Волк: лихие 90-е (СИ)
Вот и дома, доехали спокойно. Я остановил машину у ворот.
— Ща, я быстро, — Женя тут же рванул к себе домой.
Что он там забыл? И тут же, меньше чем через минуту, рядом с нами резко остановилась тёмно-красная девятка Вани Студента.
Неужели, он прибыл первым, чтобы разобраться с нами? Ваня вылез и встал, опираясь на дверь. Вид бледный.
— Тебя одного оставить нельзя, Волк, ха-ха! Ты чего там с Фролом не поделил? Как услышал по рации, решил к тебе рвануть, узнать. А то не дают мне больничный, ха! Приходится х***чить в пятницу вечером. Брюхо не зажило, а всё катаюсь по точкам. Тяжела доля бандитская, ха.
— Долго рассказывать, — я махнул папкой с бумагами. — Подставить он меня хотел и кинуть. И не только меня, ещё Крюкова.
— За базар отвечаешь? — он серьёзно посмотрел на меня.
— Отвечаю.
— Тогда тебе с Иванычем надо увидеться, — Студент задумался. — Но лучше бы тебе пока из города свалить, Фрол всех собирает. Зол он, а сам в больничку едет. Но чё-то он странный какой-то в последнее время, — Ваня почесал затылок. — Пацаны говорят, чё-то он мутит.
— Понял, — я посмотрел на дом, потом на Студента. — Не люблю напоминать о долгах, но дело такое.
— Хочешь, чтобы я тебя вывез? — он нахмурился.
— Нет. Увези моих на вокзал. Вдруг, им тоже попадёт. А с тобой не тронут, даже не посмотрят.
— А вот это смогу без базара, — он заметно расслабился. — И вообще, Волк, езжай из города на время, ты и кент твой. А то закопают, все злые сейчас. Особенно кенту твоему попадёт, он же гранатой махал. А пока Иваныч разберётся…
— Да знаю, знаю.
— Это я так тебе. Раз ты меня не бросил, то и я тебя сейчас не видел. И давай, зови своих, пока никто не приехал. По рации уже кипеш поднялся.
Я забежал в дом и не разулся. Дед и Кирилл ужинали, перед ними в сковородке был плов с курицей, от которого шёл пар.
— Чаевать садись, — спокойно сказал дед. — А то ездишь где-то и ездишь.
Я достал из куртки деньги и положил перед ними. Здесь миллиона два рублями.
— Некогда, дед. Дело хреновое, уезжать вам надо.
Вкратце рассказал, что случилось, только основное о конфликте с братвой. Кирилл приоткрыл рот, дед невозмутимо пожал плечами.
— Мне-то чего их бояться? Пусть приходят, посмотрим, чего они могут.
— А за Кирюхой кто присмотрит? Молодой же он ещё, семнадцать только. А со мной нельзя ему. На вокзал сейчас вас увезут. Там билет на вечерний поезд возьмёте, к Ленке Волковой, племяннице твоей, в гости поедете в область. А завтра я вам туда позвоню. Решу я это дело, но сейчас надо свалить всем.
— Чё мы тебя оставлять будем? — возмутился Кирилл.
— И не спорь, я знаю, что делаю, — я ему подмигнул.
Вообще-то, до конца не знал, но брата это проняло. Он кивнул.
— Ну поехали мы тогда, Максим, раз дело такое, — дед поднялся и похлопал меня по плечу. — Ружьё знаешь, где лежит. В милицию-то звонил? Хотя не поможет, там уже давно всё куплено. И звони, я завтра ждать буду с утра.
— Позвоню обязательно.
Я просто обязан выжить, ведь дед, который хоть и кажется крепким и невозмутимым, как кремень, очень переживает за нас. Что случится со мной, останется Кирилл один. Нет, так нельзя. Не для этого я здесь оказался, совсем нет.
Посадил их в машину. Студент мне кивнул и поехал. Музыку не включал, слушал рацию. Хорошо, что с ним познакомился. А то бы Луазик где-нибудь остановили, а эту девятку не тронут.
Но пора сваливать самому.
— Женя! — крикнул я. — Ну ты где?
Тишина в ответ.
А с другой стороны дороги, не там, куда ехала девятка, поднималась пыль. Впереди ехала побитая синяя нива Душмана, позади большой чёрный Лэнд Ровер. Это не Фролов, у Фрола серый. Это за мной. Ехать надо, но они видели и машину, и меня самого. И Женя куда-то провалился.
Ну уже нет смысла прятаться. Машины остановились у моих ворот мордой ко мне. Первым вылез сам Душман и откашлялся, закуривая приму. Кроме него здесь крепкие парни в спортивных костюмах, руки в карманах. Морды бандитские, а Душман, выглядящий как работяга, на их фоне смотрелся неуместно.
— Поясни, что там у вас было? — спросил Душман у меня. — Что там Фролов на вас жалуется, что ты на пивзаводского руку поднял. И договоры все нарушил, которые вчера обсуждали.
— Кинуть он хотел, и меня, и Крюкова.
— Отвечаешь за базар? — Душман строго посмотрел на меня. Почти так же, как Студент.
Я показал ему папку с бумагами.
— Иваныч это посмотрит, — строго сказал он. — Но потом. А ты с нами поедешь, в место одно. Подождёшь там. А кент где твой?
— Не знаю, — я пожал плечами. — Разошлись мы по разным сторонам, чтобы вместе не ехать.
Не нравится мне его тон про одно место. Вывезти хочет, да и грохнуть, чего тут думать? Это же бандиты, а не суд присяжных. Потом, может быть, всплеснут руками, типа, и правда, нехорошо получилось. Но разбираться будут потом, не сейчас.
В конце концов, бригадиру самой крутой банды в городе сломали руку и угрожали гранатой. Такое в те времена не спускалось. Прав был Студент, когда говорил, что с Крюковым поговорить надо. И прав был, когда сказал, что надо подождать, чтобы всё улеглось, и пивзавод остыл. Тогда, быть может, и получится договориться. Или придётся валить из города на долгие годы.
— Где он? — спросил Душман. — Не скажешь, найдём и повезём в посадки.
— Не знаю я, где он, — повторил я. — Дома его не было. Ушёл.
— Лучше бы тебе сказать правду, — Душман повторил. — Даю тебе время подумать, — он посмотрел на часы.
Только бы Женя не высунулся. Может, ушёл, как и хотел? Тогда у него есть шанс выжить. А я пока тут потяну время.
— Ладно, — Душман отвернулся от меня и достал новую сигарету. — Сам так захотел. В машину его! В багажник!
Браток в адидасовской куртке бросил бычок под ноги и растоптал подошвой кроссовка. А потом шагнул ко мне.
Но ничего сделать не успел, только выматериться и пригнуть голову.
Ведь рядом с нами оглушительно прогрохотала автоматная очередь. А я сразу понял, кто это стреляет.
Глава 16
Автоматная очередь затихла, но сразу же раздалось ещё. Заднее стекло в Лэнд Ровере разбилось, браток рядом с ним припал к земле. А следом раздался громкий крик:
— Кто волыну достанет, завалю нах…!
— А говорил, не знаешь, где он, — Душман хмыкнул и стряхнул пепел с сигареты.
Только мы с ним и стояли, остальные прижались к земле. Один поднял голову, но выстрел сбил боковое зеркало рядом с ним. Браток пригнулся глубже.
— Стоять, нах…! — кричал Женя.
Он выломал доску в заборе, куда и просунул ствол автомата. Сам не высовывался, только целился из укрытия. Братва оглядывалась на Душмана, а тот спокойно курил.
— Зря так, парень, — сказал он. — Лучше сдавайся.
Ещё выстрел. Лаяли собаки, ревел напуганный индюк у меня на заднем дворе. Люди благоразумно не выглядывали, чтобы посмотреть, что здесь происходит.
— Считаю до десяти, — крикнул Женя. — Или валю вас всех! У меня и гранаты тут есть.
Душман медленно поднял руки и дошёл до нивы. Автомат целился в него, но иногда переходил на другого. Один полез в карман куртки, но я поцокал языком.
— Не успеешь, — сказал я.
— Поехали, братва, — Душман закряхтел и уселся на сидение. — Чё нам просто так дохнуть?
Он завёл ниву, остальные торопливо расселись по машинам. Уехали все. Женя вышел из калитки, продолжая целиться из АК-74 им вслед.
— Хотел их нахрен всех положить, — сказал он и повесил автомат на плечо. — Да не хватило бы рожка, а они бы тебя грохнули. Так что поднапугал их. Видел, как все пересрались?
— Видел. Валим.
— Ага, не спорю.
Я быстро заскочил домой, чтобы запереть дверь и взять чехол с ружьём. Сразу уселся за руль Луаза, Женя на место пассажира, держа автомат коленями. Запасной рожок положил в бардачок, туда же две гранаты и ТТ, который он сегодня отобрал. А в ноги поставил китайскую полосатую сумку.