Выбор волка
– Ребята! Подскажите мне!..
Дети медленно вышли из кустов и подошли ближе. Девушке показалось, что они к ней принюхиваются.
– Где можно взять стремянку? Мне бы плафоны обмахнуть…
– А что такое стремнянка? – выступил вперед один… Ой! Да не один, а одна – сорванец оказался девочкой, только и одета она, и подстрижена была как мальчишка.
– Не стремнянка, а стремянка, – рассмеялась Агата, разглядывая конопатую любопытную мордашку. – Это такая лестница… Как бы это лучше вам объяснить? – призадумалась. – Ну она как бы на двух ногах, чтобы можно было забираться на нее и не падать. И держать никому не придется. Она еще раскладывается.
– Я знаю, что это, – важно выступил и поравнялся с девочкой чернявый мальчишка, чуть постарше. – Такая лестница есть у Самсона. Он сам ее смастерил.
– А кто такой Самсон, и как его найти?
Агата переводила взгляд с одного ребенка на другого и подмечала в них кое-что одинаковое, несмотря на то что все они были не только разной внешности, но и возраста – примерно от пяти лет до десяти. Все они одинаково смотрели на нее – очень внимательно и настороженно. Казалось, скажи она что-то или сделай одно неаккуратное движение, как бросятся они от нее врассыпную. Даже удивительно было осознавать, что кому-то она может внушать, если не страх, то точно недоверие.
– Самсон – это мой дядя, – ответил все тот же чернявый мальчик. – Он делает ремонт в домах, когда зовут его. У него не только эта стемнянка есть, но и куча разного инструмента. Пацаны, за мной! – вдруг как гаркнет мальчишка. – Щас принесем, – зыркнул следом на Агату.
И вся ватага умчалась быстрее ветра. Причем, девочка побежала быстрее пацанов.
Агата еще немного постояла на улице и вернулась в больницу. Филипп ушел на прогулку с Валерией, и не думать об этом не получалось. Ревновала ли она? Наверное… Но еще больше злилась, что оба обращались с ней, как с человеком второго сорта. И не амбиции Агаты страдали, а простое человеческое достоинство – уж точно она не хуже них.
С другой стороны, жить им в поселке придется какое-то время, и проводить его в безделье Агате не хотелось. Не привыкла она так. И заниматься домашними делами все время не получится, их просто не будет столько. Ну и, как говорится, у нас любой труд в почете, так почему бы не стать на время санитаркой?..
Размышляя так, Агата стирала с поверхностей пыль, почему-то представляя не своем месте длинноногую Валерию с ярко-розовым пипидастром. Но стоило только нарисовать в голове картинку, как наклоняется медсестра в своем коротком халатике, а рядом стоит Филипп и заглядывается на открывшиеся взору прелести, как тут же гримаса отвращения не заставила себя ждать.
– Ревнуешь, все же, – пробормотала себе под нос Агата и тут же едва не выронила тряпку, когда за спиной ее раздался низкий мужской голос:
– Кого ревнуешь, красавица?
Агата развернулась, да сделала это так резко, что не удержалась на ногах. И в следующий момент ее талию обхватили сильные горячие руки, а носом она уткнулась в широкую мускулистую грудь, обтянутую футболкой.
– Кто вы такой? – задрала Агата голову, чтобы разглядеть мужское лицо. – И зачем подкрадываетесь?
Высоченный и очень смуглый. Волосы чернее воронова крыла. И черты лица… как будто их на скорую руку высекли из камня, а отшлифовать забыли. И глаза… Таких глаз Агате еще встречать не приходилось – светло-серые, до прозрачного, отчего кажутся ужасно холодными.
– Привычка, – отозвался мужчина. – Я принес тебе стремянку, – выпустил он ее талию и отошел на шаг.
Смотреть на него стало полегче, как и дышать. Неизвестно почему, но рядом с ним Агата начала задыхаться.
– Вы не ответили на мой первый вопрос, – заправила она непослушную прядь за ухо и заметила, как внимательно проследил за ее жестом пришелец.
– А ты, значит, невеста городского доктора? – проигнорировал ее выпад мужчина, не переставая бесцеремонно окидывать ее взглядом с головы до ног. Захотелось за что-то спрятаться, да не за что было. Разве что, ведро, вот. – А сам он где? – огляделся мужчина.
– Ваша медсестра повела его осматривать окрестности, – не удержалась от сарказма Агата.
– Лера-то? – усмехнулся мужчина. – Это она умеет. А тебя как зовут? – буквально впился в ее глаза своими льдинками.
– Я… первая спросила, – откуда-то появилась несвойственная ей вредность. – Я Агата, – тут же стушевалась.
И чего это она корчит тут из себя перед ним? Не заигрывает же? Этого только не хватает.
– Стремянка зачем понадобилась? – так и не назвал свое имя пришелец, да и не больно-то хотелось.
– Пыль стереть с плафонов и багетов. А еще, кое-где перегорели лампочки, и я в чулане нашла новые.
Мужчина выслушал ее внимательно, а потом кивнул и ушел.
– Да ладно… – разочарованно смотрела ему Агата вслед. – Лестницу хоть не прихватил? – выглянула она в окно и увидела злополучную стремянку, прислоненную к стене. – И на том спасибо, – вздохнула и продолжила трудиться над уничтожением пыли. Работы впереди еще было много, оставалось надеяться, что больше ее никто не побеспокоит. И меньше всего хотелось тратить время на таких вот увальней.
Еще через десять минут одиночество Агаты снова было нарушено. На этот раз гостей она услышала еще с улицы. Мелькнула мысль, что возвращаются с прогулки Филипп с Валерией, но то были какие-то женщины. Они смеялись и переговаривались, а стоило им войти в больницу, как все три уставились на нее, как на диковинную букашку.
– Доброе утро! – решилась Агата нарушить молчание, оставаясь предельно вежливой.
– Бабы, а чего это мы встали как вкопанные! – опомнилась та, что выглядела старше всех. – Прости, девушка, давно не видели городских, – с улыбкой объяснила Агате.
Простила и вскоре выяснила, что женщин прислали к ней в помощь. Обрадовалась так, что едва не расцеловала всех. Ну и вчетвером работа у них закипела.
Когда все было вымыто до блеска, женщины ушли. Агата аккуратно расставила инвентарь в чуланчике, вымыла руки, поправила прическу перед зеркальцем и вышла на крыльцо. Уходить, оставляя здание открытым, не хотелось, но и сидеть дверь караулить смысла не было – хотелось прогуляться, посмотреть, что кроме больницы есть в этом поселке.
Девушка уже решила вновь позвать детей и спросить, где можно найти Валерию и Филиппа, как где-то рядом раздался знакомый смех. Немного приподнявшись на носочки, Агата увидела парочку совсем рядом – за высоким рядом мальв.
– Ах, доктор, это же невозможно столько смеяться! – кокетливо говорила медсестра, подкручивая прядку волос.
– У вас такой приятный смех! Смейтесь чаще! – отвечал Филипп.
У Агаты глухо стукнуло сердце. Ей жених запрещал смеяться. Сразу обрывал с обидным комментарием: “Ты что, лошадь? Кому интересно видеть твои зубы? Приличная девушка позволяет себе только улыбку!” А с этой кукольной красоткой разговаривает мягко, почти интимно! Да нет, он просто вежливый. Трудно привлекательному мужчине не обращать внимание на женщин, которые сами строят ему глазки.