Как защитить диплом от хищников
– Ты во всем права, кроме одного, - Смерч выдохнул и устало потер переносицу.
– И в чем же я ошиблась? – сказала, словно выплюнула.
Внутри меня еще кипела злость, но она уже не застила глаза. И я поняла, почему Крис дал мне разгромить свою квартиру – чтоб я банально выпустила пар. Даже тут он оставался, фтырх его дери, стратегом и дипломатом.
– В том, что не по плану пошло все, что касается тебя и м… – он не договорил, оборвав сам себя. - Я сожалею, что пришлось действовать именно так. Но иначе ты бы не согласилась. И сейчас… лучшим будет , если на этом все кончится. Для тебя – точно. Я не хочу больше тобой рисковать.
Он не говорил, как утром в чабиле, что я свободна и могу идти. Но это чувствовалось. Сейчас он не просто отпускал. Прогонял.
– Что, уже прикидываешь, к кому из знакомых артефакторов обратишься? - Я иронично вскинула бровь. Горячка злости вся вмиг куда-то улетучилась. Осталась лишь холодная ярость. Этот клыкастый паразит просто решил сбросить меня со счетов. Ну уж нет! Раз в жизни выпадает такой шанс – изучить древнейший раритетный артефакт. Старинную технику работы магомехаников, и… я ее упущу? Да ни за что! И, кажется, я «обрадую» Катафалка сменой темы дипломной.
– Ты слишком быстро учишься. – Смерч был явно недоволен тем, что его действия просчитали. Впрочем, он ничего не стал отрицать и признался: – Раз ты сказала, что есть способ найти, значит, скорее всего, догадалась, что три части Чакры связаны. И это притяжение может выявить любой артефактор высокого уровня в лабораторных условиях. Без риска, без обязательной сопротивляемости флеру…
«В общем, не только ты»… – он не сказал, но я услышала. И фтырх два меня это остановило!
– Значит, клыкастый, тебе несказанно повезло, что у тебя есть я. И не нужно бежать в ночь и искать ещё одного специалиста.
Это стоило сказать хотя бы ради того, чтобы увидеть выражение лица Смерча. Оно было незабываемо, непередаваемо и ещё кучу «не»… Одним словом, я запечатлела его в памяти навечно, потому как, подозреваю, больше не увижу подобного у Кристофа никогда.
Наконец, придя в себя, он рявкнул:
– Нет! – да так, что я невольно сделала шаг назад. - Я не хочу больше тобой рисковать. Мне и одного раза хватило, - выдохнул он и сжал зубы столь сильно, что обозначились желваки , а скулы побелели. И спустя несколько томительно долгих секунд, продолжил: – Трис, кое в чем я тебе точно не врал. Ни тебе, – он сглотнул, словно признавая поражение, - ни себе.
Я ничего не ответила. Лишь подошла к Чакре, с интересом ее изучая… Определенно , если я напишу диплом по подобному артефакту, то он будет одним из лучших. И не в группе, а за всю историю факультета. С таким в будущем у меня будет гораздо больше шансов с трудоустройством. И у меня есть почти двое суток, чтобы изучить артефакт. И, если сильно повезет, возможно, в дальнейшем воссоздать его аналог.
Так что задача номер один – найти оставшиеся две части. Номер два – задушить в себе любые чувства к Смерчу. И если первый пункт плана был пусть тяжело, но осуществим, то второй – миссией, которая невыполнима. Но ничего… Как там меня охарактеризовал Катафалк? Лучше всего мне удается решить именно невыполнимые задачи.
Нужно просто априори считать любые слова и поступки Смерча обманом, манипуляцией... И не очаровываться. Тогда и разочарования не будет.
И я повернулась к вампиру, держа в руках Чакру, со словами:
– Я остаюсь.
Похоже, что-то в моем голосе было такое, что клыкастый, сцепив клыки, все же согласился:
– Хорошо. Но при условии, что ты все время будешь у меня за спиной. И не вздумай оттуда высовываться. - Он наставил на меня палец, видимо припомнив разом все мои промахи в сегодняшней операции.
Хотелось много чего на это ответить, но я поняла: еще успею опробовать передовые методы в области современного трудоустройства – угрозы и шантаж – чуть позже. А пока… после всего пережитого и сотворенного я чувствовала лишь усталость.
И с ней мог справиться только сильнейший из эликсиров, тот, лишь благодаря которому я часто по утрам могла эксгумировать себя из кровати. Кофе.
К слову, не одна я решила причаститься этому напитку. Смерчу пришла в голову та же идея. Вампир даже лично его сварил.
– Тебе яд со сливками или без? - поинтересовался Крис, разливая жидкость по чашкам.
Я хмыкнула: только сама хотела ехидно поинтересоваться, не забыл ли он для меня отравы сыпануть.
– Молоко – удел слабых духом. А я буду суровым героем.
– Хм… До этого момента я думал, что самые суровые – это те, кто кофе не пьют вовсе, а просто едят, но ты сейчас поколебала эту уверенность. – И он протянул мне одну из двух щербатых чашек. Настолько щербатых, что у клыкастого в руках оказалась посуда, у которой стенка с одной стороны была наполовину отколота.
На город уже легла глубокая ночь. Она отражалась в панорамном окне отсветами фонарей. В глубине квартиры горел единственный оставшийся целым торшер. Но его хватало лишь на то, чтобы угадать предметы по силуэтам.
Я отхлебывала кофе и смотрела. На улицы, дома, на профиль Смерча. Сумрак имел свойство срывать дневные маски. И сейчас я видела перед собой не дипломата, а упрямца. Решительного, непреклонного. Не готового к компромиссам с совестью.
Он пытался спасти брата. Любыми способами. Невзирая на цену. И я его в этом стремлении понимала. Пусть и не могла простить того, что он при этом манипулировал мной.
– Что тебе нужно для ритуала? – нарушив тишину, задал вопрос Смерч, повернувшись ко мне.
– Для начала – бумага и руч…
Меня перебил звонок переговорника Смерча. Глава рода срочно вызывал Криса в гнездо – родовой загородный дом вампирьего клана. И, судя по обрывкам разговора, это касалось Чакры и внезапно прибывших с визитом драконов.
– Ты поедешь со мной, - тоном, не терпящим возражений, приказал клыкастый.
– Но, может, мне лучше остаться? Поработать с Чакрой? – с сомнением спросила я.
– Велика вероятность, что, как только я уйду, ее попытаются выкрасть. Возможно, вместе с тобой, – произнес Крис и добавил: – Я бы точно попробовал. Поэтому мне будет спокойнее, если ты будешь все время рядом.
Я вспомнила, как сама недавно похищала артефакт, и… мне очень не хотелось бы, чтобы со мной произошло что-то подобное. Потому собиралась быстро. Засунула Чакру в рюкзак, рядом с записной книгой. Из гоночного комплекта переоделась в джинсы. А когда накидывала на плечи пиджак, заметила, что на шее у меня болтаются пустые ремешки. Они были от тех самых защитных амулетов, которыми Смерч увешал меня перед операцией. И, как оказалось, выгорели дотла. Зато благодаря им я была целой и почти невредимой. Хотя… Все же слегка вредимой. Это поняла, когда, поморщившись, всунула ноги в туфли и вспомнила, почему отставила их к задней стенке шкафа: они натирали.