Его Искушение

— Ты меня продал, Флауэр.
— Не драматизируй. Иван Кац богатый и щедрый мужчина. Любая мечтает к нему попасть, я не шучу…
Мозг взрывается. Я не понимаю слов. Обида обжигает, собрав себя по кускам, проговариваю:
— Ты обманом меня выманил. Я не…
— Это неважно. Ты во временной собственности Каца и будешь свободна, когда он тебя отпустит.
— Что это значит?! Ты про что вообще?! Ридли, ты сбрендил?!
— Ты попала в его мир. Там свои понятия и законы…
— Глупости!
— Увы, Рора, увы… Кац не простой бизнесмен. Вернее, не только… Договоренность считается исполненной, когда заказчик отпускает исполнителя. Он должен отпустить тебя. По собственной инициативе от него не уйти.
— Ридли, ты в аду гореть будешь! В чане с маслом кипеть, а я приду и посмотрю на это, с попкорном!
— Ты всегда умеешь поднять настроение. От меня ничего не зависело, пойми!
— А если я прессу подключу?! В полицию пойду?! Ты не думаешь о таком раскладе?! Вон одного продюсера уже посадили, весь Голливуд терроризировал!
— Не глупи, Рора. Даже не сравнивай.
Отмахивается рукой, а в глазах страх.
— Ладно, чего уж выбирать слова. Иван Кровавый. Коронованный он… Говорю же. Иные реалии. Он свои понятия с собой привез. Я не знаю деталей. Но прозвище свое — заслужил и его не свалить. Ты просто не дойдешь до прессы.
Жмурюсь. Голова кругом идет, а Ридли продолжает:
— У нас каждая секунда на счету. Не заставляй тащить тебя к Кацу силой. Выхода нет, детка, ни у тебя, ни у меня… Я сделал все, что в моих силах, но он хочет только тебя, а после твоего бегства…
Жует губы. Я только теперь замечаю, что мой агент смертельно бледен, взвинчен и по лбу у него пот градом течет.
— Просто собирайся. Без лишних телодвижений.
— Ты омерзителен, Ридли.
— Волки сыты. Овцы целы. Овцы, если не поняла до сих пор, Рора, это мы с тобой. Будь хорошей девочкой, послушной, и в итоге будешь с кругленькой суммой на счету, а я с репутацией.
Меня пробивает на смех. Дикий. Адский.
— Аврора, прекрати истерику! Это всего лишь бизнес. Ивану Кацу не отказывают. Он выбрал тебя.
— Выбрал…
Повторяю шепотом, и вдруг отчетливо вижу перед собой огромного взбешённого мужчину.
Вытираю слезы с глаз, вспоминая, что натворила.
— Ридли. Волки совсем не сыты, думаю, тебе будет весело…
— Себя в порядок приведи. Пошла! Живо!
Бросаю на агента и его амбалов острый взгляд, поднимаюсь и иду в спальню.
Только оказавшись наедине с собой, накрываю лицо руками.
Флауэр продал меня, как вещь. Куклу. Отдал на растерзание авторитету. Очередная модель, эскорт.
Так получается?!
Именно так думает обо мне Иван и от этого понимания становится слишком жутко.
Я стала той, что ходит по подиуму и демонстрирует нижнее белье, но я никогда не продавала себя!
Всегда подозревала, что у Ридли есть темные делишки, но человек не склонен задумываться о мелких звоночках, пока сам не вляпается.
Иван принял меня не за ту и поплатились в итоге мы оба.
Он своей кровью, которую я вышибла ударом, а я…
Я еще заплачу за то оскорбление, которое нанесла богатому бизнесмену с темным прошлым и настоящим.
Резко поднимаюсь с места.
Страх опутывает клешнями, держит сердце, пытаюсь не впасть в истерику, а перед глазами возникают светлые глаза мафиози.
Его красивое гибкое тело, которое прижало меня к парапету и заставило зависнуть на грани, где под ногами благодушно открывает свои объятия сама бездна.
Жуткое воспоминание и не менее будоражащее. Заставляющее кровь гнать по венам на скорости…
Мне должно быть страшно, ужас должен влиться в каждую пору, сковать меня изнутри цепями и внушить подчинение, но с каждой секундой внутри взрывается сверхновая в желании расцарапать красивое лицо того, кто меня заказал.
Хочу вонзить ногти в его щеку и провести с силой, до крови, чтобы он взвыл, чтобы это мужественное лицо варвара исказила гримаса боли.
А внутри меня все живет его взгляд. Его светлые глаза, смотрящие в неверии.
Он не ожидал от меня удара почти в спину.
Нет. В голову. Зверя вырубают точным ударом, и если бы любой другой умер от подобного или схватил сотрясение, то Иван лишь сломал рюмку, что держал в руке, раскрошил ее на мелкие осколки, и, казалось, не замечая своей собственной крови и боли, смотрел мне в глаза. Безотрывно. Сковав своим взором, в котором читалась звериная тяга и просыпающаяся ярость.
Казалось, в его зрачках затрепетало пламя в тот момент.
Я судорожно втягиваю воздух, чтобы не заорать от страха, потому что такой, как Иван Кровавый, не простит мне этого удара.
Быстро скидываю с себя платье. Шпильки летят в сторону. Не глядя напяливаю на себя короткое платье-сорочку с завязками на плечах. Сую ноги в чулках в кроссовки, без кошелька и документов, без мобильника…
Все в сумочке, которая осталась у Ридли.
Не дурак он, далеко не дурак.
Взял в оборот. Лишил всякой возможности выбраться.
Бросаю взгляд в окно и принимаю решение.
— Бежать. Нужно просто бежать.
    
Глава 10
Открываю окно. Выхожу на парапет. Десятый этаж. Боже. Как мне страшно.
Ветер треплет волосы. Погода продолжает бесноваться. Еще вчера по новостям обещали шторм.
Впервые прогнозы гидрометцентра оправдываются.
Сердце стучит в горле, в глазах слезится. Этот ритм дождя походит на барабанную дробь, которая все усиливается и усиливается.
Я словно качаюсь на волнах, где страх смешивается с решительностью, и делаю свой шаг в бездну, отметив, что если я пройду по узенькому выступу несколько метров, то мои старания будут вознаграждены старой ржавой пожарной лестницей…
— До которой нужно еще добраться.
Прикусываю губы. Отдаюсь во власть стихии, которая рвет подол моего коротенького платья, бьет по голым ногам и заставляет терять координацию.
Сжимаю зубы. Столько лет училась ходить по линии и держать равновесие, что и сейчас смогу.
Не дамся я им. Не дамся! Не стану безвольной куклой в руках Ивана Кровавого.
Сильный ветер бросает прядь в лицо, хлещет моими же волосами по щекам, и я прилипаю к холодному бетону и фокусируюсь на заветной лестнице.
Позволяю телу прийти в движение. Делаю короткий шаг, совсем крохотный.