Край ледника (ЛП)
Он не понимал. Все это не имело смысла.
Он расхаживал и ждал. В конце концов, он проголодался и стал искать еду в своей зачарованной сумке на поясе.
То, что он принес, смутило его. Это было похоже на кусочек сушеного фрукта, но он не мог точно определить, что это. Он поднес его к носу и принюхался. Да, острый... Он знал, что это такое, но не мог точно вспомнить название. И он никогда раньше не видел, чтобы его так нарезали и высушивали.
В одном мешочке с ним лежал кусок какого-то странно пахнущего сыра. Сильный, но не агрессивный. Он откусил от него кусочек.
«Интересно», подумал он.
Затем откусил кусочек фрукта, а затем, по наитию, откусил то, и другое вместе.
Это было по-настоящему восхитительно, и более того, возвышенный вкус заставил мысли Джарлакса закружиться. Он уже пробовал это сочетание раньше. Где-то.
Но где? И как эти продукты попали в его сумку?
Как бы сильно он ни чувствовал, что это важно знать, он чувствовал такое же принуждение не продолжать этот вопрос. У него были дела поважнее. Где были его друзья, Кэтти-бри и Энтрери? Пережили ли они падение и снег, обрушившийся на них с уступа?
Он ждал.
Он мерил шагами пространство.
Солнце так и не взошло.
Джарлакс был созданием информации, и эта неразборчивая ситуация сводила его с ума.
Он порылся в сумке, достал своего обсидианового скакуна, но просто держал его и не вызывал. Куда бы он пойдет?
Некоторое время спустя, возможно, день, возможно, больше, и все еще без признаков рассвета, Джарлакс вызвал адского коня и проехал на нем вдоль и поперек, даже пытаясь подняться на склон горы, чтобы получить лучшую точку обзора – попытка была прервана мощным порывистым ветром, который швырнул его и его скакуна далеко в поле.
Он действительно получил много более широких видов на местность, ни один из которых не показал ему больше ориентиров, чем лощина, где он проснулся.
– Зак, где ты, во имя Девяти Кругов Ада? – позвал он, на этот раз громко, после очередного отдыха, очередной трапезы и еще нескольких часов пустой скуки.
Измученный и встревоженный, он отчетливо осознал только одну мысль: он не может оставаться.
Но, опять же: куда он должен был пойти?
Глава 18
Сумма частей
Дубинка прекратила свой полет.
Просто остановилась, как будто наткнулась на каменную стену.
Дзирт поднял глаза и увидел над собой морщинистую и загорелую человеческую руку, просунутую между шипами, крепко и совершенно ровно держащую дубинку. Никакого дрожания, вообще никакого движения.
Дроу посмотрел вперед, на лицо атакующего гнолла, полного шока и ярости. Это выражение сохранилось, когда твердые пальцы второй руки метнулись вперед, чтобы ударить зверя в горло, а затем вышли из раны, захватив переднюю часть трахеи гнолла. Он сохранил этот взгляд, когда замертво упал на землю.
Тишина, последовавшая за этим, поразила Охотника настолько глубоко, что дикое альтер-эго отодвинулось в сторону и позволило Дзирту рассмотреть сцену с ясной головой. Он огляделся.
Все гноллы были мертвы. Даже те, до которых он еще не добрался.
Магистр Кейн стоял рядом с ним.
Саван перескочила через баррикаду с другой стороны, передавая ему Видринат.
– Ты борешься сам с собой, – сказал ему Кейн.
Шок момента прошел, и Дзирт позвал внутреннего Охотника и прыгнул вперед, чтобы броситься вниз по туннелю – или попытался, поскольку всего лишь рука Кейна удержала его на месте, как будто он, как и летящая дубинка, ударился о каменную стену. Полный гнева и замешательства, он впился взглядом в старого Великого Магистра Цветов.
– Ты только что встретил бы свой конец, если бы я не вмешался, – сказал ему Кейн.
Дзирт хотел отрицать это, но знал, что просто солжет себе, поэтому не высказал эту мысль вслух.
– Я должен идти, – сказал он вместо этого. – Мы должны идти! Сейчас же!
Кейн покачал головой.
– Ты должен найти равновесие. Внизу еще много гноллов. Внутренняя битва, которую ты ведешь, приведет к тому, что тебя убьют, и это никому не принесет пользы.
– У них Бри!
Кейн покачал головой.
– Ты не принесешь ей никакой пользы, лежа мертвым на каменном полу в темной пещере.
Дзирт с трудом сглотнул и продолжал смотреть.
– Это другое существо внутри тебя, которое ты вызвал в своем гневе, – продолжил Кейн. – Ты говорил мне о нем раньше. Этот воин, которым ты позволяешь себе стать, этот Охотник – воин, который отвечает на атаки, его инстинкты движутся слишком быстро, чтобы их можно было обдумать. Реакция, только и всего.
– Эффективность, – возразил Дзирт и прижался к поручню.
– Нет, – ответил Кейн, качая головой. – Один раз, может быть, но не больше.
– У меня нет на это времени! – прорычал Дзирт сквозь стиснутые зубы.
– У тебя должно быть на это время, – возразил Кейн. – Так что сначала выслушай меня, и выслушай хорошенько. Твое обучение с нами – это развитие предвосхищения, а не реакции. Охотник действует исключительно реактивно, следовательно, сводит на нет все твои тренировки с нами... если ты не отступишь. Ты не можешь быть тем и другим, пока не понимаешь их обоих. Твой инстинкт к действию приведет тебя к катастрофе, тогда как более длительный и продуманный боевой стиль пытается привести тебя к благополучию. То, что произошло здесь с этими гноллами не было отклонением, и не было ничего такого, чего бы я не предвидел и не ожидал. Как Охотник, ты бы здесь победил. Как мастер-монах, ты бы здесь победил. Однако, как тот и другой одновременно, ты будешь терпеть неудачу неоднократно – ну, если конечно выживешь, чего не случится.
– У меня нет времени на лекцию! – решил Дзирт и оттолкнул руку, обернувшись только потому, что кулак Кейна сжал его плечо.
– Позволь мне пойти с тобой.
– Я умоляю тебя…
– Нет, внутри тебя. Впусти меня. Я помогу тебе найти баланс.
– Просто идем со мной! Моя дочь...
Он остановился, когда почувствовал, что Кейн отпустил его руку и вместо этого захватил его разум. Физическая форма Кейна рухнула перед ним, опустившись в позу со скрещенными ногами. Саван появилась рядом, чтобы поддержать и защитить.
Дзирт открыл свой разум и позволил духу Кейна влиться в него. Он уже видел такое раньше, с братом Афафренфером. На той великой войне, Кейн пришел в сознании Афафренфера в Серебряные Земли, и брат стал гораздо более великим существом на то короткое время, как физически, так и духовно.
– Я помогу тебе достичь равновесия, – мысленно сообщил Кейн.
Дзирт кивнул Саван, которая стояла на страже пустого сосуда с телом магистра Кейна, затем он побежал вниз по туннелю, ускоряясь, огибая камни, запрыгивая на стену при повороте. Он почувствовал беспокойство в Кейне, но не остановился, чтобы поинтересоваться или сообщить об этом прямо.
Появилось еще больше гноллов, они бросились в другую сторону, стреляя из луков и визжа, как только заметили незваного гостя.
Уклонение, разворот, удар Видринатом наотмашь, и все три снаряда пролетели мимо, не причинив вреда.
Дзирт рванулся вперед, приближаясь к цели быстрее, чем очевидно ожидали гноллы, потому что один из них даже не вытащил меч, а другой не закрепил щит, когда он прибыл.
Охотник быстро убил бы всех троих, но Дзирт не впал в такое состояние. Как Кейн указал, физически он был не в равновесии, так и сейчас ментально он был в конфликте с духом Великого Мастера. Он почти чувствовал себя так, словно вернулся в Академию, пытаясь правильно сражаться под пристальными взглядами мастеров дроу.
Конечно, он прекрасно управлялся со своими саблями, хотя и не с той жестокостью, которую так часто проявлял Охотник. Он блокировал удар Видринатом, а затем занес Ледяную Смерть под оба клинка и сильно дернул назад, обезоружив одного гнолла, который, казалось, был готов к этому. Когда меч выпал, гнолл бросился на него со щитом и почти налетел на него.