Жажда скорости (ЛП)

Пока мой мозг пытался уловить информацию, я стоял и держался за дверь, потому что услышать эти три слова было будто бы сном — или кошмаром, если я всё ещё спал, и это было не по-настоящему.
— Он очнулся?
— Да, — кивнул Гуччи, а затем открыл шире дверь в мою комнату и прошёл внутрь. — Где-то час назад. Врачи хотели его проверить, прежде чем говорить всем нам. Подумали, что мы захотим примчаться туда и потребуем лично посмотреть, что золотой мальчик вернулся в игру.
Всё ещё не веря своим ушам, я повернулся и увидел, как Гуччи подошёл к занавескам. Он отодвинул одну, а затем другую. Ногой закрыв за собой дверь, я произнёс:
— Как... Как он?
— Достаточно покорёжен, — он развернулся лицом ко мне и скрестил руки, прислоняясь к окну. — Ты бы это знал, если бы пришёл навестить его за последние несколько дней.
— Не начинай снова.
— Я не начинаю.
— Тогда как бы ты это назвал?
Гуччи почесал пальцы о свою щетину.
— Констатирование факта.
— Да? Что ж, можешь взять свой факт и засунуть себе в...
— Эй, эй, — Гуччи поднял руки. — Расслабься, ладно? Ты со мной говоришь. Я знаю, из-за чего всё это, но тебе нужно с этим справиться, приятель. Нужно справиться с этим и пойти навестить его.
Я сжимаю зубы, заставляя себя проглотить побольше воздуха. Хотелось бы мне, чтобы всё было так просто, чтобы я мог просто оттолкнуть эту тревогу, которая охватывала меня каждый раз, когда я представлял, как Пантера вылетает из своего самолёта и несётся в сторону Тихого океана. Но всё было не просто, и его ужасающая авария пробудила убийственное воспоминание, которое я так хорошо закопал.
— Я не могу, — слова были чёткими и окончательными, но это будто ни черта не значило для Гуччи. Он оттолкнулся от окна и подошёл ко мне, а затем взял меня за бицепсы и крепко сжал.
— Слушая, я знаю, то, что произошло с Пантерой несколько дней назад, повлияло на тебя больше, чем на любого из нас. Но он в порядке, и тебе нужно сходить и увидеть это собственными глазами.
Я знал, что Гуччи прав, но в то же время не мог остановить панику, из-за которой у меня потели ладони и ускорялся пульс.
— Эй? — Гуччи осторожно потряс меня, чтобы сосредоточить на своих словах. — Давай ты быстро примешь душ, а я подожду и поеду с тобой.
Я хотел сказать ему «нет», что я съезжу, когда буду готов. Но у меня было ощущение, что если решение останется за мной, я буду постоянно избегать встречи с Пантерой.
— Соло?
— Да, хорошо, — наконец произнёс я, и когда Гуччи отпустил меня, я пошёл в сторону ванной. — Вернусь через несколько минут.
Я чувствовал на себе взгляд Гуччи, пока заходил в ванную, а после того, как зашёл внутрь и закрыл за собой дверь, я посмотрел в зеркало.
Мужчина, который смотрел на меня в ответ, напоминал лишь собственную тень. Тёмные круги под глазами, печальный оттенок желтоватой кожи. Недостаток сна сказался на мне, и я знал, что Гуччи прав. Если у меня и была надежда выбраться из этого состояния, снова сосредоточиться на причинах, по которым я нахожусь здесь — первой причиной было желание победить — мне нужно было преодолеть это. Нужно было протолкнуться сквозь ужас, сквозь страх, и не позволить старый призракам поглотить меня, потому что если это произойдёт, они съедят меня заживо.
Пришло время столкнуться со своими демонами — и с Пантерой — лицом к лицу.
  
Глава 3
 
Пантера
— Самое время тебе очнуться. Всё это «я без сознания» уже устарело, и я не хотел бы прославиться как парень, который выиграл, победив инвалида.
От звука знакомого голоса Соло, я повернул голову на подушке и увидел, что он прислонился к дверному косяку и выглядел лучше, чем кто-либо имел право выглядеть. В поношенных джинсах, которые липли к его телу словно вторая кожа и в обтягивающей футболке с напечатанной надписью «ВМФ», он выглядел мускулистым, сексуальным и именно таким, каким я его помнил. Жаль, то же самое нельзя было сказать обо мне.
 
Он оттолкнулся от двери и осмотрел пустую палату, будто проверяя, есть ли здесь кто-то ещё. Затем он остановился возле кровати, окинул меня взглядом и сказал:
— Должен сказать, я больше предпочитал то, как ты выглядел в прошлый раз, когда я видел тебя в кровати.
Мои губы неосознанно дёрнулись, и когда щёки подвинулись в ответ, у меня вырвалось шипение из-за возникшей боли.
— Чёрт, — я потянулся к своему лицу, но когда это причинило такую же боль, я вместо этого выдохнул. — Привет.
Соло сунул руки в карманы, будто ему нужно было их как-то занять, а затем улыбнулся кривой улыбкой, которую я так хорошо знал.
— Привет. Я бы сказал что-нибудь вроде «не ожидал тебя здесь встретить», но...
Я наполовину рассмеялся, наполовину закашлялся и переместился, пытаясь немного присесть.
— Да уж, в тот первый вечер ты говорил немного банально.
— Правда?
Я кивнул, а он пожал плечами.
— Ай, какая разница? — произнёс он, тёмные глаза блестели озорством. — Это сработало. Так что, не ожидал тебя здесь встретить.
И вот так мой день стал немного ярче.
Соло бросил взгляд через плечо, и я понял, что он проверяет, не стоит ли за дверью кто-нибудь из наших знакомых, собираясь войти в палату. И показавшись радостным от того, что горизонт чист, он положил руку на перила моей кровати и наклонился ближе ко мне.
Я чувствовал запах его одеколона, который вился вокруг меня и сменил спирт, который уже стал нормой. А затем его взгляд стал серьёзным, и он сказал:
— Если ещё когда-нибудь так меня напугаешь, я выслежу тебя и сам убью к чёртовой матери. Ты это понял, лейтенант?
Он навис надо мной, и как раз когда я собирался ответить, он легонько провёл пальцами по моему покрытому ссадинами лицу.
— А я думал, что это я плохо выгляжу...
Я сглотнул, моё сердце колотилось так сильно, что я был шокирован отсутствием дикого писка монитора. Не слышно было никакого звука, кроме его дыхания и моего, я облизнул сухие губы и сказал:
— Ты выглядишь идеально.
Губы Соло медленно изогнулись в усмешке, когда он выпрямился.
— Сколько в тебе сейчас лекарств?
Я моргнул, собираясь сказать ему, что недостаточно, когда в коридоре зазвенел смех, и до палаты донеслась знакомая речь Гудини. Как ребёнок, с застрявшей в банке с печеньем рукой, Соло быстро сделал шаг назад и взял под контроль черты своего лица, и через секунду, когда Гудини вошёл в палату вместе с Гуччи, мне было тяжело найти мужчину, который только что был ко мне так близко, что я мог его поцеловать.
— Ну и ну, сам Соло пришёл осчастливить тебя своим присутствием, — произнёс Гудини, проходя мимо Соло и ударяясь с ним плечом. — Самое время тебе показаться. Последние пару дней у тебя были дела поважнее?
— Укуси меня, — огрызнулся Соло, и когда я уже подумал, что они могут накинуться друг на друга, Гуччи вошёл в палату и встал между ними двумя.
— Итак, Пантера, — сказал он, обвивая рукой Соло и подходя вместе с ним к кровати — подальше от Гудини. — Тебе сказали, когда предположительно отпустят домой? Тебе придётся уйти с курса?
Когда Гуччи поиграл бровями, я не смог сдержаться и хохотнул.
— Уходить с курса не надо, нет.
— Оу, что ж, я хочу сказать, что не хотел, чтобы ты уходил. Я просто подумал, что может тебе придётся это сделать, — Гуччи похлопал Соло по груди и добавил: — Плюс, никто не хочет застрять с этим парнем, так что нам нужно, чтобы ты вернулся.
— Понадобится больше нескольких синяков, чтобы меня выбить.
— Полагаю, выглядишь ты хуже, чем себя чувствуешь, так? — Гуччи рассмеялся, пока Соло не ударил его в грудь в ответ. — Ау. Что? Ему ведь не надо в зеркало смотреться.
— Заткнись к чёртовой матери, Гуч.
— Тёмные синяки, красные глаза. Он отчасти похож на одержимого...
Соло заткнул его, обхватывая рукой шею Гуччи и сжимая, пока Гуччи не согнулся и не выкашлял извинение.