Зверь

Я обернулась и заметила, что он смотрит. Смотрит не на нас, а только на меня.
Чертов маньяк.
– Скорее, девочки.
Я поторопила их, мы оставили на столе деньги за выпивку, чаевые и ушли. Пора было возвращаться в город.
Тогда я не знала, с кем встретилась. Однако уже через пару месяцев я проходила стажировку на спортивном канале и увидела его лицо в новостях. Макс «Зверь» Пауэлл. Грубый мудак, капитан команды Дьяволов и мой кошмар.
 
Глава 4
 
Перри
Взрослые мужики пищат от восторга, когда видят Зверя на льду.
А девочки… Ну для девочек приходится вызывать скорую, потому что ни одна из них не может спокойно смотреть на Пауэлла.
В прошлом году я обозревала игру Дьяволов в новостях. Тогда началось что-то поистине адское. Девушки решили обменяться джерси 13. Все транслировалось в прямом эфире, и момент видели не только на арене. Насколько десятков голых грудей и грудей в бюстгальтерах. Флэш-моб в поддержку Зверя.
После игры у него спросили, как он относится к подобным проявлениям любви фанатов, Зверь не дал комментариев. Он вообще предпочитал участвовать только в послематчевых конференциях и отвечал исключительно на вопросы об игре. Я ничего не знала о его прошлом, о его семье и детстве. Никто не знал. Зверь не распространялся о личном. Он был холодным как айсберг и непробиваемым, как камень.
Женская половина Америки была без ума от него. Думаю, дело в том, что он невероятно хорошо сложен. Широкие плечи, мощная спина, сзади у него словно были крылья, и когда он разводил руки в стороны, эти крылья раскрывались. Восемь кубиков пресса. Не плоского «молодого» пресса, а такого, что можно здорово ушибиться, если влететь в него головой. Мышцы были рельефные, твердые, как волокна стали. А изюминка – его рост. Зверь был не меньше ста девяноста четырех сантиметров. Настоящий бог, идол, человек, который к небу чуть ближе, чем все остальные.
Несмотря на богатые внешние данные, Зверь не снимался для модных журналов и не выкладывал много фотографий в социальные сети.
Пауэлл не светил свою личную жизнь, его никогда не видели с девушкой. Год назад даже пошел слушок, что он предпочитает мужчин. Но слушок быстро погас, ведь с мужчинами Зверя тоже не видели. Аура загадочности, в том числе, влекла к нему фанаток со всего мира. Всем ведь интересно, какие скелеты хранятся в шкафу Макса Пауэлла, тринадцатого номера и капитана Дьяволов Нью-Джерси.
Всем кроме меня, естественно.
Я подождала Майка у раздевалки команды. Парни, выходящие оттуда, постоянно бросали на меня любопытные взгляды. Мой парень вышел только через пятнадцать минут. По вопросительному взгляду Майка я поняла, что он не ожидал меня здесь увидеть.
– Перри?
– Да, – непонимающе кивнула я, неловко улыбаясь. – Мы же договаривались, что я приеду к тебе.
Майк почесал затылок и немного оттеснил нас от двери.
– Договаривались, но я думал, что ты подождешь в машине, – сказал он.
Я разозлилась, иногда Майк перегибал со своими чувствами.
– Снова ревнуешь меня к каждому столбу? Может, посадишь меня в клетку и будешь носить с собой? – недовольно выпалила я.
Майк обвил мою талию рукой и мягко поцеловал в губы.
Я раскрыла рот и позволила ему пробраться внутрь, неспешно лаская мой язык. Майк был только из душа, от него приятно пахло. Я запустила пальцы в его еще влажные волосы и страстно их сжала, срывая с губ моего парня сладостный вздох.
В этот момент распахнулась дверь раздевалки, и оттуда вышел еще один сокомандник Майка, а следом появился Зверь.
Я мягко закончила поцелуй и бросила взгляд на Пауэлла. Он был в свободных спортивных штанах черного цвета и в тон им толстовке с капюшоном. Кажется, что с того дня, когда я не побоясь Зверя, плюнула ему в лицо, он стал еще больше.
Даже находясь в четырех метрах от него, я увидела, как он нахмурил брови.
Неужели узнал меня?
Впрочем, Зверь не стал награждать меня своим вниманием дольше секунды, он поправил ремешок большой спортивной сумки на плече и зашагал по коридору к выходу.
 
– Перестань, малышка, просто ты очень красивая, а некоторые хоккеисты не в состоянии контролировать свои порывы, – сказал он.
Порывы?
– Ну а я тут при чем?
Майк тяжело вздохнул и, взяв меня за руку, повел к выходу.
– Не при чем. Все, давай замнем тему. Как дела? Ты устроилась журналистом? – спросил он.
– Я устраиваюсь корреспондентом. Буду отвечать за хоккей, – объяснила я.
– Снова мелькать в телевизоре? – с возмущенной интонацией в голосе переспросил он.
– В каком смысле мелькать?
Майк никогда не любил то, чем я занималась. При этом он всегда восторгался моей внешностью, и я знала, что любил показываться со мной на людях. А вот когда я появлялась в экране телевизора, он начинал ревновать. Иногда он читал мои сообщения в одной социальной сети и отвечал на все комментарии под моими фото. Посылал людей, писавших мне непотребные вещи, а потом долго злился, почему-то на меня.
Майк промолчал, но его взгляд говорил о том, что он снова злится и недоволен мною. Я пыталась подавить в себе неприятное ощущение, появившееся внутри после перемен настроения моего парня, но все было тщетно.
Мы вышли на парковку перед центром, я открыла машину, но перед тем как сесть, взглянула на Майка.
– Я буду заниматься тем, чем хочу, Майк. И ты должен это принять, – подавляя рвущуюся наружу нервозность, но стараясь казаться жесткой и бескомпромиссной, сказала я. – Ты не можешь говорить мне о том, что я должна или не должна делать, иначе…
– Что? – резко спросил он. – Иначе что, Перри? Уйдешь от меня? Останешься совсем одна, и кто тогда будет рядом?
Если Майк бросит меня, или если я уйду от него, то действительно останусь одна. Кроме него у меня никого не было. Он единственный, кому я могла доверять, ведь мы вместе, казалось, всю жизнь. С мамой у меня ужасные отношения, а лучшая подруга живет в Бостоне. Мне не хотелось оставаться одной, тем более, каким бы сложным не был Майк, он очень дорог мне.
– Я не уйду, – вздохнув, ответила я, виновато поглядывая на своего парня. – Но мне просто хочется, чтобы ты знал, как мне неприятно такое отношение.
Он сжал зубы, прожигая меня сердитым взглядом и кивнул, садясь в мою маленькую красную Искорку.
В груди разливалось что-то мерзкое. Черное, густое и ядовитое, словно мазут. В такие моменты мне казалось, что весь воздух вокруг меня исчез. Но с другой стороны Майка тоже можно понять.
Я собиралась уже сесть в машину, как почувствовала, что кто-то смотрит на меня. Оглянувшись, я заметила Его. Привалившись к своему большому черному Рендж-Роверу 14, он беззастенчиво наблюдал за мной хмурым взглядом.
Он видел ссору. Наверняка слышал наш разговор.
Махнув на это рукой, я села в машину и вырулила с парковки Пруденшал-центра.
Мне нет дела до Зверя.
***
– Где Майк? – спросила Кирби, на ходу откусывая кусок пиццы.
Вечером мы решили созвониться с подругой по видеосвязи. Она как раз ужинала. Глядя на то, с каким аппетитом она уплетает пиццу, мой живот заурчал.
– Он с ребятами ушел в клуб, – сказала я, вспоминая слова моего парня. Они часто выбирались повеселиться со своей прежней командой.
– Ты всегда так просто отпускаешь его. Не боишься, что он может изменить тебе? – удивленно спросила подруга. – Он ведь все-таки известный хоккеист, к тому же симпатичный.
Я не была сторонницей привязывания партнера к своей лодыжке.
– Если он захочет изменить, то он изменит, и не важно, просто я его отпускаю или нет. Я доверяю Майку. Он честный и порядочный и слишком сильно боится потерять меня. Он не предаст, я уверенна.
Кирби фыркнула.
– Он мне все еще не нравится.