Задача первая: учиться! (СИ)
Я поправила косу и проверила макияж. Внешностью я пошла в мать, она у меня русская, а вот сама я Лейла Ахмедовна Абдуллина, по отцу. Веселит когнитивный диссонанс у людей, которые в дополнение к вполне себе восточным фамилии и имени видят мой крайне типичный рязанский улыбчивый пряник. Да, я родилась копией мамы: светло-русая с чуть курносым носом и славянскими чертами лица. От отца достались очень густые волосы (к сожалению, не только на голове) и пухлые губы. Так что с внешностью мне… пара-пара-пам… повезло!
Мама была настоящей красоткой, даже после сорока пользовалась огромным успехом у мужчин. С одним из своих любовников она и попала в аварию, в которой не выжил никто. Её гибель стала настоящей трагедией, потому что мама была для меня в первую очередь подругой. Родив в девятнадцать, хорошей матерью она так и не стала, но, будучи подростком, я с удовольствием носила её платья, обсуждала с ней мальчиков и таскала её косметику. Она научила меня быть с одной стороны женственной, а с другой — жёсткой и пробивной. Сама она никакой карьеры так и не построила. Сначала долго жила на обеспечении отца, а когда тот решил жениться на девушке помоложе, отказалась работать «за копейки». Жили мы в контрастном мире очень дорогих сумочек и очень дешёвых продуктов. Так уж вышло, что мамины ухажёры охотнее снабжали её брендами, чем качественной мясной вырезкой.
Как только отгремел развод с отцом, мама выяснила, что ничего из совместно нажитого имущества ей не причитается. Всё оказалось записано на братьев отца, родителей отца, его дядьёв и даже на охранника. Конфликт у них вышел знатный, а причина в том, что отец на самом деле разводиться не планировал. Он всего лишь хотел взять вторую молодую жену, что в его кругу — дело обычное. Мама, естественно, на такое не согласилась и в итоге получала алименты на подростка в размере трёх тысяч рублей.
На работу она так и не устроилась, слишком избалована оказалась сытой жизнью. Трудиться администратором в салоне за зарплату, которую раньше в этом же салоне оставляла за один день, мама наотрез отказалась. А образования и навыков у неё не было. К счастью, выводы она сделала правильные, поэтому мне внушила необходимость учиться и строить карьеру. Я и сама это прекрасно понимала. Отстояв одно лето промоутером на уличной жаре, прониклась идеей трудиться в прохладном офисе. Маме тоже частенько везло, поэтому, несмотря на то, что в жизни она ни дня не проработала, настоящей нужды мы не испытывали. Если ей приваливали деньги, то она умела их откладывать, и на самое необходимое нам хватало.
Выйдя из дамской комнаты, я с удивлением обнаружила стриптизёра, который как ни в чём ни бывало подпирал ближайшую колонну. Боялся, что сбегу или заблужусь среди двух туалетных кабинок?
— Вы обещали рассказать о себе, — напомнила я, когда мы сели обратно за столик. Меня уже ждал сок, а спутника — стакан газированной воды с ломтиком лимона. — Я даже не знаю, как вас зовут.
— Артур. А что обо мне рассказывать? И так всё понятно, — безапелляционно заявил он. — Лучше расскажи, как тебе работается с людьми. Тяжело?
— Почему тяжело? У меня очень интересная работа, да и не так много общения с людьми, кстати. В основном с коллегами, да по телефону или почте с поставщиками, таможней или специалистами по сертификации, — я пожала плечами. — Но вот в командировки интересно ездить, я уже дважды была в Германии. В этом году ещё в Швецию поеду, если всё получится.
— И как, понравилось в Германии? — со снисходительной улыбкой спросил он.
— Да, красиво, только времени на экскурсии не хватило.
— А я думал, что ваши не любят Германию.
Я удивлённо уставилась на стриптизёра. Интересно, что он имел в виду? Кто наши? Русские? После Великой Отечественной? Так уже больше семидесяти лет прошло. И потом, почему «ваши»? А он тогда кто по национальности?
Пока осмысливала его странный ответ, Артур ко мне принюхался. Наклонил голову к шее, заставив инстинктивно отпрянуть, и сделал несколько коротких вдохов-выдохов.
— Что вы делаете? — возмутилась я, когда отодвигаться стало уже некуда и появился риск свалиться со стула, если еще хоть чуть-чуть отклониться в бок.
— Я уже говорил, что ты потрясающе пахнешь? Просто умопомрачительно. Я всегда думал, что эти разговоры преувеличены, но нет.
— Что? Слушайте, вы меня смущаете и ведёте себя странно.
— А чего ты ожидала, Лейла? — посмотрел он мне в глаза.
Лицо Артура находилось так близко, что я впервые смогла рассмотреть его в деталях. Такой редкий цвет радужки, словно лесной мёд с золотистыми искорками. Надо же, никогда не видела такого цвета глаз, издалека они казались более карими…
Официант принёс закуски, разрушив неловкий момент. Я сразу ухватила за хвостик креветку, торчащую из крошечного вафельного стаканчика. Внутри — начинка из спелого, сочного авокадо. Вкус просто божественный. Постаравшись жевать помедленнее, потянулась к следующему угощению. Ладно, может он и псих, но место красивое. И действительно нереально вкусно готовят. Пообедаю и уеду на такси.
А когда рядом еда, диалог можно и не поддерживать.
— Так чего ты ожидала, согласившись на обед со мной? Ты же всё понимаешь.
Что⁈ Лично я ни черта не понимаю!
— Что понимаю? — прожевав, спросила я.
Он одарил меня таким взглядом, словно у меня рога выросли.
— Ты хочешь, чтобы я сказал?
— Что сказал? — спросила я тише, почему-то почувствовав себя набитой дурой.
— Хорошо. Лейла, я хочу, чтобы ты стала моей парой, — заявил он, пристально глядя мне в глаза. — Я сам удивлён, что всё так получилось. Ты же понимаешь, что я ни за что бы добровольно тебя не выбрал, но ты знаешь, как мы устроены. Выбора у меня нет.
— В смысле добровольно бы не выбрал? Из-за внешности?
— Причём тут внешность? Ты очень красивая. Я о другом. И если честно, удивлён, что ты решилась со мной поехать. И, конечно, рад, что ты не отказала сразу.
После этих слов он по-хозяйски закинул руку на спинку моего стула и придвинулся ближе, погладив большим пальцем по щеке. От его прикосновения по телу побежали маленькие мурашки. Не удовольствия — паники! Кажется, я нарвалась на какого-то богатого и красивого психа.
— Будь моей парой, ведьмочка, я сделаю для тебя всё, — он говорил низким грудным голосом, словно обволакивая сознание. — Чего ты хочешь?
— Конкретно сейчас? Есть.
Словно по мановению волшебной палочки принесли основные блюда. Момент как нельзя лучше. Я уже говорила, что мне везёт?
Остаток обеда мы провели в тишине, я лихорадочно соображала, как лучше выпутаться из этой ситуации, чему очень мешал гастрономический экстаз, в который меня погрузила еда. В общем, не знаю, как другие, а конкретно этот псих очень неплохо питается. Порцию принесли огромную, я осилила лишь половину, остальное попросила завернуть с собой. Артур же съел кусок мяса не меньше килограмма на вид, отполировал закусками с креветками и даже заказал бутерброды с бужениной. Мужик он, конечно, здоровый, но даже для его габаритов — это перебор. Своей уткой делиться не стала, слишком она хороша для всяких разных психов.
— Десерт?
— Спасибо, но нет. Я бы хотела вернуться на работу. Вспомнила, что не отправила один важный запрос. За такой промах начальство по головке не погладит, поэтому лучше поехать и доделать. Я думаю, вы заняты, наверняка у вас много дел, поэтому возьму такси. Так даже лучше будет, удобнее.
— Такси сюда не сможет приехать, Лейла, неужели ты не знаешь? — выгнул он бровь. — Пойдём прогуляемся?
— По лесу? Я не одета для прогулок на природе.
— У меня в машине куртка есть.
— Спасибо, но мне правда нужно вернуться на работу.
— Я тебя не понимаю. Зачем ты тогда вообще поехала со мной? Позабавиться?
