Сталь и бархат (ЛП)

- Взявшись раскрыть это дело, я кучу времени провела, ковыряясь в дерьме. Так что лично я давно перестала беспокоиться о своем достоинстве. А теперь, если все готовы, идем.
- Хм, Кейт... - Ашриэль едва мог говорить. - Боюсь, я не готов. Я не могу идти. Тебе придется оставить меня здесь.
Я покачала головой:
- Ну уж нет, не придется. Ты не будешь разыгрывать сцену "оставьте меня позади, а сами спасайтесь". Либо ты сам пойдешь, либо мы тебя потащим.
Каури снова расхохотался.
- Да хватит уже ржать, - мне очень хотелось бросить в него чем-нибудь, но под рукой не было ничего кроме мертвой монахини и меча. - Это серьезная спасательная операция.
Он ткнул пальцем в сторону Ашриэля и начал меня пародировать:
- Если ты умрешь, я убью тебя. Если мне придется остановить эту миссию еще раз, мы все развернемся и пойдем домой.
Ашриэль перевернулся на бок и тоже засмеялся:
- Нам всем хана, - хохотал он. - Все мы мертвецы.
Генри стоял на коленях возле монахини, которую я искромсала:
- Простите, что прерываю ваше откровенно странное поведение, ребята, но монашки, кажется, возвращаются к жизни.
- Ну, конечно, возвращаются, волчок, - сказал Ашриэль, немного успокоившись. - Они застряли здесь так же, как и мы.
Я рассмотрела тело сестры-зомби. Ним говорила, что мой меч может убить практически все, что угодно. С другой стороны, эти женщины уже были мертвы, когда их связали с царством фейри.
- Им откровенно не повезло. Мы можем отсоединить их от мира фейри? Мне не нравится, когда за мной охотятся несокрушимые монахини-убийцы.
- Я в таком не силен, - пожал плечами Генри. - Я просто кусаю врагов.
- Но мы обязаны что-то сделать, - настаивала я. - Иначе они так и будут возвращаться.
Ашриэль поморщился:
- Ни у кого в кармане не завалялся священник?
- Нет, - хихикнул Каури. - Это просто я рад тебя видеть.
Ашриэль снова бессильно осел.
- Меньше балагана, - прорычала я, - больше рабочих предложений.
Наступила задумчивая пауза.
- Что ж, - предложил Ашриэль, - полагаю, я мог бы высосать их души. Так они перестанут тебя преследовать.
Генри оскалился:
- Мне это не нравится.
Я на миг задумалась:
- Это выход для нас, но не для них.
- Я могу отпустить души, - продолжил Ашриэль. - Если выберусь отсюда.
Генри встал и прислонился к одной из статуй, тщательно сохраняя дистанцию между собой и сексуальным демоном.
- Ты говоришь так, будто можешь высосать души, но при этом их не пожрать.
- Это возможно? - заинтересовалась я.
- Конечно. Демоны постоянно обмениваются душами.
- И ты вернешь их обратно, так?
- Да, я могу вернуть их обратно. Хотя души древних монашек-зомби будут стоить чертову уйму денег.
Генри убедить не удалось:
- Мы действительно доверим души демону?
Ашриэль протестующе поднял руки вверх:
 
- Слушай, в худшем случае я заберу их в Ад, что не намного хуже этого места. И, по крайней мере, они больше на тебя не нападут.
- Спасем мы монахинь или нет, но тебя я здесь точно не оставлю, - сказала я.
- А я не доверю ему четыре невинных души, - огрызнулся Генри.
Каури снова расхохотался:
- Прямо как в загадке, как перевезти через реку лису, курицу и мешок зерна.
- Ты не помогаешь, - я пригладила волосы и глубоко вздохнула. - Ладно, свежий новый план. Генри, ты вытащишь отсюда Ашриэля. Ты ведь сможешь найти выход, верно?
Генри упрямо покачал головой:
- Нет. Я нужен тебе здесь.
- Это не твоя битва, а я никого не оставлю умирать в ловушке. Даже четырех зомби-монахинь, если могу им помочь. Если вернешься и обнаружишь наши трупы, то сможешь собрать стаю и закончить то, что мы начали. Спорить времени нет.
- Ладно. Но я делаю это ради монахинь, а не ради инкуба. И если он обманет, я его на куски разорву.
Ашриэль усмехнулся:
- Не размахивай членом, Бобик. Я не в том положении, чтобы кого-то обманывать.
- Ты тоже не помогаешь. Делай то, что должен, Ашриэль, и убирайся отсюда, пока тебя не убили.
Ашриэль, пошатываясь, подошел к монахине, которую я зарубила, и опустился на колени рядом с ней. Ее рука метнулась вверх и сомкнулась вокруг его горла, но она была еще слишком слаба, чтобы представлять угрозу. Он склонился над ней, приблизил губы к ее губам - и медленно вдохнул, выпустив ленту разноцветного света. Тело монахини обмякло. Ашриэль с трудом поднялся на ноги и выдохнул радужные спирали на ладонь, где они образовали крошечную сияющую сферу. То же самое он проделал с другими монахинями, и в его нежно сжатой руке оказалось четыре шарика света.
Я с любопытством посмотрела на них. Каждый представлял собой постоянно меняющуюся картину цветов, и каждый был разным.
- Позаботься о них.
Он кивнул:
- Позабочусь.
- Идти можешь? - спросил Генри.
- Это вряд ли.
Генри с досадой вздохнул:
- Давай я понесу тебя. Только не вздумай приставать.
- Не льсти себе.
Генри снова принял волчью форму, и Каури помог Ашриэлю забраться ему на спину. Затем Генри скрылся в одной из арок, и они оба исчезли в темноте.
Я взяла Каури за руку, и мы двинулись дальше по лабиринту. Мне казалось, что нужно поспешить, но знала, что это ничего не изменит. Мы прибудем в место назначения тогда, когда прибудем, так уж устроен мир фейри, и лучше не уставать больше нужного. Мы продолжали блуждать по туннелям, коридорам и беседкам, пока не вышли на очередное открытое пространство. В центре находилась арка в форме сердца, сделанная из того же застывшего жира и слизи. С нее свисали качели на веревках из сияющих серо-зеленых роз.
Мейв сидела на качелях, закрыв глаза, и что-то тихонько бормотала себе под нос. Услышав нас, она сказала: