Рыцарь

– Тебе они не понадобятся, – остановил меня Фаолин, когда я нагнулась, чтобы обуться в кроссовки.
– Хочешь, чтобы я тренировалась в носках?
Он опустил взгляд на мои ноги.
– Нет, их тоже снимай.
Я удивленно уставилась на него.
– Я не могу тренироваться босиком.
– Ты одна из тех девушек, что стесняются своих ног? – нетерпеливо поинтересовался он.
– Конечно, нет. Мне просто не нравится ходить босой, если я не дома. – Я подняла кроссовку. – Они нужны для защиты и равновесия.
Фаолин фыркнул.
– Именно. Ты не должна полагаться на обувь, чтобы держать равновесие и качественно выполнять приемы. Тренируясь без нее, ты укрепишь мышцы ног и научишься рассчитывать только на свое тело.
– Ладно. – Я стянула носки и кинула их в угол к кроссовкам. Фаолин говорил вполне логичные вещи, но если я выясню, что это какой-то фэйский розыгрыш для новичков, то расплата будет жестокой.
Я повернулась к нему и почувствовала себя удивительно уязвимой без носков и обуви, пока не заметила, что он тоже босой. На мне была обычная одежда для тренировок – легинсы и спортивный лифчик, поверх которого надевалась майка.
Фаолин подошел к стеллажу на стене и снял длинный деревянный посох с серебряными наконечниками с обеих сторон. Взяв его двумя руками, показал серию рубящих и колющих выпадов, кружась в смертельном танце, и я невольно попятилась на пару шагов. Он ускорялся с каждым движением, и в конце концов я уже не могла за ним уследить.
Его танец закончился так же неожиданно, как и начался, и Фаолин снова повернулся ко мне.
– Мы будем тренироваться с несколькими видами оружия, но после вчерашнего мне кажется, что лучше всего тебе подойдет посох.
– С чего начнем? – Я вытерла внезапно вспотевшие ладони о легинсы.
Он вернул посох на стеллаж.
– С физической подготовки.
– Ладно.
Я немного расслабилась. Марен всегда заставляла меня разминаться в зале.
– На первых порах обучения от меня требовали, чтобы я бегал вверх и вниз по горе, пока не упаду от усталости.
Я недоуменно уставилась на него. Это что, шутка?
– Тогда, наверное, хорошо, что поблизости нет гор.
– Мы воспользуемся лестницей.
Ну, два пролета не так уж и страшно.
– И сколько раз нужно пробежать?
От подозрительного блеска в его глазах любой умный человек уже побежал бы к выходу.
– Пока не упадешь или я тебя не остановлю.
Спустя час мои ступни онемели от бега по твердым ступенькам, а икры и бедра горели от напряжения. Я потеряла счет, сколько раз мне приходилось подниматься по лестнице, лишь чтобы услышать «еще» от Фаолина.
Через полтора часа я с трудом волочила ноги и держалась за перила для поддержки. Каждый раз, когда этот садист на вершине лестницы кричал, чтобы я взбежала еще раз, я была уверена, что больше не выдержу. Но все равно находила в себе резерв сил, о котором раньше не подозревала, и двигалась дальше.
Прошло почти два часа, когда я замерла на верхней ступеньке, чтобы отдышаться и вытереть пот с глаз. Грудь вздымалась и опускалась от прилагаемых усилий. Неужели бегать по горе еще хуже? По крайней мере, там свежий воздух и красивые пейзажи. А еще можно попить из горного ручья. Мое пересохшее горло сжалось при мысли о воде.
– Сдаешься? – насмешливо поинтересовался мой мучитель. Я бы показала ему средний палец, да сил не осталось.
– Просто решила передохнуть, – пропыхтела я. От меня он такого удовольствия не дождется.
Фаолин оттолкнулся от стены и направился к тренировочному залу.
– Идем.
Я последовала за ним на ватных ногах, гадая, что за новый круг ада он для меня подготовил. Если он планировал начать тренировку с посохом, то его ждет жалкое зрелище.
Мы вошли в зал, и Фаолин показал на мои кроссовки и носки в углу.
– На сегодня все.
– Я не сдалась.
– Знаю. – Он скрестил мускулистые руки на груди. – Сегодняшний урок был не только на укрепление мышц. Я хотел увидеть, сколько ты готова вынести, и понять, достойна ли ты обучения.
Я убрала с лица влажные пряди, выбившиеся из хвостика.
– Это была проверка?
– Да. Поздравляю, ты ее прошла.
– Только что-то праздновать неохота, – проворчала я, собирая вещи.
Фаолин не ответил, но я этого и не ждала, и мы молча спустились на первый этаж.
– Можешь помыться в ванной рядом с библиотекой, – сообщил он, когда я села на нижнюю ступеньку, чтобы натянуть носки на ноющие ноги.
– Спасибо.
Я планировала переодеться в чистое и принять душ уже дома, но с моих волос капал пот и заливал глаза. Ехать домой в таком виде менее заманчиво, чем задержаться и помыться здесь.
Двадцать минут спустя я вышла из ванной, завязав влажные волосы в хвостик. Фаолина нигде не было – ну и ладно. Два часа в его компании более чем достаточно на один день.
Я подхватила куртку и услышала звон ключей, упавших на плиточный пол. Наклонившись за ними, оказалась лицом к лицу с Кайей и тихо взвизгнула. А она откуда тут взялась?
– Привет, Кайя, – плавно произнесла я и осторожно потянулась за ключами.
Стоило прикоснуться к ним, как их выхватили у меня из-под пальцев. Кайя смотрела на меня с пару секунд, зажимая ключи в зубах, а затем ускакала, словно буйный щенок.
– Эй! – Я кинулась за ней.
Она резко затормозила в гостиной и обернулась. Не знай я ее, то подумала бы, что она улыбалась.
Я медленно подошла.
– Хорошая кошечка. А теперь верни мне ключи, пожалуйста?
Она не двигалась, пока я протягивала руку, но стоило их коснуться, как ламал игриво замотала головой и снова убежала.
Я застонала и повернулась к лестнице.
– Фаолин, нужна помощь!
Кайя позвенела ключами, и я обнаружила ее в шаге от себя. Она присела, как перед прыжком, но в итоге лишь повиляла задом, словно провоцировала меня забрать ключи. Я так вымоталась, что на игры не было ни сил, ни желания, но ее это не волновало.
Я потянулась к ней, и на этот раз она позволила схватить ключи, прежде чем вырвать их из моей хватки. Я бегала за ней снова и снова и несколько раз была близка к успеху, но Кайя каждый раз убегала, оставляя меня с пустыми руками.
В конце концов у меня подкосились ноги, и я рухнула на диван. Должно быть, Кайя подумала, что я сделала это нарочно, и прыгнула на место рядом со мной. Я совершила последний отчаянный рывок и сомкнула пальцы на ключах. Ламал попыталась забрать их, и мы начали играть в своеобразную версию перетягивания каната, которая кончилась тем, что мы обе скатились на пол. Тяжелая кошка приземлилась прямо на меня, надавив мне лапой на живот, и я громко охнула.