Сады пяти стремлений
–Исполнители ушли благополучно?
–Все группы отступили в полном составе, потерь нет.
–Ну что же, этого и следовало ожидать,– рассмеялся сенатор.– У энергичных наступательных операций есть две составляющие успеха. Первая – это решительность и ум атакующей стороны. С этим у тебя всё в порядке, Тарлек: ты дерзок, умён и агрессивен.
–Спасибо, синьор сенатор.
–Второе – беспомощность противника. И здесь наш дорогой Радбуд нам крепко помог.
–Каким образом?
–Верностью друзьям и слепым доверием к соратникам. Придя к власти, Радбуд расставил на ключевые посты преданных себе людей. Это нормально и правильно – любой здравомыслящий правитель обязан так поступать. Но при этом любой здравомыслящий правитель обязан трезво оценивать своих ставленников и без колебаний менять тех, которые неспособны полноценно исполнять возложенные на них обязанности. Невзирая ни на прошлые заслуги, ни на дружбу. В результате его армией командует этот дурак Шпарич, с которым Радбуд вырос, и я хочу тебе сказать, Тарлек, что любая пуговица на твоём мундире умнее, чем весь Шпарич вместе со всем Генеральным штабом.
–Спасибо, синьор сенатор,– повторил полковник.
–Я не шучу.
–Да, синьор сенатор. И я очень ценю вашу оценку моих скромных усилий.
Наамар откинулся на спинку кресла, пару мгновений молчал, обдумывая доклад, после чего продолжил рассуждения:
–Мало того что Шпарич разворовывает военный бюджет, так он ещё и не умеет хранить секреты, и в результате я знаю о состоянии армии Мэя больше, чем Радбуд.– Сенатор бросил быстрый взгляд на полковника:– Благодаря тебе.
–Спасибо, синьор сенатор.
–Единственное, что меня удерживает от начала войны – это Уло, поскольку Феодора наверняка окажет Радбуду всяческую поддержку. Ну и тот факт, что свою землю жители Суно и Мэя будут защищать всеми силами. Поэтому необходимо расшатать живущих там фага, пусть они чувствуют, что их ненавидят, что их считают людьми второго сорта. И пусть ждут нас – своих освободителей. Прежде чем начинать войну, следует поджечь Стремления, только в этом случае потери будут низкими, а победа – быстрой.
–Да, синьор сенатор.
Эту мысль Наамар излагал не впервые, Тарлек её полностью разделял, но слушал речь сенатора внимательно, как в первый раз. Он был хорошим офицером.
–И тот факт, что все наши группы благополучно ушли, показывает, что служба серифов Радбуда так же беспомощна, как его армия. В Стремлении Мэя великолепная экономика, но и коррупция там процветает. Они мыслят только прибылью, а мы…
–У нас есть идея, синьор сенатор,– очень вовремя вставил умный полковник.
–Да, Тарлек, наша идея – фага. Мы – лучшие.
Наамар выдержал ещё одну паузу, после чего деловым тоном произнёс:
–Думаю, второй этап следует начать по разработанному графику.
–Да, синьор сенатор.
На этом доклад можно было заканчивать, однако Тарлек не зря ел свой хлеб и действительно был хорошим разведчиком, не упускающим ни одной мелочи.
–Я получил странный доклад из Абергульфа, синьор сенатор. Наши люди сообщают, что рыбаки выловили в Море трёх человек, которых изначально приняли за наших диверсантов.
–Ты же сказал, что все группы ушли?– нахмурился Наамар.
–Все наши группы отступили без потерь,– подтвердил полковник.– Это не наши люди. И это не потерпевшие крушение рыбаки Мэя. Мне сообщили, что три человека в странной одежде вынырнули из воды неподалёку от рыбацкой шхуны. Их доставили в порт, передали серифам, затем доставили в управление серифов, а затем поместили на одну из вилл, предназначенных для гостей самого высокого ранга. На тщательно охраняемую виллу. В настоящий момент неизвестные под охраной движутся в Стремление Уло, как я полагаю – на встречу с сенатором Мэя.
–То есть сюда,– уточнил Наамар, который, как и Радбуд, всё ещё пребывал во Дворце Пяти Стремлений.
–Совершенно верно.
–Интересно…– Наамар потёр пальцами левый висок.– Итак, давай проверим, правильно ли я понял. В Море непонятным образом оказываются три человека в странной одежде и просят доставить их к властям. Их доставляют, допрашивают, они что-то рассказывают, после чего с ними начинают обращаться как с высокими гостями и сейчас срочно везут в Сенат?
–Всё верно.
–Мне не хватает сведений для анализа,– признался Наамар.– Есть что-нибудь ещё, о чём ты не упомянул?
–Сейчас…– Тарлек раскрыл папку и перечитал полученное из Абергульфа донесение.– Один из наших агентов сумел разговорить серифа, который первым общался с неизвестными, и в разговоре было произнесено слово Герметикон.
–Герметикон?
–Как я мог это упустить!– Полковнику стало стыдно.
–Всё в порядке, Тарлек, ты обратил на донесение внимание, а значит, ничего не упустил.– Наамар поднялся на ноги, но тут же вернулся в кресло. Сжал подлокотники, отпустил их. Вновь поднялся и вновь сел, невидяще посмотрел на разбросанные по столу бумаги и распорядился:– Мне нужны все сведения об этих чужаках, Тарлек, всё, что можно разузнать, и плевать, сколько это будет стоить. И как можно быстрее!
–Вы думаете, нас нашли, синьор сенатор?– очень тихо спросил полковник.
–Да, Тарлек, я думаю, что к нам прилетели чужаки с другой планеты,– ответил Наамар. И угрюмо добавил:– Будь они прокляты.
* * *
Астринг.
Самая загадочная часть межпланетного цеппеля. И самая большая тайна Герметикона. Основа Этой Эпохи – устройство, пришедшее на смену Вечным Дырам и позволяющее гигантским воздушным кораблям совершать прыжки через Пустоту, от планеты к планете. Устройство, которое вновь объединило человечество.
Работа с астрингом требовала долгой подготовки и серьёзнейшего обучения, а ещё – особого склада характера и полнейшей до самоотречения увлечённости своим делом. Астрологи смотрели в Пустоту и сквозь Пустоту, погружались в неё, защищая себя лишь полем астринга да толстыми синими стёклами рабочих гоглов. Они шли по краю, иногда спрыгивая на ту сторону, и все Знаки, все тайны Пустоты пропитывали их насквозь, сжигая изнутри. Сжигали, давая взамен нечто такое, что заставляло астрологов снова и снова возвращаться в Пустоту. А после прыжков – отправляться в притоны или к ведьмам, чтобы привести в чувство маленький человеческий разум, на несколько минут прикоснувшийся к Бесконечности.
Астрологи и были прыжком, который совершали цеппели, что делало их важнейшими членами экипажа, и особенно – исследовательских рейдеров, которым приходилось совершать длительные автономные походы без возможности пополнить запас бортовых астрологов. Поэтому этих офицеров берегли, не позволяя рисковать собой, а капитаны цеппелей в обязательном порядке проходили курс обучения работы с астрингом. Они не могли сравниться с настоящими астрологами в опыте и мастерстве, но в крайнем случае могли их заменить и совершить спасительный прыжок. Дорофеев считал, что крайний случай ещё не наступил, но внутренне готовился к тому, что ему придётся вести «Амуш» через Пустоту. Мысль ему не нравилась, однако если Квадрига не придёт в себя или же очнётся в сомнительном состоянии, другого выхода не останется.