Попаданка с улицы Грёз

— Леди Эгмонт… Там, там…
— Я же сказал: не надо обо мне докладывать! — гремит раздраженный голос за нее спиной. Звучный и смутно знакомый. Причем знакомство это не вызывает во мне ничего, кроме глухого предчувствия опасности. — Даяна моя дочь и я имею право видеть ее, когда пожелаю! 
Бесцеремонно отодвинув Мири в сторону в столовую врывается мой названный папаша — магистр Пилор.  За его спиной маячит скользкая рожа адвоката Адамса. И (вот так сюрприз!) два уже знакомых громилы-полуогра.
Или это другие? Да нет — точно они, у одного даже бинт на лбу. В том месте, где дубовый череп встретился с дубовой балкой. 
Это попахивает Аншлером. Скверный запашок. 
— Пилор… — инквизитор поднимается из-за стола. — Какого демона вы врываетесь в чужой дом? 
— О нет, я врываюсь не в чужой дом, — скалится мой названный папаша. — Это вы находитесь в МОЕМ доме, милорд Фицбрук. Причем без приглашения с моей стороны. 
“Палпатин” принимает картинную позу, слегка откашливается и начинает вещать звучным голосом:
— Дорогие гости, не хочу выглядеть нерадушным хозяином, но боюсь, что у нас с дочерью больше нет возможности предоставлять вам кров и еду. Буду счастлив попрощаться с вами еще до заката. Если нужна помощь со сбором вещей, мои люди, — тут он кивает на дуболомов за спиной, — с радостью ее окажут. 
Разумеется, никто не двигается с места. Тайберг нехорошо щурится, разглядывая моего названного папашу и мне становится не по себе от кровожадного выражения на лице некроманта. 
— Значит, это и есть нынешний Эгмонт? — бормочет мессер себе под нос. — А похож… Такая же мерзкая рожа. 
Рой хмурится.
— Вы сошли с ума? Этот дом принадлежит Даяне, я ее опекун как минимум ближайшие три месяца… 
— Уже нет, — елейным голоском встревает Адамс. — Есть свидетельства, что вы не справляетесь с контролем магических способностей девушки. Конклав удовлетворил прошение о снятии опекунства. Отныне за Даяну Эгмонт отвечает ее законный отец, а все имущество переходит под его доверительное управление… 
В доказательство своих слов он взмахивает гербовой бумагой со светящейся печатью.
Не нужно задавать глупых вопросов, чтобы осознать кто приложил свои скользкие ладошки к этому делу. Становится понятной самодовольная улыбка полуэльфа и вкрадчивое “До встречи, леди Эгмонт” на вокзале.  
Мой названный папаша не напоминал о себе все эти месяцы. То ли смирился с тем, что дом и денежки уплыли из рук, то ли надеялся взять свое, когда истекут назначенные Конклавом полгода. Но Аншлер в отличие от него прекрасно понимал, что каждый день ожидания увеличивает мои шансы вырваться из правовой ловушки. 
Готова спорить хоть на тысячу либров, что это с его подачи магистр подсуетился с жалобой. 
И главное: как быстро! И суток не прошло. 
Магия хрустящих банкнот, чтоб ее!
 
 
Глава 35. Отсрочка
Расклад, мягко скажем, дерьмовый. Пилор точно не настроен уходить и выставить его силой не получится — Аншлер позаботился. А если и получится, кто помешает ему вернуться с полицией? “Папаша” в своем праве.
Но должна же быть какая-то лазейка!
Судорожно вспоминаю данные по обороту бизнеса за последний месяц. Хватит ли, чтобы подать прошение об эмансипации? 
Не хватит! Не достает порядка двухсот либров — смешная сумма по меркам успешной мануфактуры. Уже в следующем месяце, когда производство во флигеле заработает в полную силу, я удвою оборот. Но сейчас мой бизнес слишком мал, чтобы я могла претендовать на “духовную зрелость” и право самой распоряжаться своим имуществом и судьбой. 
Пользуясь тем, что никто из присутствующих не знает русского, выдаю заковыристую матерную тираду. 
Адамс приподнимает бровь.
— Простите, леди Эгмонт, я вас не понял. Это что-то на гатийском? 
— Ага. Непереводимый фольклор кочевников, — моя улыбка больше напоминает оскал, и крючкотвор невольно делает шаг назад, словно ожидает, что я вопьюсь ему в лицо.
Я бы впилась, но последствия не стоят краткого мига удовольствия.
— Для подобного решения требуется очень веское основание, — хмуро говорит Рой. — Оформленное по всем правилам, с показаниями свидетелей.
— И оно есть, — адвокат слащаво улыбается. — Решение принято после жалобы Иветты Хоней. Ваша подопечная запугивала несчастную девушку прямо в здании мэрии, демонстрируя огненный шар, чем, — он сверяется с бумагами и зачитывает с листа, — “Нанесла глубокую психологическую травму, выраженную в страхе перед перед любыми проявлением магии”. 
Иветта? Кто такая Иветта Хоней, черт его подери?!
Не сразу, но вспоминается мимолетная встреча с Горго и Иветтой-Медовые-Дыньки. Что?! И это я ее запугивала?! 
— Я ничего не сделала! Просто вызвала немного магии. Это не запрещено. 
— Без присутствия опекуна, контролирующего ваш опасный дар? 
Туше! Я не имею права даже выходить из дома одна без браслета. Именно на этих условиях Конклав передал Рою опеку над потенциально очень сильной, но неуправляемой магиней. 
— Я защищалась! Иветта и ее дружок мне угрожали! 
— В показаниях девушки записано совсем иное.
— Слово шлюхи против слова леди?! — кривится Рой. — Адамс, ты серьезно?
Но адвокат невозмутим.
— Есть показания сторонних свидетелей. 
— Бандита, осужденного за работорговлю?! — радостно подхватываю я, уловив предложенную Роем линию защиты. 
— Не только. Второй свидетель — очень уважаемый человек. Его слова не вызывали ни малейшего сомнения у Конклава.
Аншлер… 
Именно он был тогда четвертым и видел, как все происходило на самом деле. Сжимаю кулаки так, что ногти впиваются в ладонь.
Получается, дело не в моем нападении на дуболомов. Правильно — с теми эпизодами еще пойди докажи мою причастность. 
— Ах, милое дитя, как жаль, что лорд Фицбрук не потрудился донести до тебя всю меру ответственности мага перед обществом, — фальшиво вздыхает “папаша”. — Признаться, я расстроен, что вы так скверно выполняли свои обязанности, милорд. Но теперь моя девочка в безопасности, под надзором отца. И я уже позаботился, чтобы найти ей выгодную партию… 
Угу. Белобрысую и ушастую, надо полагать. Интересно за сколько Пилор продал меня Аншлеру? Надеюсь, хоть не продешевил. 
А дом, магазин и мануфактура, после нашей свадьбы перейдут под управление полуэльфа. В обмен на хорошее вознаграждение. 
Ха! Будь я проклята, если позволю этому паразиту завладеть всем, что строила эти месяцы! Лично разломаю, сожгу, выкину все что можно. Вместо успешного бизнеса мерзавец получит только руины и кучу возмущенных вкладчиков, которые напрасно ждут своих дивидендов.