Артефаки. Часть 1

Ох, какие знакомые линии! Как приятно их трогать!
— Ты в порядке? — обеспокоился парень.
— Признавайся, кто тебя натаскал?
— Как ты?
— Если ты с ним лапочка, то я на тебя обижусь.
— Эрин…
Я закончила с линиями А и В. Взялась за С. Не отрываясь от плетения, серьёзно прошептала:
— Мне нужна твоя помощь. Ты знаешь, как я работаю. Знаешь, как никто другой. Когда я буду нацеплять последнюю линию С, нажимай на кнопку.
— Так нельзя, — опешил он.
— Нажимай, — приказала я.
Секунда, вторая, третья. Я работала пальцами на пределе возможностей, Корни тяжело дышал и внимательно следил за моими движениями. Последняя линия. Я вытянула её, начала привязывать к ушку. Счёт пошёл на доли секунд.
Бзззз!!!
Я моментально убрала руки с платформы, Корни поднял ладонь с кнопки.
— Это не она нажала! Это её маг! — тут же «сдал» нас маг, который работал с Ником.
Ведущий удивлённо смотрел в нашу сторону.
— В правилах это не запрещено, я читала, — сказала громко, — а Корни нажал на кнопку в тот момент, когда я закончила. Вы сами видели это.
Мужчина видел. Он поколебался секунду, а потом весело провозгласил:
— Ну… на что не пойдёшь ради победы, да? Засчитано!
— Вы серьёзно?! — озверел Ник. — Вы это позволите?!
— Кнопку нажали тогда, когда девушка закончила плетение, так что она ничего не нарушила.
— Спасибо, — шепнула я Корни.
— Держись, Эрин, — тихо отозвался телепат и пошёл к краю сцены.
Я принялась усиленно разминать пальцы. Они настолько устали, что отказывались слушаться. Чувствовалось лёгкое онемение. От разминки захрустели кости.
Ещё десять магов… как это пережить?!
    
Глава 3
Глава 3
Если бы можно было одним словом описать мои руки после работы с семью магами за два часа, я бы сказала, что это огромные клешни. Они онемели, разбухли, дрожали и отказывались шевелиться.
Половина заявленных артефактов была сделана. После седьмого мага мы с Ником попросили перерыв.
Не то что бы мы прямо так уж устали… хотя кого я обманываю. Нас будто провернули через мясорубку и скрутили в четыре оборота, выжимая остатки сил.
— Как в театре бывают антракты, так и нам стоит немножко пожалеть наших актёров… тьфу, участников, — сделал вид, что оговорился ведущий, — и дать им возможность перекусить бутербродиком. Как в театре у нас, конечно, нет трёх звонков, но буквально через пятнадцать минут мы продолжим наше соревнование!
Я размеренным шагом двинулась к краю сцены, аккуратно спустилась и пошла по проходу, уплывающему вверх. По сторонам не смотрела. Если меня кто-то и звал, то я не заметила. Мне важно было как можно скорее скрыться от любопытных глаз, но при этом не нарваться на кого-нибудь знакомого.
Совершенно не хотелось ни с кем общаться. Натужно улыбаться. Делать вид, что у меня всё под контролем. Притворяться, будто абсолютно не волнуюсь.
Я устало вышла из зала и направилась к автомату с кофе. Потыкала в вирт-окно, расплатилась и трясущейся рукой взяла небольшой стаканчик с ароматным напитком.
Мимо проходили люди, замечали, узнавали, не отводили взгляда, намеренно рассматривали и шли дальше. Быть объектом всеобщего внимания оказалось совсем не круто. Эта роль подошла бы Айрис. Она же и красотка, и уверенная в себе, и моделью была, и в каждой бочке затычка; в общем, ей бы на моё место, на самом деле.
Я заметила Эвана, выходящего из конференц-зала, и тут же поспешила скрыться. Первой попавшейся дверью оказался выход на лестницу — выбора особого не было, решила подняться несколькими этажами выше.
На пятнадцатом оказалось спокойнее. Не все офисы пустовали, кто-то работал по выходным, но, даже находясь в «Берлингере», на битву стажёров не пошёл (ну, может, одним глазком и взглянул).
Я медленно и уныло прошла по этажу, допила кофе, выкинула стакан в утилизатор, и решила вернуться к лифту. Освежилась, голову проветрила и хватит.
— Ты позоришь мою фамилию, — услышала злой… нет, унизительно и пугающе грубый, звериный мужской голос.
Я не хотела поворачивать голову. Клянусь — не хотела! Но когда кто-то способен так яростно распылять свой яд, непроизвольно появляется желание взглянуть, что ж с этим человеком сотворила жизнь.
И я посмотрела.
Комната отдыха располагалась и на этом этаже тоже. Я её разлюбила в последнее время, тут сломалась капсульная магнитная система. Только прилёг — тут же какие-то звуки снаружи появляются, ничто от них не спасает. За целый месяц так и не починили…
На этот раз подвела даже входная дверь, осталась малюсенькая щёлочка, через которую удалось разглядеть лишь половину лица говорящего. Вполне достаточно. Я его узнала.
Дерек Юргес.
Замерла. Поспешно прислонилась к стене. Секунду сговаривалась с собственной совестью и в итоге начала прислушиваться. Звуки были приглушённые, не всё попадало в мои бессовестные любопытные уши, но кое-что удалось различить.
Например, звучный подзатыльник. Вздрогнула даже я, хотя стояла снаружи. Не было уверенности, что там находятся отец и сын, но в голове сразу сформировался образ Ника, который приглаживает липкие, налаченные волосы после удара.
— Позорище, — прошипел Дерек Юргес, — как можно столько тянуть с этой девчонкой?
Всё же отец и сын.
— Кто тебя воспитывал? Зачем я трачу деньги на твоё образование, если ты вырос таким ничтожеством? Что за сопли ты показываешь на сцене? Ты должен был ещё на первой секунде втоптать её в грязь.
— Прости. Просто она сильная, потому что её готовил отец. Он помогает ей в артефактике, — ответил Ник.
Я окаменела. Не из-за его слов, а из-за его тона!
Это. Был. Мой. Голос. Образно выражаясь, конечно. Но трудно представить ту наивысшую степень похожести, в которой я ещё могла бы узнать себя.
«Да, мам, прости. Просто так получилось. Прости, мам. Я не хотела. Ему это лучше даётся. Понимаешь? Прости».
Эти слова нужны были не для того, чтобы оправдаться, не чтобы объяснить, а чтобы успокоить. Уровень агрессии матери настолько зашкаливал в эти моменты, что она становилась неадекватной, и могла даже по чему-нибудь уда…
— Да плевать, чья она дочь, и кто ей помогает!!!
Я вздрогнула ещё раз, куда сильнее, страх беззащитного, брошенного и преданного ребёнка взвился из недр подсознания и облепил всё тело. Дерек Юргес по чему-то ударил. Наверное, по капсуле, и, скорее всего, ногой в идеально начищенном ботинке. Надеюсь, не по Нику, ибо удар был до мурашек сильный.