Забыть тебя (не)возможно

Однако минуты бегут слишком быстро, метров до места проверки билетов остаётся все меньше и меньше, а его всё нет. Если пройду дальше – всё. Точно больше не увижу Мэтта. Но к сожалению, оттягивать и дальше этот момент я не могу. До завершения посадки осталось не так уж много времени.
Я проглатываю колкий ком в горле, чувствуя, как он болезненной пульсацией оседает в груди, и протягиваю уже билет к сканеру, как вдруг слышу среди шумной толпы знакомый мужской возглас:
–Веро́ника!
Сердце оживает из мёртвых, начиная носиться в клетке рёбер как пёсик, встречающий хозяина, которого долго не было дома. Но увы, стоит мне обернуться и увидеть, кто именно меня позвал, как оно вновь превращается в еле пульсирующую мышцу.
–Рони!– вновь зовёт меня Стив, тяжело дыша и активно махая своей огромной ручищей.
Бежал, видимо. Боялся не успеть попрощаться.
Да… Он бежал… А Мэтт – нет.
Осознание этого проламывает огромную пробоину в моей и без того никакущей выдержке, и лавина слёз предательски вырывается из глаз.
Даже толком не вижу, как подбегаю к Стиву и налетаю на него с объятиями, пачкая рубашку своей влажной печалью.
–Эй… т-ты чего? Я д-думал, ты будешь рада м-меня видеть,– озадачивается Райт, аккуратно обхватывая меня руками.
–Я рада. Очень рада.
–Как-то с-странно ты рад-дуешься.
–Прости, прости. Я не хотела,– хлюпая носом, немного отстраняюсь и провожу ладонью по мокрому пятну на ткани.– Просто я буду по тебе очень скучать. По всем вам,– перевожу взгляд со Стива на неподалёку стоящих родителей.
Мама тоже захлёбывается слезами, что совсем нехорошо в её положении.
–Я тоже буду скучать, Рони. С кем же ещё я б-буду пить виски до к-коматозного состояния?
Я издаю смешок сквозь слёзы, поднимая взгляд к лицу Стива.
–Как это с кем? А как же твоя девушка?
Ага. Вы не ослышались. Пока я наслаждалась обществом Уокера и брала от оставшегося нам времени всё что можно, Стив тоже не скучал.
Не знаю, что именно с ним произошло после зимнего бала, но он наконец одумался и решил дать названивающей ему девчонке шанс. И правильно сделал. Давно было пора попытаться искоренить свои чувства к Алане. А симпатичная подружка – наилучший способ сделать это.
–Девушка – это, конечно, х-хорошо, но с тобой я всегда чувствовал себя в ра-разы комфортней.
–Наверное, это потому, что тебе не нужно стараться мне понравиться.
–Конечно, не н-нужно. Я тебе понравился с перв-вого взгляда,– Стив расплывается в игривой улыбке, выбивая из меня ещё один смешок.
–Это точно. Жаль лишь, что я ещё на первом курсе тебя не увидела. Хотя до сих пор не понимаю, как я могла быть настолько слепой.
–Неважно, Рони. Г-главное, что ты увидела и не обошла с-стороной, как делали это многие дру-другие люди. Спасибо тебе за это. И за в-всё остальное, что ты говор-рила и делала. Ты мой первый друг.
–Первый, но я уверена, что далеко не последний. У тебя всё будет хорошо, если вновь не закроешься в своей клетчатой скорлупе и не станешь боятся общения с девушками.
–Я б-буду работать над собой, чтобы этого не случилось,– обещает он и оглядывается по сторонам.
Хмурится, сдвигая густые брови к переносице, и вновь переводит взгляд на меня.
–А где Уокер?
Одно упоминание о нём – и внутренности словно через мясорубку прокручиваются, простреливая тело невыносимой болью.
–Не спрашивай о нём, пожалуйста. Если начну говорить, то точно весь аэропорт затоплю слезами.
–Хорошо, не буду,– понимающе кивает он и поджимает губы, явно пытаясь сдержать следующий вопрос.
Но я и так знаю, что именно он хочет узнать. Однако и тут я не смогу ответить.
Я не имею понятия, где и что делает Алана. После нашей последней встречи в больнице она как сквозь землю провалилась. Перестала появляться в соцсетях, в университете тоже. Даже на выпускном не присутствовала. И её подружки также ничего о ней не слышали. А я, по правде говоря, и не пыталась узнать о ней хоть что-либо.
Мне хватает знания, что физически с ней всё в порядке. Ведь будь это иначе, Катрина обязательно сообщила бы мне об этом. А так как от неё никаких плохих новостей не поступало, значит, Алана цела и невредима. Возможно, сумела убедить отца отправить её в кругосветное путешествие раньше окончания учёбы и уехала.
В любом случае меня это больше не касается. Она сделала всё возможное, чтобы отвернуть меня о себя. И справилась с этой задачей на отлично.
–Рони, мне кажется, это про твой рейс говорят,– голос папы вытягивает меня из мыслей о бывшей подруге, и я прислушиваюсь к заявлению о завершении посадки.
–Да, мне нужно идти,– с грустью произношу я и обнимаю Стива на прощание.– Я буду очень по тебе скучать.
–Я тоже, но мы же не на-навсегда расстаёмся.
–Разумеется, нет. У тебя же в стеллаже ещё столько нераспечатанных бутылок виски стоит. Я просто обязана попробовать их все.
–Значит, прихвачу парочку, когда полечу к тебе в гости.
–Договорились,– улыбаясь, отстраняюсь от Райта.
Машу родителям и отправляюсь к контрольной зоне. На сей раз не торможу и в темпе прохожу её, больше ни разу не оборачиваясь назад.
Как во мгле добираюсь до нужного гейта и прохожу на борт самолёта. Он уже почти полностью забит. Даже бизнес-класс. Нахожу своё место и радуюсь, что поблизости нет кричащих детей, а соседнее место пустует. Надеюсь, так оно и останется. Не хочется слышать и ощущать никого рядом. Хочется побыть одной, чтобы попытаться абстрагироваться от реальности. И к счастью, вселенная слышит мои мысленные просьбы.
Бортпроводник сообщает, что все пассажиры прибыли на рейс, а я по-прежнему остаюсь сидеть без соседа. Прекрасно. То что надо. Сейчас я в полной мере благодарна папе, что втайне от меня сделал апгрейд билета.
Пристёгиваю ремень безопасности, надеваю наушники с аудиокнигой и прислоняюсь лбом к иллюминатору, изо всех сил стараясь концентрироваться на приятном голосе чтеца и вникать в смысл истории. Но… безрезультатно.
В мыслях один только Мэтт и миллион предположений о нём.
О чём он думает сейчас, что чувствует, где находится и чем именно занимается в то время, когда мой самолёт трогается с места, выезжает на взлётную полосу и, набрав необходимую скорость, отрывается от земли, унося меня всё дальше и дальше. От дома, от родного города, от моего детства, родителей и огромной части души, что навсегда останется с Мэттом.
Неважно, как далеко мы будем находиться друг от друга, какого успеха в будущем добьёмся и сколько раз ещё влюбимся до потери пульса. Я точно знаю, что моё сердце его не забудет. Не прекратит любить и хранить все прекрасные мгновенья, что мы провели вместе за все эти месяцы. А также оно никогда и ни за что не прекратит надеяться, что в его жизни случится нечто важное, монументальное, потрясающее до глубины души. То, что сподвигнет его двигаться дальше. Убедит пойти на поводу своих желаний и жизненных целей, при этом не ощущая чувства вины перед отцом.