Цель

«Хотя прошло всего лишь каких-то два месяца!» — с горечью промелькнуло у неё в мыслях.
— Могу сказать тоже самое, — улыбнулся Эджей, подходя ближе. — Вот так сюрприз! Я счастлив наконец видеть тебя, Ева, — обнимая её, он нежно поцеловал её в щёку. — Но вот сейчас моя радость поймает гравитацию и я начну тебя ругать.
— А ещё не мешало бы отлупить, — раздался голос Ванды, — Я конечно категорически против насилия, но чисто профилактически, по-матерински я бы тебя отшлёпала. … Здравствуй, блудная дочь, — от её крепких объятий у Евы на глаза навернулись слёзы.
— И я безумно рада вас видеть! Наберусь наглости, возьму и напрошусь к вам в  гости с ночёвкой. Пустите? — на секунду в чайно-золотистых глазах девушки промелькнул прежний задор. Но то был лишь короткий миг и снова всё угасло за поволокой грусти.
— Без вопросов, и скорее всего мы запрём тебя, чтобы больше не сбежала. У нас кстати шикарный подвал со всеми удобствами, — настроение Эджея просто трещало по швам от счастья. — Закатим сегодня вечеринку по такому поводу?!
— Будем сдержаннее, — улыбки Евы стали чуть суше, — Для начала я бы хотела извиниться. …Ванда, прости. В том моём состоянии я была слишком резка с тобой, ты этого не заслужила. На самом деле я вам сердечно благодарна за поддержку и веру. Простите, что пропала так надолго и не давала о себе знать.
Эджей узнавал и не узнавал её одновременно. И для него это оказалось  больно и страшно одновременно:
— Ты что всё это время скрывалась в каком-нибудь буддистском монастыре? — выдавил Эджей. — Не нужно тут каяться пред нами Ева. Мы всё прекрасно понимаем, хотя блаженство и не  наш конёк. Никто на тебя не злится.
— И правда, где ты пропадала? — расположившись в гостиной, Ванда плеснула себе немного виски. Появление Евы с одной стороны взбудоражило, а с другой стороны заставило Ванду нервничать.
— В Ирландии, — снизила плечами Ева. — Кстати, там отличный виски и милейшие люди.
— Любопытный выбор.  Ирландия?! — неоднозначно крякнула Ванда. — И чем ты там занималась если не секрет? Надеюсь, не дегустацией в дублинских барах?
— Вовсе нет, — Ева снова пожала плечами, — Мне было над чем поразмыслить, ко всему я ещё и устроилась работать в булочную, познакомилась с кучей интересных людей. Затем кое-как залепила дыру в сердце и почувствовав, что пора возвращаться — вернулась.
— Что ж, время и работа — лучшие шлифовальщики, — философски протянула Ванда. — Боль утраты не пройдёт так скоро, но тот факт, что ты выбираешь жизнь, делает тебя сильнее, мудрее и многогранней. Как говорят: «сломанные кости только крепче». Наверное, это касается и силы духа.
— Мама! Может, не будем затрагивать философские темы? — поморщился Эджей, с выразительным укором взглянув на мать.
— Что у вас  новенького? Когда я увижу фильм с твоим участием? — с напускной бравадой,  непривычно звонким голосом поинтересовалась Ева, меняя вектор направления разговора.
— Съёмки ещё продолжаются, и … я всё ещё свободен, — как бы невзначай добавил Эджей, борясь с желанием подсесть к ней поближе.
— А «Идрисс» всё ещё наплаву, это я сообщаю тебе как партнёру, — Ванда снова приложилась к стакану, что ужасно не понравилось Еве. В таком поведении её шефини, и как надеялась Ева подруги, скрывался некий весомый подводный камень.
— Партнёра??? — на всякий случай ошарашено переспросила Ева.
— Он … переписал половину моей компании, которую перед этим отобрал, на твоё имя.
Он — имелось в виду Адам Пирс, и Ева почувствовала неладное:
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— А как … он?  — сглотнула она болезненный ком.
— Воюет, — неоднозначно пожала плечами Ванда.
— Что, чёрт возьми, происходит?! — перестав сдерживать свои эмоции, Ева взволнованно нахмурилась, требуя своим взглядом прямых ответов.
— Включи новостной канал и узнаешь.
Проявившаяся нервозность Евы слишком сильно бросалась в глаза — по тому, как она торопливо листала каналы, по  напряжённой позе и измученному выражению лица. Новости выходили каждые два часа — репортажи о достижениях мэра Бостона, о меценатах, о преступлениях за последние сутки и процентах раскрываемости, о погоде и спорте. И надо же было так совпасть, что Ева попала как раз на сюжет о судебном скандале Пирса.
«Юнисеф против Глобал». Компания «Юнисеф» требует огромную компенсацию, обвиняя «Глобал» в незаконном захвате земельных участков.  К «Юнисеф» прилепилась ещё и экологическая служба, плюс отдел по борьбе с экономическими преступлениями. Мелькали лица обвинителей, свидетелей, адвокатов и совсем немного самого Адама. Как всегда невозмутимо-холодного. Но когда на экране появился представитель «Юнисеф» … Ева просто обмерла.
— Они рвут его на куски, — горько прошептала она. — Учуяли кровь и тут же сотни желающих отыграться.
— Да уж, дело громкое и грязное, — подтвердила Ванда, не спускающая с девушки своего внимательного взгляда. — Он стал сдавать позиции, утратив свой знаменитый нюх «бостонской акулы».
— Завтра суд огласит предварительное решение, … я должна там быть! — заявила Ева с такой решимостью, словно собиралась пожертвовать собственной жизнью.
— Господи, Ева,  ну зачем, зачем тебе это нужно?!! — не сдержавшись в свою очередь взмолился Эджей. — Паршивая обстановка, репортёры-стервятники и твой бывший в тихой истерике.
— Он всё ещё мой муж, Джей, моя семья, — с грустью заметила Ева, сделав ударение на слове «муж». — Я должна поговорить с ним и попросить прощения.
— Прощения? … У Пирса? — ещё больше возмутился Эджей, презрительно скривившись. — Хм, это что духовные ступени на пути к избавлению? Вас больше ничего не связывает Ева! Ты говорила, что терпишь его ради сына!
— Не смей!!! — зло крикнула Ева, вскакивая. — Ты ни хрена не понимаешь! — к ней снова вернулась знакомая дрожь.
— Прости, но я действительно не понимаю, — процедил Эджей.
— А я не хочу разъяснять, — дрожь снова забрала все её силы и Ева бессильно опустилась на диван. — Умираю как хочу спать, — пустым голосом выдавила она, не глядя ни на кого из них.
— Гостевая спальня полностью в твоём распоряжении, — с обиженным видом произнёс Эджей, от его хорошего настроения уже не осталось и следа.