Русская и советская кавалерия. Русско-японская, Первая Мировая, Гражданская

Ко 2 мая вся австро-венгерская 7-я армия оказалась отброшена за Прут.
Крымский конный полк завершил Заднестровское сражение – эскадрон Ее Величества и 3-й эскадрон атаковали пехоту врага у г. Чернелица, захватив много пленных.
Итак, план наступательной операции, разработанный штабом 9-й армии, был блестяще осуществлен.
В течение нескольких дней от неприятеля было освобождено междуречье Днестра и Прута, занята значительная часть Южной Галиции и Буковины (с городами Надворная, Коломыя, Снятии, Черновицы). 9-я армия заняла исходные позиции для осуществления следующей – Прутской – операции.
Трофеями победоносных войск 9-й армии стали 25 тыс. пленных и 20 орудий.
Главный тактический успех принесли действия 3-го Конного и 33-го армейского корпусов. Как отметил генерал-квартирмейстер 9-й армии Н. Н. Головин, в первый же день на широком фронте волна 160 русских эскадронов покатилась от Днестра до Прута, захлестывая с флангов и тыла войска противника, пытавшиеся задерживаться на укрепленных позициях.
Мобильные войска 9-й армии – конница и пограничники – сыграли ключевую роль в сражении. В операции присутствует комбинированное использование конницы – у Баламутовки – Ржавенцев части
3-го Конного корпуса самостоятельно осуществили прорыв укрепленных позиций, а у Городенки войска Сводного конного корпуса развили прорыв пехоты. В последнем случае конница была введена в т. н. чистый прорыв и наиболее эффективно смогла реализовать свою мобильность. В обоих случаях кавалерийские и казачьи части и соединения в зависимости от обстановки действовали как в конном, так и в пешем строю. Еще одно доказательство того, что русская императорская кавалерия представляла собой универсальный мобильный род войск. Представляется совершенно справедливым воспроизвести следующее высказывание П. Н. Краснова, посвященное русской коннице: «Мне говорили немцы: «Во время великой войны мы выше всего ставили Императорскую Русскую армию, потом французскую, потом английскую и ни во что считали итальянцев и американцев. Но выше, чем была русская кавалерия и даже равной ей, мы не имеем и у себя».
Оперативная схема Заднестровского сражения особенно интересна – 2 ударных группы (фактически «2 рога») 9-й армии оперировали автономно. Но действия этих групп были объединены единым замыслом командующего. В то же время операция 2-го Конного корпуса должна была развиваться в интересах обеих ударных групп – а войска корпуса двигались в двух эксцентрических направлениях, содействуя флангам 33-го армейского и 3-го Конного корпусов. Так как не атакованные участки фронта противника находились между атакованными, то под воздействием успехов ударных групп он был их вынужден оставлять – без особых усилий русских войск, занимавших позиции на пассивных участках.
Атака у Баламутовки – Ржавенцев интересна своей кавалерийской масштабностью – в ней участвовало 90 эскадронов и сотен. Русская конница в зависимости от обстановки действовала максимально гибко. Так, донские казачьи полки, прорвав укрепленную позицию австрийцев в пешем строю, развили успех конной атакой – довершив разгром противника.
В рамках Заднестровской операции русская конница сыграла роль стратегической конницы – именно в боях у Баламутовки – Ржавенцев и Городенки была решена судьба армейской операции. Атака русского 3-го Конного корпуса 27 апреля у деревень Баламутовка – Ржавенцы имела ключевое оперативно-стратегическое значение – фактически благодаря деятельности конных масс было нанесено поражение общевойсковой армии противника.
Следует подчеркнуть, что русская конница действовала в обстановке применения (хоть пока и временно) позиционных форм боевых действий – когда активные операции выражались в форме прорыва неприятельского фронта. А результаты такого прорыва можно было использовать лишь посредством быстрого удара сильной кавалерийской группировки. Именно стратегическая конница, действуя значительной массой, решает стратегические задачи, деятельность же в тактическом масштабе – это удел войсковой конницы, применяемой небольшими частями и подразделениями.
Мы характеризовали предпосылки и специфику проведения конных атак. Неудивительно поэтому, что конница была успешна именно там, где у нее были хорошие командиры. Когда-то говорили, что история конницы слагается из истории ее начальников. Постулат не устарел – более того, именно условия войны начала 20-го века выдвинули новые требования к кавалерийскому командиру, который должен был обладать не только исключительными личными дарованиями, но и определенным военным талантом. Ф. А. Келлер представлял тот тип идеального кавалерийского военачальника, востребованного Первой мировой войной. Более того – Ф. А. Келлер был талантливым кавалерийским командиром. Практик и теоретик конницы М. Баторский особо подчеркивал огромное значение личности кавалерийского командира, одаренного, с одной стороны, волевыми качествами и чутьем, а с другой – непреклонным желанием конницы дойти до противника, и здесь нужно проявление большой стойкости и уверенности, рождаемой для войск верой в командира, а командира – в силу своих войск.
Историк А. А. Керсновский, характеризуя итоги развернувшейся на Буковине битвы, писал, что честь Заднестровской операции в первую очередь принадлежит 3-му Конному корпусу графа Келлера, разметавшему венгерский гонвед и легионы Пилсудского на полях Баламутовки, Ржавенцев и Онута.
В ходе боев у Баламутовки – Ржавенцев были взяты крупные населенные пункты Залещики и Надворна, а австро-венгерская 7-я армия генерала К. фон Пфланцер-Балтина, как отмечалось, отброшена за р. Прут. И факт прорыва конницей вражеского фронта и ее продвижения в прорыв (противник стал поспешно оставлять укрепленные позиции на участках 30-го и 11-го армейских корпусов и отходить за Прут и в горы) сказался на судьбе всей армейской операции.
Но главное – ход этой небывалой в истории конницы атаки показал – невозможное возможно. Даже в обстановке позиционной войны, в сети проволочных заграждений, когда пулемет господствовал на поле боя, а пехота была царицей полей – роль конницы не утрачена. Конная атака не только возможна, но в соответствующих оперативно-тактических условиях и при надлежащем руководстве со стороны командного состава сулит небывалый успех.
Но стратегическое положение Юго-Западного фронта в результате Заднестровской операции не улучшилось – сказалась удаленность ТВД от важнейших операционных направлений. Интерес представляет следующее обстоятельство – противники на Русском фронте весной 1915 г. попытались ударами конных масс на крайних флангах стратегического построения решить важнейшие стратегические задачи – отвлечь внимание и оттянуть стратегические резервы от главных театров военных действий (германцы – в Прибалтике, а русские – в Буковине). Но оперативная скорость продвижения наступающих австро-германских войск в Галиции и Польше не позволила тактическому и оперативному успеху русской 9-й армии перерасти в успех стратегический. Противник выиграл темп, и победоносная 9-я армия была вынуждена отступать вслед за соседями. Поражение в центре Юго-Западного фронта вынудило генерала П. А. Лечицкого свернуть удачное наступление и отходить на исходные рубежи.