят четырьмя батальонами ополченцев с сотней пограничников и батареей легких орудий обр. 1898 г. Настроение ополченцев было неплохим – несмотря на вооружение берданками и «допотопными» пушками.
В 16 часов сотня уральцев заняла Млодзяново и окопалась на его северной окраине. В 18 часов появился разъезд хорунжего Кадошникова – он около суток действовал между немецкими колоннами и у Кржиновлога, захватив в плен вольноопределяющегося одного из полков 36-й резервной дивизии 1-го Резервного корпуса. Причем пленный усердно нес обязанности дозорного – хоть и под присмотром казака.
К ночи поступили следующие сведения: у Красносельц немцев нет, а переправа наблюдается разъездом 4-й кавалерийской дивизии (ядро которой находилось в Остроленке), переправы у Подосье и Ленг заняты мелкими немецкими пехотными частями.
В 16 часов В. А. Химец отошел в район Карнево – Хелхи Иловые.
Результат работы русской конницы 8 февраля: завершена стратегическая разведка и определен левый фланг немецкого наступления, установлен состав германских рот (по показаниям пленного – от 150 до 170 штыков).