Миллионы рождают власть

—Благодарю за искренний ответ, мистер Елизаров,— растянула пухлые губки в улыбке внучка олигарха.— Я вижу с вами можно работать.
—Нужно,— поправил я,— вместе нам будет легче справиться с Майерсом.
—Тогда давайте перейдем к делу,— девчонка хищно улыбнулась и подалась вперед.— Обсудим способы связи и план действий. У меня есть некоторые мысли на этот счет.
—С удовольствием выслушаю их, мисс Рокволд.
Обратно в отель меня привезли глубокой ночью. Три выпитых бокала мартини не помешали девушке ювелирно маневрировать в потоке, обгоняя идущие впереди фуры и легковые автомобили. На этот раз меня высадили недалеко от «Плазы», возле Центрального парка. Там нас ждала уже знакомая молоденькая официанточка. Она завела меня в отель через запасной выход. Как пояснила Норма, днем через него ходят рабочие и служащие, чтобы не смущать постояльцев, а ночью вход закрывают. Откуда у неё ключ, я благоразумно интересоваться не стал. Грузовой лифт был отключен, поэтому до своего этажа пришлось добираться пешком. Девушка остановилась на выходе в коридор, указала направление, с улыбкой пожелала спокойного сна и быстро растворилась в лабиринтах лестницы.
Я без проблем дошел до номера. Открыл дверь, взял табличку «Не беспокоить» на тумбочке в холле, вывесил наружу. Принял душ, упал в постель и сразу вырубился.
    
Глава 17
Разбудил меня громкий и настойчивый стук в дверь. Пришлось вставать, надевать тапочки и идти открывать. За дверью обнаружились хмурые товарищи и обеспокоенная Анна, выглядывающая из-под широченной спины Олега.
—Мы уже думали, что-то случилось,— взволнованно сообщила она.— Утром позвонила вам, никто трубку не берет. Подумала, что спите. Перезвонила позже — тот же результат. Вышла в коридор, увидела табличку, решила постучаться попозже. Через час стучу — ноль реакции. Тут я уже встревожилась, ребят позвала.
—Ты, Миша, так не пугай больше,— буркнул Олег.— Мы уже невесть что думали. Анна хотела к администрации отеля идти номер открывать, а потом в полицию обращаться, если тебя там нет.
—Извините, ребята, вырубился, и как отрезало,— я смущенно почесал затылок.— Не знаю, почему. Может напряжение последних дней сказалось. Проходите.
Я посторонился, пропуская друзей и секретаря в номер.
—Присаживайтесь, я пока переоденусь.
—Правильно,— довольно осклабился Саня.— Нечего нашу Анну своими трусами смущать. Совратишь девчонку, наша компания без ценного сотрудника останемся.
—Меня мужскими трусами и голым торсом совратить трудно,— хладнокровно заметила секретарь.— Для этого кое-что другое требуется.
—Отсутствие трусов и большой инструмент?— хохотнул гопник.
—Присутствие мозгов, взаимная симпатия и умение вести себя как джентльмен,— парировала секретарша.— А ваши пошлости, Александр Анатольевич, оставьте для дворовых подружек. Они оценят. И ваш, как вы выразились, большой инструмент тоже.
—Ладно, вы пока тут пикируйтесь, а я — приводить себя в порядок и переодеваться.
Я прикрыл за собой дверь, оставив гостей располагаться на диване и креслах. Натянул брюки и двинулся в ванную. Через десять минут, когда я завершил туалет, надел рубашку и снова зашел в зал, мои товарищи уже ожесточенно о чем-то спорили.
—На хрена тебе эти махания кулаками в ринге с америкосами?— кипятился Саня.— Домой приедем, иди в любой боксерский зал и хоть каждый день бей и получай в морду.
—Саня, ты гонишь,— хладнокровно отбивался десантник.— Я мастера недавно получил. Хочется себя проверить. Сколько читал и слышал об американской школе бокса. В последние пару лет мы с Михой кучу кассет с техниками профессионалов просмотрели. Отработали кучу фишек в зале. А тут такой шанс появился поспарринговаться с местными боксерами. Можно сказать, мечты сбываются. Мы с Мишей заранее обо всем договорились, даже капы взяли. А ты меня от спаррингов отговариваешь.
—Допустим,— согласился гопник.— Ладно тебе фингалов наставят, будешь ими на переговорах сверкать. Это неприятно, но терпимо. А если челюсть сломают или сотряс тяжелый организуют? Что тогда? Придется здесь тебя лечить или домой везти. А если Миху покалечат? Это вообще катастрофа будет. Как ему переговоры с автомобильными дельцами и брокерами вести? И у чинушей наших, разрешивших поездку, вопросы появятся. Зачем нам лишний геморрой?
—Не понял?— удивился я.— Без меня меня женили? Какой бокс? Какие спарринги? Вы о чем сейчас вообще? У нас вроде другие планы на сегодня были.
—Майкл, кстати, утром звонил. Сказал, что вопрос с отцом решил, тот не против, чтобы он у нас работал,— добавила Анна.— Уже подготовил учредительные документы. Просил приехать, подписать и внести аванс за офис. Потом мы можем заниматься, чем захотим. Как освободимся, Олег Владимирович хочет заехать в один из залов бокса в Нью-Йорке. Попросил найти, я обратилась в администрацию отеля, и мне помогли подобрать подходящий вариант. Исайя порекомендовал зал Глиссона в Бруклине. Говорит, это настоящий храм профессионального бокса. Многие будущие чемпионы и сегодняшние звезды там тренируются. Я даже позвонила в зал и поговорила с тренером, неким Эндрю Баркером. Он сказал, что разовая тренировка в зале под присмотром тренера, обойдется в семьдесят пять долларов с человека. Вполне приемлемые деньги для Олега Владимировича и вас.
—Так что, Миш, когда с делами разгребемся, в зал заедем?— уточнил Олег.
—Слушай, а может, действительно, не стоит?— я с сомнением глянул на десантника — Формы нет, перчаток тоже. Можно, конечно, купить, но это лишняя морока. Да и с фингалами Саня верно сказал. Видок на переговорах, если попадем в зарубы на ринге, у нас ещё тот будет.
—Да ты чего?— Олег даже задохнулся от возмущения.— Мы же об этом столько говорили. Так мечтали поработать с настоящими профи. Комбинации по видику пересматривали и в зале отрабатывали. И ты сейчас мне говоришь, не стоит?!
—Говорю,— вздохнул я.— Просто подумал, мы же действительно приехали по бизнесу. Он на первом месте. Всё остальное на втором.
—Тогда я один в зал поеду,— на лице Олега появилось упрямое выражение.— Раз ты за свои слова не отвечаешь и обещания не держишь. Форму и перчатки по дороге в любом спортивном магазине куплю. Тут их полно.
«Вот что ему на это сказать? Как объяснить своё нежелание посетить зал бокса? Что возможны провокации? И нам могут сделать гадости? Наши номера прослушиваются, могу невольно навести на Мадлен. Отвести в сторонку и пояснить свою позицию? Тоже не вариант. Тогда придется рассказывать, с чего такие опасения. Плюс те, которые нас слушают, начнут что-то подозревать. Слишком большое несоответствие: мечтали поработать с профессиональными боксерами, и вдруг резко передумали. Придется ехать».
—Хорошо,— после минутной паузы согласился я.— Тоже с тобой поеду. Куда я денусь? Поспаррингую с местными и даже побуду секундантом в твоем углу.
—Вот это другое дело,— повеселевший Олег хлопнул меня по плечу.— Давно договорились же. И зачем надо было упрямиться, как девственница на первом свидании.