Девочка Севера

— Заткнись… — я слышу, как она рыдает на другом конце в трубку. Зло, отчаянно. Сердце ейокает, но я не позволяю себе больше никаких душевных порывов. Так никакой души не хватит. — Пошла ты…
Она скидывает.
Я слышу, как за моей спиной открывается дверь. Опускаю от уха телефон и оборачиваюсь.
— Какая же ты громкая, — качает головой Сергей.
Заспанный, помятый, лохматый, такой родной… что я больше не могу справиться со своими эмоциями. Плюхаюсь на кровать и начинаю громко некрасиво рыдать.
— Откуда ты взялась на мою голову, — он подкатывает глаза.
Подходит к постели, садится рядом и укладывает меня к себе на грудь.
Я вцепляюсь в его плечи до белых пальцев. Хрен он меня теперь от себя оттащит!
— Ну все, Соня, все, — он рисует успокаивающие узоры у меня по спине. — Давай заканчивай. Ничего страшного не произошло.
— Прости меня, — шепчу ему в запале. — Я не хотела, чтобы так вышло. Я правда очень сильно люблю тебя. Но оказалось, что это так сложно — делать выбор. Накажи меня, только не уходи…
— Ты сама тут себя уже наказала, — усмехается Сергей и прижимается губами к моей макушке. — Так рыдала, когда я вернулся домой, что я думал плыть по квартире придётся. Впредь, больше не пытайся что-то скрывать от меня, — строго понижает голос. — Иначе — я действительно буду тебя жестко учить и наказывать. Допросы оперов покажутся тебе детским утренником.
— Прости… — умоляюще ломается мой голос. — Я думала, что ты меня не примешь больше… Это страшнее допросов. Даже страшнее чувства, когда на тебя наставляют пистолет…
— Ты не виновата в том, что произошло. Но была в шаге от того, чтобы меня разочаровать своим молчанием. Хорошо, что в итоге сделала правильный выбор.
— Если он правильный, — я поднимаю глаза на Сергея. — Тогда почему все вокруг меня несчастны? Даже Аня…
— То есть, будем разговаривать прямо с утра, — вздыхает Северов. — Ну хорошо…
— Может быть, ты не будешь ее увольнять? — прошу тихо.
— Не-не, — он посмеивается. — Я в это дело не полезу. У них с Алексеем свои счёты. Ну и уволил он ее за дело. Анна не имела права оставлять стажёра, который не несёт материальной ответственности, одного. Ей пойдёт на пользу.
— Я все равно ей позвоню и извинюсь, — качаю головой.
— Это ты сама решай, — жмёт плечами Сергей.
— А Олег? — интересуюсь острожно. — Его посадят?
— Сто процентов, — строго отвечает Северов. — Но снова не потому, что ты о нем рассказала. А потому, что те люди, которым он должен денег, распространяют наркоту. Саид давно их приметил. Олег специально встречается только со студентками из общежития, чтобы двигать товар.
— Что? — Мороз прокатываются по позвоночнику, и я отшатываюсь от Сергея, упираясь в его грудь ладонями. — А Олеся знает?
— Ее вызовут на допрос первого вечером.
— Какой ужас… — я закусываю губу. И внутренне снова начинаю в панике метаться. — Ей же ничего не будет?
— Не будет. Не переживай, — отвечает Сергей. — Ей будет полезно ответить за свой выбор. А тебе пока не нужно с ней общаться. Не нужно вмешиваться.
— Понимаю, — киваю. — Все понимаю. Но…
— Я слышал ваш разговор, Соня… Давай, детка, пора взрослеть.
— Да… — судорожно вздыхаю. — Только… вот мы обе выбрали своих мужчин. Почему я стараюсь ее понять и оправдать? А она даже не хочет меня выслушать?
— Потому что ты-дурочка у меня, — тихо смеётся Сергей. — На самом деле, очень легко быть терпимой к чужому успеху, когда у тебя все хорошо. А когда плохо, ты будешь искать причину несправедливости. Возможно, даже изъяны у того, кто успешнее. Завидовать. Просто дай ей время, как я даю тебе. А ещё лучше… поищи себе новую подругу.
— Но я не смогу не общаться с Олесей, — качаю головой. — Мы учимся вместе. И Любовь Павловна быстро поймёт, что что-то не так. Будет спрашивать…
— Не думай пока об этом. — щёлкает меня пальцем по носу. — Ребята из наркоконтроля ей поправят и крышу и карму. Поэтому, может, не все потеряно… Так… — он смотрит на часы. — Время уже обедать, а я ещё не был в душе и не завтракал, — поднимается с кровати и уходит к выходу из спальни. — Приготовь пока кофе, — оборачивается на меня в дверях.
— Хорошо, — активно киваю.
Я жду, когда из ванны начнут раздаваться звуки воды. И вместо того, чтобы идти на кухню готовить ароматный напиток, несколько минут сгораю от стыда за появившиеся мысли.
В том неприличном фильме, что попался мне несколько дней назад, пара занималась этим именно в душе.
Мне кажется, что Сергею понравится. Я, конечно, не уверена, но… Если он не откажется от меня, это будет значить, что у нас с ним все хорошо.
Скидываю с себя одежду и оставляю только трусики. Совсем раздеться сама не могу.
Подхожу к ванне и открываю дверь.
Меня обдаёт жаром горячей воды.
Захожу и замираю, разглядывая Северова сквозь запотевшее стекло душевой кабины.
«Пожалуйста,» — несколько раз вдыхаю и вдыхаю. — «Не прогоняй меня.»
Становлюсь на порожек и распахиваю дверь кабины.
Сергей резко оборачивается на меня и скользит по моему телу сначала удивленным, а потом таким возбужденным взглядом, что я прерываюсь мурашками.
— Ты пришла просить прошения? — иронично дергается его бровь.
Вспыхиваю от того, что он позволяет себе в такой ситуации шутить. Да я от волнения сейчас в обморок грохнусь!
— Да, — киваю, опустив глаза. — Наверно…
— Тогда иди ко мне… — он протягивает руку и резко затягивает меня во внутрь кабины.
 
Глава 40. Новый…
Соня
Прячу смущенную улыбку в чашке с кофе и слежу из-под ресниц за Сергеем. Он хмурясь, что-то внимательно читает в телефоне. Делает глоток из чашки и снова читает.
Тело сладко и болезненно ноет после того, что этот мужчина творил с ним в душе. Я не понимаю почему, но мне нравится, когда Сергей обращается со мной немножко, как с личной собственностью. Будто он в полном праве гнуть, целовать, таранить меня своим… нет! Хоть эта достопримечательность и побывала у меня во рту, в моем регулярном лексиконе слово пока ещё не появилось.
Вот так странно. Ещё час назад мне казалось, что в жизни просто нет просвета, а сейчас… сердце эйфорично стучит и готово выпрыгнуть прямо в руки Северову. Или в кружку, или в тарелку…
Я люблю его. И это просто невероятное счастье, что он отвечает мне взаимностью. Ни смотря на всю странность нашего знакомства и дальнейших событий. А ещё мне так спокойно в его руках…
В груди сжимается. Мне страшно, что я когда-нибудь ему надоем… Нет! Не хочу даже думать сейчас об этом!