Тимереки

– Может, мне уйти и не мешать вам? – с легким раздражением в голосе произнес Аядар. Он не понимал, зачем сейчас нужен этот разговор, зачем так глупо тянуть время и откладывать решение более важной проблемы. Его нервировала та размеренность, с которой Томас отнесся к этому делу, даже не подав виду, что его волнует судьба двух несчастных людей, которых лишили свободы и мучили допросами с пристрастием.
– Нет, напротив, ты как раз должен остаться! Я могу начинать?
Томас Джейсон, с теплотой, заглядывая в глаза сбитой с толку дочери, принялся повествовать о начале своего давнего приключения, не скупясь на любопытные подробности. Аядар слушал его версию и усмехался, иногда украдкой бросая взгляды на девушку, которая ловила каждое слово отца с приоткрытым ртом. Томас красочно описал мир Аядара, людей, с которыми ему довелось общаться, он рассказал ей о Кей и их возвращении. Затем он включил сегодняшнюю запись, и Майя с искренним интересом вслушивалась в каждую прозвучавшую фразу.
Хотя она была ещё немного шокирована, но уже было ясно, что девушка сложила своё мнение обо всем этом, и она действительно поверила рассказу отца. Аядару даже показалось, что Майя прониклась к нему симпатией, судя по тому, как смело она смотрела ему в лицо, привыкая к его необычным глазам.
– Если бы мне это рассказал кто-то другой, я бы ни за что не поверила! Вообще, конечно, все это настолько фантастично, что я даже не знаю, чего я хочу больше, чтобы это было правдой или чтобы это оказалось вымыслом! – мягко улыбаясь, произнесла она.
– А вот я себя вымыслом не считаю. Как и то, что в Африке уничтожают людей, а мои друзья, Джонатан и Лайза находятся в заключении! – Не выдержав, Аядар поднялся на ноги, не сводя с Томаса внимательных и требовательных глаз.
– Я же сказал, что займусь этим. Не нужно так сердито сверлить меня глазами! – Томас Джейсон, по привычке придерживаясь своего имиджа, высокомерно вскинул голову и, развернув коляску, направился в сторону дома. – Приглашаю всех в дом, – коротко бросил он из-за плеча.
Аядар тяжело вздохнул и недовольно покачал головой. Майя стояла рядом в нерешительности, порываясь пойти следом за отцом.
– Ты разве не идешь с нами? – приветливо наклонив на бок голову, проговорила она, заворожено глядя ему в глаза.
– Выбора у меня нет, … как и времени. Послушай, ты своего отца знаешь лучше меня. Скажи, он на самом деле собирается приложить максимум усилий ради незнакомых ему людей? Или он водит меня за нос? – он серьёзно взглянул на неё, нахмурив свои густые брови.
– Я не помню такого, чтобы мой отец обещал и не выполнял. Думаю, он прямо сейчас сделает пару звонков, и уже сегодня будет владеть нужной информацией. Не переживай, он вытащит твоих друзей. А можно тебя спросить? Скажи, а тебе нравится у нас, в этом мире?
– Нет! – отрезал Аядар. Он резко развернулся и быстро зашагал прочь, догоняя Томаса и оставляя девушку позади себя.
Томас Джейсон разговаривал по телефону в своем кабинете, а Аядар мерил широкими шагами огромную, шикарно обставленную гостиную, не обращая никакого внимания на находившуюся рядом Майю.
– Тебе нужно расслабиться и успокоиться. – Заговорила она. – Это фанатичное желание изменить все и сразу, по-моему, ни к чему хорошему не приведет.
Аядар остановился как вкопанный, пригвоздив её испепеляющим взглядом:
– Фанатичное?!! – возмутился он. – Да ты просто не видела ничего кроме вот этих дорогих побрякушек и сытной здоровой пищи! Папина кукла, которая живет в своё удовольствие. Если бы ты видела, как умирают, гния заживо, несчастные дети, ты бы не называла меня фанатиком. Эти люди, – Аядар ткнул пальцем в сторону, – Пошли на всё, чтобы помочь мне и вашему миру в частности. Я не могу расслабиться, когда моих друзей бьют по почкам, по ногам и по лицу, оставляя черные кровоподтеки. Вот я такой, не могу я спокойно сидеть и пить чай. О!!! Аш! – зарычал Аядар. – Когда же я вернусь обратно!
– Ты не очень-то вежливый. Хотя бы попытайся быть джентльменом, – обижено надув губы, произнесла Майя.
– А я должен им быть? – изобразив искреннее удивление на лице, проговорил Аядар, поворачивая голову к двери, на звук въезжающей коляски.
– Значит так, я узнал, где их держат. … Федералы шьют им информационный терроризм, который сейчас приравнивается к любому другому виду современного терроризма. … Но если бы дело заключалось только в Федеральной службе по надзору сфер связи и массовых коммуникаций, было бы гораздо проще. У меня есть связи, заплатили бы выкуп и тихонько вывезли их из страны, но сюда вмешались ещё и агенты этой злополучной корпорации. Они обвиняют твоих друзей в клевете, в подрыве моральной и политической стабильности в мире, в деморализации правящего режима, а отсюда как следствие – измена родине. У них очень мощная линия обвинения. Все намного серьезнее, чем я думал. Одних денег здесь будет недостаточно, – хмурясь, проговорил удрученный Томас.
– А что же нужно ещё сделать? Я могу пойти и заставить их отпустить Джонатана и Лайзу, но потом исполнительные федеральные агенты опомнятся и снова будут их искать! Вы лучше знаете систему, ведь что-то же можно предпринять?! – Аядар был слишком расстроен, чтобы прятать свои эмоции.
– Кое-что можно. – Джейсон сделал паузу после вступления и продолжил. –  Я уже связался с представителями Ассоциации Журналистов, они организуют по всему миру митинги протеста в защиту своих коллег. Правительство не сможет закрыть глаза на массовые выступления и судить Джонатана и Лайзу будут открыто, а значит, корпорация не сможет их тихо убрать со своего пути. Об этом я тоже позаботился, даже в камере предварительного следствия их будут оберегать мои люди, будет проверяться пища и весь контингент общения. Также я нанял для них своих самых лучших адвокатов. Ну и последнее, так как я являюсь совладельцем телестанции, с которой ушел этот репортаж, я могу заявить свою причастность и одобрение их действиям. Я лично подтвержу отснятые данные по Африке и обставлю это как свою личную инициативу – запустить материал в эфир. И сделаю я это завтра утром, я уже дал соответствующую команду своим адвокатам.
– Но ведь тебя тоже заберут! – Майя не верящими и испуганными глазами умоляюще смотрела на отца.
– Да, дочь, будет много шума. Но я не какой-нибудь приезжий журналист, со мной они будут вести себя иначе. Корпорация затеяла опасную для себя игру, чем больше и громче они будут кричать о фальсификации и недостоверности сведений, призывая общественность к справедливому суду над террористами, тем сильнее они подтолкнут эту самую общественность разобраться, в чем собственно суть дела. Теперь уже многие захотят докопаться до истины, и вот тогда палка окажется о двух концах. Уже сегодня вечером по всем каналам буду показывать, что журналисты всего мира вышли на демонстрации с акциями протеста, корпорация уже загнана в угол, она будет огрызаться, но мы ещё повоюем. Скажи, Аядар, Джонатан, это ведь сын Анжелы?
Аядар молча кивнул, подтверждая его догадку.
– Как интересно всё сплелось, – усмехаясь, заметил Томас. – Ну что ж, если меня заберут для допросов, прошу тебя Аядар оставаться в моем доме и присматривать за Майей. Вы оба должны дожидаться моего возвращения, не вмешиваясь. Я запустил механизм, и только я, как ты выразился, знаю, как эта система работает. Когда это всё закончится, и твои друзья будут на свободе, мы с тобой поговорим, что с тебя причитается за мои потраченные нервы. Ладно? А сейчас нужно успокоиться, мысленно всё взвесить. Майя, сотри с лица эту обреченность! Давайте устроим ужин в честь нашего знакомства. Я понимаю, что в мире свирепствует зло, но нужно же позволять себе маленькие радости, чтобы не сойти с ума.