Не возвращайся (СИ)

Но случилось так, как случилось. И если сначала я жалела о наших с Пашей неадекватных ссорах, примирениях, начале бракоразводного процесса, ревности и обидах, то теперь нет. Теперь я не жалею. Если бы не всё это, наш брак был бы обречён.
— Что еще ты хотела спросить?
У меня было как минимум двадцать вопросов, которые я мысленно задавала Паше этим утром. Но хватило нескольких, чтобы получить ответы на все.
— Больше ничего, — я припарковалась у клиники, оказывается, мы уже доехали, а я и не заметила, на автомате вела машину.
— Точно? Ась, лучше сразу спроси обо всём. Я знаю, тебе неприятно всё это слышать, и… я вот что добавить хотел. Подожди, — муж взял меня за руку, заставляя остаться в машине. — Да, я сходил с ума из-за того, что мои мечты юности так и останутся мечтами, но потом я понял что у меня всё есть. Ты и наши дети, Ася. Самое главное в моей жизни сбылось. А теперь идём, — Паша вышел из машины, как обычно не позволив мне расчувствоваться от трогательного момента.
Но на этот раз я решила не упускать своё, и когда Паша открыл мне дверь, я взяла его за руку.
— Паш, а знаешь, и остальное сбудется, — проворковала я, и приобняла мужа. — Вылечишься — на Камчатку поедем, на твои вулканы. Прямо на байке, который ты купишь и поедем. По крайней мере, часть пути. И с Эверестом что-нибудь придумаем, как и со всем остальным. Но, самое главное, знаешь, что? Я теперь мечтаю быть женой рок-звезды. А то всюду эти сраные рэперы, у которых молоко на губах не обсохло, и их малолетние подружки. Надоели.
— То ли дело — престарелые рокеры, — рассмеялся муж.
— Эй, — я шутливо толкнула Пашу локтем, — рок жив! Осталось только выздороветь. Ты уж постарайся, родной.
Так, переговариваясь, перешучиваясь, мы вошли в клинику, подошли к кабинету Инны и вошли в него вместе. И я с первого же взгляда подтвердила свой прошлый вердикт — Инна влюблена.
 
Глава 38
— Здравствуй, Инна. Ничего, что немного опоздали?
— Н-нет, ничего, — растерянно покачала она головой, и опустилась в свое кресло.
Паша еще раз приветственно кивнул Инне, дождался, пока я сяду, и сам опустился рядом.
А я мужа взглядом просканировала. Он невозмутим. Он… ничего не заметил. Или искусно сделал вид? Просто я заметила всё, как и любая женщина на моем месте.
Например, аромат парфюма — его я почувствовала, как только Паша открыл дверь в кабинет Инны. Яркий аромат, каким он бывает, если только-только распылить духи.
То, как Инна поднялась при виде Паши — нарочито изящно, с видом холёной кошки… и как свет отражался на её только что покрытых розовым блеском губах.
И как Инна растерялась, увидев меня рядом с Пашей, даже улыбку на губах не смогла удержать.
Всё очевидно и возмутительно. А Паша…
Снова бросила на мужа быстрый взгляд, и мысленно покачала головой. Либо он и правда не замечает очевидного, либо снова из меня дуру делает. Вот только я даже из-за болезни скидок делать не стану. Договорились быть честными друг с другом, пусть даже правда неприятна? Значит, надо соблюдать договоренности.
— А вы… Ася, то есть, Анастасия, вы…
— Я, — прервала я этот сумбур. Уверенно улыбнулась Инне, хотя, если честно, сама мандражирую, и тому много причин, одна из главных — злость, но не менее важная — я ненавижу конфликты, а конфликтовать придётся.
— Здорово, что вы здесь, — Инна, кажется, взяла себя в руки, даже позу сменила с зажатой на более расслабленную и открытую. — Я давно настаивала, чтобы Павел всё вам рассказал.
— Вот я и рассказал. Инн, ну что по лечению? Какая динамика? — вступил в наш разговор Паша.
— Мы немного скорректируем тебе приём лекарств…
Инна с Пашей разговаривали, я слушала, смотрела на них, и всё больше поражалась наглости этой женщины. И… чувствовала себя с каждой минутой всё хуже и хуже. Не физически — душевно. Мне бы сейчас только на здоровье мужа сосредоточиться, плюнуть на ревность, на чужие любови, а я… не могу. И корю себя за это. Но Инна ведь показательно меня игнорирует! И не из-за сосредоточенности на пациенте, а именно что специально. Смотрит только на Пашу, будто меня здесь нет. Но главное — то, как именно она смотрит!
 
— … динамика положительная, конечно, скоро курс закончится, и консилиум определит…
Я вслушивалась в пояснения Инны, и пыталась понять, как должна поступить хорошая жена. Я должна не мешать? Позволить Паше лечиться у Инны, которая пусть и неэтична, зато справляется с болезнью мужа? Или пойти на риск и конфликты, и добиться от Паши смены онколога?
Но ведь не факт, что муж согласится. Раз Инна в дом теперь вхожа.
— То есть, операция пока не нужна? — спросила я.
— Пока — нет, — Инна ответила с доброжелательной улыбкой, но коротко, без пояснений.
Вместо неё объяснения дал муж:
— После курса терапии станет яснее, Ась. Химию скоро закончат, скорее бы уже.
— Паш, нужно больше отдыхать, — проворковала Инна, снова сделав вид, что меня здесь нет.
И Пашу это всё даже не смущает, он и бровью не ведёт на то, что и эта женщина из трусов готова выпрыгнуть! А вот меня возмущает! И это, и то, что я должна отгонять от Паши весь этот цветник, и бороться за то, что по всем законам — моё.
А, к чёрту всё!
— Мой муж отдыхает, Инна. Я за этим активно слежу, не переживайте. Кстати, спасибо, что заглянули к нам и проконсультировали нашу дочку по питанию, вы нам очень помогли. Даже не ожидала. Принято у наших людей врачей ругать за бездушность, а вы не поленились, на дом приехали к пациенту, питанием занялись, даже завтрак приготовили, кажется, да? Вы так эмпатичны, Инна! Но, наверное, очень устаёте из-за этого: к одному пациенту приехать, озаботиться питанием, ко второму приехать, к третьему… столько времени и сил отнимает, должно быть.
— Но кто-то же должен, если о человеке позаботиться больше некому, — отбила удар Инна.
Весьма болезненно отбила, не в бровь, а в глаз попала.
— Вы хотели сказать, о мужчине позаботиться больше некому, — поправила я её.
Паша сжал мою ладонь, призывая замолчать. Вера так быстро не возвращается, и я ждала что муж скажет что-то против меня, но… нет, Паша молчал, но его неодобрение я чувствовала.
— А мужчина разве не человек? Мы с Павлом не просто врач и пациент, мы еще и… друзья, — пауза была очень короткой, но мне — слышной.
А Паше?
Повернула к мужу голову, вопросительно изогнула бровь. Но в разговор он не вступил.
Так, ладно, наверное, я себя накрутила. Пашу я, конечно, поведу к другому онкологу, я даже о времени и дате уже договорилась. И, возможно, с Инной мы попрощаемся, но глупо делать это сейчас.
— И я благодарна за ваше к Паше тёплое… дружеское отношение, — а вот я паузу обозначила ярче, не удержалась. — Инна, скажите, а это нормально что у Паши очень часто температура повышенная? И со сном проблемы: раньше муж спал по 7 часов, не просыпаясь, а сейчас поспит час, просыпается, снова засыпает на полчаса-час — так и должно быть?
— Такое бывает.
— И как с этим бороться? Это ведь не сон, а ерунда. От него больше усталости, чем отдыха.
— Дополнительные лекарства вводить не будем, так что советы могу дать только такие: исключить соцсети за 2 часа до сна, поменьше работать днём, никаких стрессов, желательно добавить медитацию.
— Черт, я испугался, что снова на море меня примешься отправлять, — хмыкнул муж. — А со сном всё нормально, меня устраивает и так.
— Меня не устраивает. Ты после ночи разбитый, будто вовсе не спал. Значит, и правда нужно поменьше работать.
— И тогда я сойду с ума от безделья, — отмахнулся муж.
Я набрала воздуха в грудь, уже хотела что-то ответить, но сообразила, что меня насторожило — фраза Паши, сказанная Инне: «Снова на море меня примешься отправлять?». Или я придираюсь к Инне из-за ревности? Врачи ведь рекомендуют морской воздух, это нормально, и это…
Странно.
Инна не аллерголог, не терапевт. Она онколог.
— Вы рекомендовали Паше на море поехать? — я нагло перебила их разговор.