Тату на твоей коже
Последним на сегодня оказывается клиент, который слегка опаздывает. Я допиваю третий по счёту кофе и нервно постукиваю пальцами по столу. Терпеть не могу опоздунов. Ну что за люди такие? Можно подумать, мне заняться больше нечем, кроме как ждать его царственную жопу.
– Добрый день… – слышу потерянное Иркино приветствие и невольно напрягаюсь. Обычно она с клиентами очень позитивна, а сейчас словно увидела призрака.
– Ир, что там? – кричу из кабинета и, отставив кофе, поднимаюсь.
– Я там, – слышу знакомый голос и дверь за ним закрывается.
– Ты? – теперь моя очередь растеряться. Передо мной возник не кто иной, как Делимханов. В чёрной футболке, обтягивающей каждый мускул, и безрукавке на молнии. Чёрные джинсы. Как же он всё-таки крут. Гора мышц.
– Я по записи, если что.
– Вот оно как, – усмехаюсь. – Ну, проходи, что ли.
Не могу сказать, что не рада его видеть. Сердце начинает биться в ускоренном ритме и низ живота опять тянет от нахлынувшего желания. Приятное чувство. Но тут уже возникает закономерный вопрос, а ему что от меня надо?
– Как дела? – осматривается Дагир, проходя внутрь моего кабинета. – Ничего такой салон, нормально.
– Угу. Нормально. Проходи, присаживайся, – приглашаю его в кресло, но Дагир падает на диван, закидывает руки на спинку.
– Пришёл сделать тату? – разглядываю его так же бессовестно, как и он меня.
– Тату делают девочки. А я пришёл за наколкой.
– Ясно. И что хочешь набить?
– Пока не определился. Может твоё имя на груди, а Милена? Или лучше Кошка? – от его темнеющего взгляда где-то внутри что-то трепыхнулось.
– Ты каждую, с кем переспал себе набиваешь? – усмехнулась. Он тоже.
– Нет. Ты будешь первой.
– А может что-то попроще? Ну мало ли завтра встретишь Катю или Машу. Неловко получится, – его мои слова забавляют, вижу по лицу. Но глаза, в отличии от губ, не улыбаются.
– Окей, тогда поправь мне парочку старых наколок. Я их делал ещё на зоне, не особо качественно.
Я, конечно, поняла, что он когда-то сидел, но вот говорить об этом пока не готова. Да и надо ли оно мне?
Предпочитая не раскрывать эту тему, прошу его показать наколки, которые необходимо освежить и почти не пугаюсь, когда Дагир поднимается и начинает раздеваться.
Невольно любуюсь его телом, словно слепленным мастером из глины. Прикусываю нижнюю губу, когда он предстаёт передо мной до пояса голый и делает шаг навстречу.
– Сама смотри, что тут нужно поправить. Я согласен на любое твоё решение.
– Да, тут есть над чем поработать, – шепчу, проводя пальцами по его торсу, прощупывая старую, но не менее угрожающую пасть оскалившегося волка на правой груди. Красивая и завораживает. Как её владелец. – Пожалуй, начнём с этой. Садись в кресло. Обезболивающее какое предпочитаешь?
– Бокал вискаря, – усмехается.
– Будет больно.
– Не думаю, что больнее, чем на зоне, – и в глаза мне смотрит, смущая. Смущая! Обалдеть. Я не испытывала этого чувства со школы. – Ты красавица, Кошка. Тебе об этом говорили? – с трудом отрываю взгляд от волка, встречаюсь взглядом с Дагиром.
– Говорили.
– Я им глаза выколю, чтобы больше не смотрели, – его обещание звучит как-то слишком правдиво, даже пугающе. И я тороплюсь перевести разговор в другое русло.
– Так, давай начнём сверху. Наколка старая, но, если её обновить будет выглядеть суперски.
– Тот твой женишок. Он больше не появлялся? – будто не услышав меня, продолжает гнуть свою линию.
– Нет, не появлялся. И благодаря тебе уже не появится, – переключаю взгляд на татуировку, чтобы не краснеть, как выпускница.
– Отлично. Если появится, гони его в шею. А то я сам бошку оторву и на кол посажу. Так ему и передай.
– Обязательно передам.
Пока я распаковываю иглу, он следит за моими движениями с лёгкой усмешкой. Обычно клиенты нервничают и просят побольше обезболивания, а сейчас нервничаю я. Руки слегка подрагивают, но я настраиваюсь на позитивный лад.
– Виски нет. Но есть лидокаин.
– У меня высокий болевой порог, справлюсь. Ты будешь тыкать в меня иглами – что может быть прекрасней?
Дурак. И я дура, потому что не сдерживаю улыбку в этот момент.
Пока провожу подготовительные процедуры, он внимательно рассматривает меня. Как надеваю маску, перчатки, как настраиваю роторную тату-машинку. Я слегка волнуюсь, словно в первый раз, хотя уже давно за собой подобного не замечала.
– Можешь так не пялиться? – выпускаю иголки в защиту.
– Почему нет? Ты стесняешься или боишься меня?
– И то, и другое.
ГЛАВА 11
– Бояться не надо. Я девочек не обижаю. Стесняться тоже – я вроде уже как побывал у тебя в гостях, – похабно ухмыляется негодяй и я опять краснею. Что за придурь мне в голову влезла. Нашла кого стесняться.
– Мы абсолютно чужие люди, поэтому настороженность, с которой я к тебе отношусь нормальна. А вот ты выбрал мой салон, полагаю, не случайно, и это уже знак, что тебя нужно опасаться. Ну или хотя бы быть осторожной, – принимаюсь за работу, но он, как мне кажется, действительно не чувствует боли. Странный.
– Тут ты права. Я не очень социален. Общаюсь только с теми, от кого есть польза, а таких людей у меня немного. Твоя настороженность – абсолютно нормальная реакция. Умница, – на иглу не смотрит. Смотрит мне в лицо. Я чувствую его взгляд кожей, хотя всё внимание моё приковано к татуировке. Она действительно старая и сильно выгоревшая. Это ж когда он сидел?
– Так ты хочешь познакомиться поближе или как? – всего на секунду поднимаю на него глаза, и в тот же момент меня прошибает от его взгляда током. Чёткий мужик. Дерзкий, нахальный. Хотя эти черты характера я никогда не считала положительными. Но ему идёт. Альфа-самец вроде как.
– В точку, – отвечает, всё так же глядя мне в лицо.
– Ну тогда давай, расскажи мне о себе. Ты-то обо мне уже много знаешь, да?
– Есть такое. Ты не глупа, это радует.
Усмешку проглатываю. Не глупа. И за то спасибо.
– Что тебе интересно знать? – спрашивает после полуминутной паузы, и я пожимаю плечами.
– Тебе сорок два, имя я знаю. А чем занимаешься? – честно признаться, у меня бы никогда не хватило наглости расспрашивать его. Но раз уж сам предложил, даже пришёл ко мне… Почему бы и да?
– Всем понемногу. Строительство, ночные клубы, сеть гостиниц. Ничего особенного.
– Ммм… Бизнесмен, значит?
– Что-то типа того, – улыбается.
– А сидел за что? – всё же не удержалась я. Он сам предложил поспрашивать, а я уж больно любопытная.
– Вооружённый грабёж. По малолетке дело было. Да и сидел не долго.
– А сейчас?
– Что сейчас? Не граблю ли бедных, одиноких старушек? Нет, не граблю, – потешается надо мной.
– Тогда за что тебе плечо продырявили? Кстати, как оно, вижу новая повязка и крови уже нет.
– Всё отлично, Кошка. Ты меня спасла. А стреляли потому, что кое-кто хотел моей гибели. Логично, да?
– Ты знаешь, кто?
– Знаю.
– И что ты сделаешь?
– Уже сделал.
– Обратился в полицию? – спрашиваю на полном серьёзе, но Дагир так усмехается, словно я дикую чушь спорола.
– У меня свои методы решения такого рода проблем.
Я приостанавливаю поток своих вопросов, чувствуя, что не всё о нём мне следует знать.
– Тебе не больно? – интересуюсь через некоторое время, поднимаю глаза на него.
– Мне даже приятно, – отшучивается он. – Тот твой дистрофик. Ты с ним сколько трахалась? – вводит меня в состояние шока своим неожиданным вопросом, правда, ненадолго.
– Недолго. Но теперь это уже не имеет значения.
– Сколько мужиков у тебя было?
– Это так важно? – у меня от его расспросов ощущение, что мне лезут в трусы.
– Да. Так сколько?
– Три, – отвечаю без особого желания акцентировать внимание на моих бывших парнях. Глупо это. Мы ведь всё равно ничего не можем изменить, так к чему эти вопросы?