Возвышение Меркурия. Книга 5 (СИ)
Собственно, даже капитаны кораблей не были в курсе цели морского путешествия и не знали, кто именно их нанял.
В день отправки, я и члены свиты поднялись на борт под действием полога невидимости. А три взвода гвардейцев переоделись в форму «Медведей» и благополучно с ними смешались. То же самое провернули бойцы Мориан.
Так что с точки зрения сторонних наблюдателей, отряд наёмников, который работал на один из знатных патрицианских родов, загрузился на корабли и отплыл в неизвестном направлении. Если исключить причастных, более или менее полной информацией располагали всего трое. В Бельском и Егорове я был уверен настолько, насколько это возможно. Махов пока производил двойственное впечатление — по-моему юноше было попросту скучно. По условиям мирного соглашения, он должен был безвылазно находиться во Владивостоке, не удаляясь от него более чем на тридцать километров. Единственное исключение — общая тревога из-за Пробоев. Вроде той, что объявили после появление Рубинового.
Но перед тем, как отплыть, я зародил в нём надежду. Одним из японских кланов, что перемололи войска Маховых в Шанхае, были Абэ. Те самые, что рано или поздно явятся за Асукой. И возможно с ними получится установить контакт.
Ещё, меня сильно интересовал Дар смертного. Но в открытых источниках на эту тему ничего не нашлось, сам он предпочитал о нём не говорить, а спросить толком было не у кого. Самостоятельно идентифицировать его способность я не мог, что изрядно удивляло. Судя по всему, Дар должен быть мощным. Потому как, несмотря на полный разгром, род Маховых остался цел. Их не добили и не уничтожили полностью. Лишь забрали большую часть собственности, да связали условиями договора. Среди которых было немало странностей — к примеру то же самое ограничение на свободное перемещение. Такое впечатление, что другая сторона опасалась членов проигравшего рода. А потом разбросала их максимально далеко друг от друга, запретив физически приближаться друг к другу.
Но со всем этим предстояло разобраться уже после возвращения назад. Пока же, я собрал небольшой военный совет в своей каюте. Пока только члены свиты — Лера, Кристина, Илва и Измайлов. Асука, которая за прошедшее время трижды пыталась бежать и дважды нападала на гвардейцев, что кормили пленную, лежала связанной в соседнем помещении — я решил держать японку поближе к себе, раз уж на корабле нашлась каюта с тремя отдельными комнатами.
Усевшись в кресло, прикрыл нас божественной силой. По идее, лазутчиков тут быть не должно, но не помешает на всякий случай подстраховаться. Окинул взглядом четверых смертных, что с нетерпеливым ожиданием пожирали меня глазами.
— Готовы услышать о нашей цели?
Подавшиеся вперёд члены свиты, разочарованно выдохнули, а я растянул губы в усмешке.
— Мы идём на Пусан.
Кристина поджала губы, Лера непонимающе нахмурилась. Илва тоже смотрела так, как будто ждала подробностей. А вот Измайлов сдавленно охнул и чуть не уронил чашку с кофе, которую держал в руках.
— Пусан? В смысле? То есть… Там же больше миллиона человек населения. И вообще, это Корея. Как ты собрался его захватить? А удержать? Да мы даже близко к бухте не подберёмся — там береговая артиллерия такая, что нас пустят ко дну на полпути.
Чуть смешавшись под моим пристальным взглядом, юноша всё же добавил.
— Под твоими щитами, может и ближе подойдём. Только к ним уже пытались как-то Абэ заглянуть. Большая эскадра и двенадцать Великих Мастеров, что держали щиты. Так корейцы ударили такими артефакторными снарядами, что и их барьеры посыпались.
Сандал, который летал вокруг кораблей, издал протестующий клёкот. И судя по мысленному посылу, обвинил Измайлова в трусости. Я же согласно кивнул юному патрицию.
— Береговая артиллерия там и правда великолепна. Восемьдесят два орудия крупного калибра, прекрасная артефакторная защита и накопленные за столетия артефакторные снаряды, в том числе и запредельной мощности.
После этого обмена репликами, лица девушек тоже изрядно вытянулись. Я же снова обратился к Михаилу.
— Тем не менее уязвимое место у города есть. Какое?
Тот мгновение поколебался, почему-то покосившись на Илву. А потом принялся отвечать.
— Возможность атаки с земли, конечно. С моря то к ним считай не подобраться. А по суше, такое провернуть гораздо проще. Только там тоже серьёзные укрепления. Да и статус у города особый. Король Чосона запретил своим вассалами нападать на Пусан после того, как город едва не разрушили во время схватки корейских кланов.
Подождав ещё немного, я уточнил.
— Ты смотришь не под тем углом. В чём настоящая слабость Пусана?
Измайлов наморщил лоб, погрузившись в раздумья. После того, как он провёл в таком состоянии четверть минуты, я решил дать подсказку.
— Больше миллиона жителей, городские силы охраны порядка, десятки тысяч Одарённых, которых можно поставить на службу. Крупнейший порт Кореи. В чём его слабость?
На лице смертного неожиданно блеснуло озарение.
— Местные недолюбливают маньчжуров. И сами корейцы не смогут напасть на город. Как только над ним взовьются наши флаги, он станет для них неприкасаемым.
Внимательно слушающая Лера, сразу же вклинилась с вопросом.
— Но Лецзюнь то смогут атаковать? И уж точно смогут защищаться. Вы оба сказали, в городе множество Одарённых и есть чуть-ли не своя собственная армия. А у нас полторы тысяч солдат, если считать весь личный состав.
Развивать тему она не стала. Но подтекст был очевиден. Как захватить миллионный город, если у тебя полторы тысячи бойцов? И даже если эта безумная затея выгорит, то как его удержать?
Несколько секунд я помолчал. Ждал реакции Кристины и Илвы. Но девушки не спешили присоединяться к беседе, с интересом ожидая моего ответа. Поэтому пришлось начать излагать.
— Лецзюнь подхватила Пусан у корейского клана Ёхын Мин. Те ослабли во внутренних дрязгах настолько, что новый формальный глава клана пустил в Пусан чужих солдат, лишь бы удержать город. А когда сам погиб в схватке со своим конкурентов, Лецзюнь прибрали всё к рукам.
Кристина, которая потратила половину последней ночи на то, чтобы испечь аж целых три торта для Мьёльнира, сонно моргнула.
— Но зачем ему был нужен гарнизон, если корейским кланам и так запрещено нападать на город?
Я с усмешкой кивнул.
— Нападать запрещено. Но речь идёт только о кланах и Домах. Мятеж горожан под это определение не подпадает. А глава Ёхын Мин, который принимал решение, был не слишком популярен среди жителей. Оттого и пустил в город солдат Лецзюнь, которые привлекли к делу своих союзников. Семь ниру Белого Знамени — достаточная сила, чтобы охладить горячие головы.
Члены свиты переглянулись и Лера задала вопрос, который висел в воздухе.
— Извиняюсь, но… Он был идиотом? Добровольно открыть ворота чужим солдатам и надеяться, что они потом уйдут.
На этот раз ей ответил Измайлов, который отставил чашку кофе и возбуждённо барабанил пальцами по подлокотнику кресла.
— Он связал их вассальной присягой, привязав её к Дару. Они должны были освободить город по первому его приказу. И не предпринимать никаких действий, направленных против него лично или клана. Но, он не включил в условие своих наследников. Поэтому, после смерти второй стороны, у маньчжуров оказались развязаны руки.
Стоило признать — в истории смертный был подкован неплохо. Хотя, казалось бы, где Петербург и где Корея?
Взгляды присутствующих снова скрестились на мне. И судя по ним, ни у кого пока просматривалось понимания моего плана.
— Сила Пусана, в его фактической неуязвимости с моря и запрете правящего Дома на любые военные действия направленные против города. Атаковать его могут только иностранные аристократы. Что опять же означает нападение с моря, потому что незаметно подобраться по земле не выйдет. Да и не даст им никто развернуть тыловые части на чужой земле. Если и найдут варианты, то стоить это будет безумно дорого.
Я сделал короткую паузу и в разговор неожиданно влезла Илва.