Потрясение грани (СИ)

Слова дядьки буквально ошеломили меня. Сказать, что я был потрясён, ничего не сказать, ибо полностью перевернулись мои представления о действительности. Не находя слов, в порыве нежности я обнял дядьку Николая, не зная, как выразить благодарность. Он, кряхтя, отстранился, сморщил нос и, шутя, проворчал:
– Довольно, совсем задушил. Здоровенный вымахал, бороду отрастил, а ведёшь себя, как мальчишка. Ладно. Теперь давай выкладывай свою историю, да, поподробнее, а то я уже весь извёлся.
Я закончил свою повесть в сумерках, когда Москва начала погружаться в яркую и полную увлечений и страстей ночную жизнь. Дядька Николай во время рассказа не проронил ни слова, скрёб щёки, теребил нос и ковырял ногти, а, когда я закончил, он немного помолчал и глухо произнёс:
– Всё, что с тобой произошло полно противоречий и парадоксов, и действия твои неразумны и крайне рискованны. Но, возможно, именно поэтому тебе и удалось выкрутиться из безнадёжной ситуации. Так или иначе, Творцы получили, что хотели. Однако вместе с тем я полагаю, что помимо них и Великого Тёмного в событиях участвуют и другие неизвестные Игроки. Не могу объяснить, но чувствую присутствие некой могучей воли, и, дай бог, чтобы она не занимала сторону противника. Над этим надо серьёзно пораскинуть мозгами.
Он замолчал, на несколько секунд погрузившись в размышления, потом что-то вспомнил и поморщился, словно проглотил клопа:
– Ты дома-то был? – Я кивнул. – Значит, тебе ничего не надо объяснять. Сегодняшние события на Тверской-Ямской, конечно, твоих рук дело? – Я опять кивнул. – Так я и думал. Совершенно понятно, что «скорпионы» тебя боятся и нервничают, понимая, что ты им не по зубам. Но, начав доставать тебя издалека мелкими уколами, они сильно просчитались. С другой стороны, как показывает история, «белоглазые» всегда находят способы достижения своих целей, и, поверь, очень скоро начнут действовать очень жёстко.По нашим данным до большой глобальной войны рукой подать. В Иерусалиме срочно собирается Собор Великого Круга, нам с тобой надо туда…
– Стоп, дядя Коля, не спеши. Тебе что-нибудь известно о корпусе Стражей Послания?
– Да, конечно.
– Сейчас он на нашей стороне и готов действовать. Но самое главное, стражи хранят некое сообщение из прошлого, в котором могут содержаться очень важные сведения. Поэтому в первую очередь я должен получить это послание. Завтра рано утром мы отправляемся на Сход Стражи. Подчёркиваю, отправляемся мы: я, ты и Елена, моя спутница и жена. А сейчас мы поедем в наш новый дом, там с ней и познакомишься.
– Я не…
– Ничего не желаю слушать. Нашу с тобой квартиру разгромили, и возвращаться туда опасно. Наверняка, сейчас ты собирался где-то перекантоваться, завтра ещё где-то, а я тебя приглашаю в надёжный и уютный дом. Наш дом. У тебя есть семья, хватит болтаться, как неприкаянный. Поехали. К тому же нам ещё нужно обсудить кучу вопросов. Я чувствую, завтрашний день многое изменит. А Иерусалим… конечно, мы там будем, но после Рима. И это не обсуждается.
Дядька Николай покрутил головой, хмыкнул, позвонил по мобильнику, и вскоре мы шагали по направлению к оставленному в переулке авто.
  
Глава 5
 
Через час мы сидели в удобных креслах у камина. Я прихлёбывал маленькими глотками лёгкое вино и наслаждался ощущением счастья от близости дорогих мне людей. Живой огонь бросал причудливые блики на лица, и лёгкий запах дыма навевал воспоминания.
Елена с дядькой Николаем расположились напротив и оживлённо беседовали. Они моментально нашли общий язык и периодически обменивались шутками чаще всего по моему адресу. Она знала, как я уважаю дядьку, и старалась ему угодить, а он распушил перья, демонстрируя остроумие и личное обаяние.
Стражи сначала нипочём не хотели заходить в дом, но с Еленой спорить бесполезно. Она почти силой затащила четверых в гостиную с условием, что они покушают, а потом сменят остальных троих. Александр обеспечил наружное наблюдение, и присоединился к нам за большим обеденным столом, отчего беседа ещё больше оживилась. Уже заполночь мы разбрелись по спальням, а стражи предпочли провести ночь в сторожке у монитора видеонаблюдения, на наружных постах и в гостиной в креслах.
 
Короткие ночные часы промелькнули быстро, и незадолго до рассвета мы на двух машинах покинули дачный посёлок. В целом наша компания выглядела довольно пёстро: мой камуфляж, джинсовая пара Елены, белый костюм дядьки и строгие чёрные костюмы стражей.
Поездка по утренней Москве не заняла много времени, и уже четверть шестого мы шагали по Кунцевскому парку. Вокруг я не заметил ни души, если не считать промелькнувшего между деревьями одинокого бегуна. Звуки шагов отчётливо раздавались в тишине сонного парка и вязли в гуще тумана, укутавшего кустарники и деревья.
Опасаясь заплутать, мы взяли правее и вскоре выбрались на возвышенное, свободное от тумана место. Изменённым зрением я просканировал пространство и сразу же обнаружил впереди купол энергетической защиты. Лучистое кружево силовых линий очень походило на защиту зоны портала. Весьма любопытный, кстати, факт.
Ограждённый стрижеными кустами тротуар постепенно перешёл в гравийную дорожку, которая незаметно превратилась в тропу, уводящую нас в глухой, заросший кустарниками и деревьями угол парка. Виляя между старых стволов, ставшая совсем незаметной тропинка вывела нас на большую цветочную полянку, затем нырнула в заросли, выскользнула у оврага, и поползла по травянистому склону вверх.
Пробираясь, через густые кусты, Александр по ходу рассказывал об этом странном месте. Когда-то на рубеже эпох здесь на древнем капище приносились человеческие жертвы. Согласно легенде высшие силы наказали злого волхва за пролитую безвинную кровь, ударив в него сильнейшим разрядом молнии. Вместе с живодёром погибли все кровожадные жрецы, жертвенник раскололся, а капище сгорело дотла. С того времени в этот мыс начали постоянно бить молнии, выжигая большой круг на верхней площадке, из-за чего его стали называть Гнездом Молний. В христианские времена здесь поставили погост, но по легенде однажды церковь исчезла под землёй вместе с куполом. Перепуганные до смерти москвичи прокляли это место, и многие века обходили далеко стороной.
Тропинка вывела нас на высокий мыс с ровно срезанной вершиной, который мы пересекли по краю. Открывшийся замечательный вид ласкал взор, и я невольно задержался на краю обрыва. Но стрелка часов неумолимо приближалась к шести, Александр нервничал и торопил. Почти бегом он спустился по склону холма в небольшую, но глубокую лощину, в которой обнаружились заросшие травой и кустами развалины. Он направился прямо к ним и наклонился к вросшему в землю замшелому валуну. Мгновением позже кусок невзрачной кирпичной кладки отодвинулся в сторону, открыв вход с убегающими вниз ступеньками.
Чистая и ухоженная лестница закончилась сводчатым тамбуром и большой дверью с закруглённым верхом. Вокруг царило безмолвие, но эту обманчивую тишину насквозь пронизывали скрытые напряжения. Изменённым зрением я наблюдал густые всполохи свечения, в котором преобладали алые и оранжевые оттенки воинственности и тревожного ожидания. Здесь явно готовились к борьбе.
Не успел я вступить на пол тамбура, как под сводом вспыхнул свет, и дверь распахнулась, открыв вход в непроглядную черноту подземного пространства.
– Кажется, нас приглашают, – прошептал дядька Николай.
– Вижу. Ступайте за мной.
Я шагнул в тёмный проём и тут же прищурился от вспыхнувшего света, открывшего взгляду протяжённый зал с множеством кирпичных арочных колонн, поддерживающих сводчатый потолок. Косые лучи настенных светильников искажали все размеры и делали предметы и фигуры контрастными, создавая атмосферу торжественности и загадочности. На ровном полу между колонн ровными рядами выступали низкие каменные тумбы, за которыми виднелись фигуры людей, одетых в тёмный камуфляж. Справа у стены выступал подсвеченный пьедестал с обелиском, покрытым руническими письменами. На этом возвышении я разглядел высокого седовласого человека, держащего в руках длинное чёрное копьё с мечевидным наконечником. До боли знакомое копьё. Точно с таким оружием я отмахал по просторам Центральной Африки почти полтыщи вёрст. Старшина держал в руках копьё тиаматианской стражи!