Падение сурка Том 3 (СИ)
— И не совсем люди, — кивнул Жан-Поль. — Но похожи на них. Мы стопроцентно будем привлекать к себе повышенное внимание. Нужно хотя бы уши прикрыть шляпами.
— Жан, ты знаешь этот язык?
— Впервые слышу. Их речь не похожа ни на один знакомый мне язык. Так что прежде чем лезть в густонаселённые места, нам нужно изучить местный язык, а также узнать законы и культурные особенности.
— И как это сделать? — изогнула дугой правую бровь Дианель.
— Найти учителя.
— Так просто… — прорезалась у принцессы ирония.
— Никто не говорил, что будет просто. Но раз тут живут люди и существует цивилизация, то должно иметься и расслоение общества. Нам лишь нужно найти отщепенца, отверженного обществом. Кого-то из бедных слоёв населения. И принудить его или её учить нас языку.
— Тебя послушать, так всё проще простого. Я даже не представляю, как найти такого человека в незнакомом мире.
— Ди, предоставь это мне. А ты занимайся магической поддержкой, как и прежде.
По дороге путники из другого мира пришли к небольшой деревушке. О её существовании задолго предупреждали поля, которыми сменился лес.
Вещи ребята спрятали в лесу, и проводили разведку совместно. Дианель сидела на спине парня, который использовал отвод глаз, чтобы оставаться незамеченным. В таком виде они прогулялись по краешку деревни.
Деревянные избушки с черепичными крышами выглядели добротными и массивными. Дверные проёмы тут создавались для людей высокого роста, впрочем, как и весь инструмент делался под широкий хват.
Местные девушки выглядели красивее, чем мужики, с менее выраженными надбровными дугами и ростом были пониже них. Средний рост девушек колебался от ста семидесяти до двухсот десяти сантиметров. Мужики были ростом от двух метров до двухсот сорока сантиметров. Жан-Поль на их фоне со своим метром девяносто сантиметров выглядел несерьёзно. По местным меркам его рост пройдёт как ниже среднего.
После предварительной разведки они вернулись в лес к спрятанным вещам.
— Ты что-нибудь заметила? — начал Жан-Поль.
— Да, — кивнула Дианель. — Я обнаружила магические изделия. У всех жителей имеются какие-то вещи, которые фонят магией. В домах этих вещей ещё больше. Даже на животных есть магические предметы.
— Ошейники?
— Ошейники, — согласилась эльфийка. — Тут магия более распространена, чем в нашем мире. У нас артефакты могут себе позволить лишь богатые эльфы, а тут ими обвешаны обычные крестьяне и их животные.
— Значит, тут есть маги, — констатировал землянин. — А магические изделия распространены и общедоступны. Это может говорить о том, что в этом мире магов больше, чем в Эльфино. Поскольку количество зачастую перерастает в качество, то и магические науки в этом мире могут быть более развиты.
— Эй! — Дианель пихнула Жан-Поля в бок локтём. — Не принижай нашу школу магии.
— Ди, сними с глаз шоры, — на лице Каца отобразился скепсис умудрённого человека. — В академии в Магкаре учат магов, но любой выпускник академии не умеет всего того, что умеешь ты. Уровень магов Эльфино и Нового Рима серьёзно уступает твоим навыкам.
— Но я ученица архимага!
— Вот-вот… А если бы эти знания были не только у Килиона и тебя, а вы передали их другим эльфам, то таких магов как ты было бы гораздо больше. Налицо явная деградация магической науки.
— Хочешь сказать, — обиженно надулась эльфийка, — что местная магическая наука процветает?
— Пока об этом рано судить, но всё на это намекает. Ты сама сказала, что у местных жителей слишком много магических предметов.
— Это может быть совпадением или нам попалась особая деревня с богатыми жителями.
— Ты обратила внимание на поля? — прищурился Жан-Поль.
— Поля, как поля, — пожала она плечами.
— Принцесса… — улыбнулся он.
— Ну да, я принцесса! — она всё ещё дулась на парня за оскорбление магической школы её страны. — И ничего не понимаю в полях. Если такой умный, то расскажи, что заметил!
— Во-первых, поля выглядят идеально. Во-вторых, урожайность местных растений рекордная. На колосьях очень много крупных зёрен, сами колосья достаточно прочные, чтобы выдерживать их вес. Для достижения такого результата необходимы тысячелетия селекции и грамотный подход к сельскому хозяйству либо магия. Уверен, что аборигены снимают минимум два урожая в год. Отсюда следует благосостояние крестьян.
— Что ж, — эльфийка сложила руки на груди, — твои слова звучат убедительно. Что ещё можешь сказать?
— Тут есть рабство.
— А это ты как понял? — заморгала принцесса.
— Ты, скорее всего, не заметила, а я обратил внимание на то, что в глубине деревни мелькнул паренёк в сильно ношеной одежде, босой и с ошейником на шее.
— Но это не значит, что он обязательно раб. Это может быть просто отщепенец или преступник.
— Может быть, — не стал отрицать Жан-Поль. — Но я предпочту исходить их худшего. Мой опыт подсказывает, что в обществе рабовладельцев двум иноземцам просто так лучше не появляться — схватят, и имени не спросят, а потом продадут на рабском рынке, чтобы было на что посидеть в трактире…
— Взять в рабство мага? — ухмыльнулась эльфийка. — Посмотрела бы я на это!
— Зря смеёшься. Вспомни историю своего мира. У вас две тысячи лет назад были маги, но сильно ли это помогло в тот момент, когда к вам вторгся римский легион?
— Там немного другая ситуация, — эльфийка покачала головой из стороны в сторону. — В те времена эльфы были разобщены. Разные племена конфликтовали друг с другом. Ромеи принимали в свои ряды эльфов, в том числе и магов. Они брали в плен родственников магов, и под угрозой их жизни заставляли одарённых работать на себя.
— Рабские ошейники, — расслабленно откинулся Жан-Поль, и прислонился спиной к древесному стволу.
— Малоэффективны против мага.
— Тем не менее, они существуют и работают. Однажды я стал свидетелем порабощения дракона с помощью такого ошейника. А что, если у местных магическая наука более развита, и здешние маги сумели усовершенствовать рабские ошейники или нечто подобное?
— Ладно, — сжала она губы. — Допустим, что такое возможно. Меня больше волнует другое — что мы будем делать дальше?
— Ты пока посиди тут, а я ещё раз схожу на более детальную разведку. Одному мне легче оставаться незамеченным.
— Ты быстро? — Дианель не хотелось оставаться в одиночестве. Она привыкла к обществу Жан-Поля, рядом с которым чувствовала себя в безопасности.
— Постараюсь вернуться до темноты, а там как получится. Огонь не разводи. Ах да, Ди, есть вопрос…
— Так спрашивай!
— Если у местных действительно существуют рабские ошейники, ты сможешь такой снять без ущерба для человека?
— Не знаю, — развела она руками. — Действительно не знаю. Нужно изучать. После изучения наверняка смогу, но на это может уйти много времени. Я хоть и неплохо научилась артефакторике, но тут наверняка другая школа работы с артефактами.
— Понятно, — Жан-Поль поднялся на ноги. — Не скучай.
Он направился в сторону деревни, а Дианель в очередной раз осталась в одиночестве, отчего ей стало грустно и немного боязно.
Землянин под отводом глаз снова зашёл в деревню. На этот раз он более внимательно приглядывался к быту туземцев.
Семьи у местных жителей оказались большими с обилием детей разного возраста. Маленькие дети играли и развлекались. Но те ребятишки, которые достигли примерно шести-семи лет, уже вовсю трудились. Они выполняли простую работу, и с завистью поглядывали на беззаботных малышей.
С той стороны деревни, через которую они с Дианель заходили, располагались поля. С другой стороны раскинулись луга, на которых паслись коричневые ящеры, виденные ими ранее. У большинства ящеров имелось вымя. По всей видимости, они тут заменяли коров, то есть служили поставщиками мяса, молока и кожи. Сапоги и ремни, которые имелись у большинства крестьян, были сделаны как раз из кожи этих ящеров.
Несколько самых зажиточных хозяйств привлекли наибольшее внимание парня. В одно из них он зашёл. В огороженном дворе паслись небольшие двуногие ящеры с маленькими передними конечностями, словно у Тираннозавра. Они были размером с курицу и, по всей видимости, выполняли ту же функцию. В ящерятнике, в который землянин заглянул, имелись подобия гнёзд, в одном из которых обнаружилось яйцо размером с куриное.