Поздравляю, ты попала!
— Да, спасибо, — она была не многословна, но все перекрыла своими действиями. Потянув меня на себя, поцеловала в щечку и искренне улыбнулась. Как же я бы хотела как-то воспроизвести на фото этот момент, или хотя бы запомнить изрядно, ведь мне кажется, что это одно из таких мгновений, которое будет греть душу даже в худший день моей жизни. Такие тёплые чувства были сейчас у меня в душе, что на душе такое впечатление началась весна. С пением птичек и невероятно свежим воздухом вокруг.
— А что это ты у нас здесь рисуешь? — Взяла я листик с колен девочки и принялась его разглядывать.
— Пока нельзя смотреть, — перехватила Лика у меня бумажку, не агрессивно, но так, чтобы я поняла, что действительно шедевр не готов для широкой публики, — извини, но это сюрприз. Для тебя сюрприз.
— В самом деле? — Я успела увидеть только надпись "Любимая Кира", так что я уже понимала, что это действительно мне, а от этих двух написанных слов сердце начало щемить еще больше.
— Да, — закивала маленькая, — я не успела его дорисовать. Но уже скоро.
— Ну тогда давай ты рисуй, а я пойду к другим пациентам, ладно? Потом вернусь к тебе и мы вместе посмотрим, что ты нарисовала, хорошо? — Взъерошила я милые кудри девочки и протянула руку для "пять".
— Хорошо! — Весело выкрикнула и ударила меня по руке Лика и сразу принялась завершать свой рисунок.
Удивительно, это нормально, что я не хочу покидать эту палату, а точнее малую, которая еще пару недель назад была для меня просто заурядной девочкой, а сейчас чуть ли не часть моей семьи? Неужели об этих последствиях говорила моя мама, когда спрашивала готова ли я к такому важному шагу в своей жизни? Если об этом, то она была права — эта ответственность действительно довольно тяжелая и неоднозначная…
Глава 17В конце рабочего дня мне нисколько не хотелось уходить домой. Если раньше я под конец смены уже столько вбирала в себя негатива от болезней пациентов, что быстрее хотела добраться домой и морально отдохнуть включив какой-нибудь сериал или фильм, то сейчас я бы лучше осталась дежурить на ночь, чем идти на еще одно испытание. Испытания нервов перед тысячами зрителей, но не они были причиной моего не желания уходить из больницы, а тот дурак Эд, который вчера больно меня обидел до глубины души, а сегодня на перевязке так себя вел, что я поняла одно — терпеть мне до конца этого реалити-шоу такое отношение к себе. Мне не удастся нормально себя чувствовать в его присутствии.
Но перед походом на очередное обсасывание косточек, я отправилась к Лике, которая в этом черном промежутке времени была единственным лучиком солнышка, которое согревало меня и не давало опустить руки. Так что я не шла к ней, а можно сказать летела на крыльях подъема и позитива.
Зайдя в палату у меня случилось как дежавю… Ведь у кровати девочки сидел Валерий Сергеевич и говорил о чем-то с ней. И меня эта картина больно уколола в сердце, и не потому что это зрелище было какое-то странное или я была против присутствия мужчины в палате, а потому, что недавно я наблюдала такую же картину, только тогда рядом с кроватью Анжелики сидел Антон… Тот, кто бросил малышку наедине с болезнью, которая могла привести к тяжелым последствиям. Даже роковым…
— Ты пришла! — Девочка первая заметила меня в палате, так что встретила своим радостным криком и улыбкой, которая и так присутствовала до того в разговоре с дедушкой, но сейчас она еще больше начала искриться счастьем и позитивом. Что не скажешь о старике, он тоже повернулся в мою сторону, но в его глазах было что-то другое… Вроде бы и не радость, но и не злость в мою сторону… Я бы наверняка это охарактеризовала как беспокойство. Возможно, это было следствием ситуации с его внучкой, но я почему-то была уверена, что именно мое появление здесь так его смутило.
— Ну я же обещала! — Бросилась я в объятия к малышке, потому что это уже становилось нашей традицией так здороваться и могу вам сказать, что эта традиция мне невероятно нравилась. Как будто я подпитывалась от девочки и заряжалась положительными эмоциями. Выглядело будто это постоянная батарейка счастья и радостей, которая просто на время разрядилась, но в ней столько добра, что хватит на всех в этом мире. Вот только жалость, что не все это понимали и ценили и готовы были оставить этого маленького человека на произвол судьбы… — Как ты себя чувствуешь? Тебе здесь не скучно?
— Разве немного, — показала своими двумя пальчиками девочка насколько ей здесь не интересно в больнице, — но дедушка обещал завтра принести планшет и мы вместе с ним посмотрим мультфильмы. Можно ведь?
— Конечно, только не много, потому что тебе нужно отдыхать, договорились? — Протянула я руку для подписания нашего договора малышке и она сразу же вложила свою маленькую ручку в мою.
— Согласие!
— Если у меня получится, то я обещаю, что один-два мультфильма посмотрю в вашей компании, вы же примете меня? — Поочередно посмотрела я на девочку и ее дедушку.
— Примем Киру к нам? — Кивнул на меня Валерий Сергеевич спрашивая у внучки.
— Да!!! Кира же такая хорошая, конечно примем! — Я не могла нарадоваться столь хорошо Лика восстанавливалась после операции. По ее состоянию было понятно, что еще пару дней и можно будет думать о досрочной выписки из больницы, но все нужно было делать с умом, не стоит недооценивать болезнь, которая так и подстерегает на каждом шагу и желает причинить дерьма.
— Супер! А теперь можно на минутку твоего дедушку? Обещаю — я его скоро верну целым и невредимым.
— Да, я тебе доверяю. До завтра! — Порадовала она меня своими объятиями, после чего мы с Сергеевичем отправились из палаты.
— Где вы были днем? — Как только закрылась дверь в палату я чуть ли не коршуном бросилась на старика. Я хоть ему доверяла, но не могла понять, где он ходил. Ведь малая должна чувствовать поддержку со стороны родных, а поскольку он единственный, кто остался
из близких людей, то выхода у него другого нет. Хотя и не прямо, но он все же замешан в этой истории с тем болваном Антоном, все же он его отец и тоже имеет определенные просчеты в сложившейся ситуации с девочкой. Так что тоже должен присутствовать в разгребании этих последствий.
— Я почти весь день был возле Анжелики, только отлучался в аптеку за лекарством. Но когда все приобрел, то сразу вернулся в палату. — Мужчина словно отчитывался передо мной и мне даже слегка стало стыдно за то, что я так наскочила на него. И все же я делала это без дурного замысла, просто мне казалось, что теперь я готова за этого маленького человека, который сейчас находится по ту сторону двери, порвать и сделать все, чтобы улыбка никогда не сходила с ее лица.
— Что говорят врачи? Восстановление идет нормально? — Я уже не видела свою руководительницу во второй половине дня, поэтому решила спросить у мужчины, какое состояние у девочки. Судя по ее внешнему состоянию, все шло неплохо, но все может быть обманчиво…
— К счастью, да, — наконец-то я увидела и на лице этого дедушки искреннюю улыбку, которая лучше слов сигнализировала о том, что дела идут действительно хорошо, поэтому я облегченно выдохнула и даже сделала неожиданный шаг для себя — обняла старика и положила голову на его плечо. У меня даже проступили слезы на глазах, слезы счастья, что все же не все так плохо и есть свет в конце тоннеля.