Чертежи волшебства
— Что именно тебя смущает?
— То же, что и Риккардо. Если все произошедшее явилось роковым стечением обстоятельств, то почему твоя новая знакомая загодя знала об этом? — Чак снова покосился на дверь. — Мне кажется, что все эти «случайности» вовсе не случайны. Ими кто-то управляет.
Тот же вопрос, те же сомнения, что терзали когда-то и Теодора! Только разум Чака, не стесненный рамками академического образования и не отягощенный бременем репутации и ответственности, мог соображать гибче и оперативнее. Шимаэл вдруг ощутил, как давят ему на грудь лежащие в кармане листы из отчета. Они просили, требовали, чтобы их выпустили на свободу и показали другим. Соблазн был столь велик, что правая рука пилота сама собой поползла за пазуху, и он едва успел ее остановить.
— Лично я не вижу, каким образом все это можно подстроить. Думаю, имело место простое совпадение, — соврал он, не моргнув глазом.
— Ничего себе совпаденьице! — Чак в чувствах всплеснул руками, ударившись локтем о стенку тесной каюты. — Это абсолютно исключено! Можете меня на костре сжечь, но я ни за что не поверю, что нам так исключительно везет просто по воле слепого случая!
— Хорошо, но какое объяснение предлагаешь тогда ты?
— А что если мы… — потирая ушибленную руку, он уже в третий раз посмотрел на дверь, убеждаясь в том, что она заперта, — что если мы столкнулись с некоей силой, способной манипулироватьвероятностями?
— Хм-м-м?
— Понимаешь, каждый раз, когда ты, скажем, бросаешь монетку, наш мир раздваивается, — торопливо затараторил Чак, опасаясь, что Шимаэл сейчас начнет его высмеивать. — Получается что-то вроде двух штанин, в одной из которых монета падает орлом, а в другой — решеткой. Мир может с равной вероятностью соскользнуть в любую из них. Но представь себе, что существует Нечто, в чьей власти выбирать, какая именно вероятность реализуется в данный момент. Если Оно пожелает, то монетка может выпасть одной и той же стороной хоть сто раз подряд. Причем, обрати внимание, никакие фундаментальные законы природы при этом не нарушаются, если не принимать во внимание униженной и оскорбленной Теории Вероятностей.
— Как-то очень уж… умозрительно. И какое отношение твои домыслы имеют к происходящему с нами?
— Самое непосредственное! Я, во всяком случае, другого объяснения нашим злоключениям предложить не могу. Вокруг нас десятки якобы случайных событий выстраиваются в столь изощренные и выверенные до безупречности цепочки, что я попросту не могу не предполагать наличия направляющей их Воли.
— Ты полагаешь, что это Жрицы творят с нами такое? — Шимаэл старательно корчил из себя дурачка, провоцируя Чака на дальнейшие откровения.
— Фу! Чушь! — отмахнулся тот. — Будь оно по-твоему, Найде бы не удалось так легко убить Зиолу. Ее пистолетик дал бы осечку или еще что-нибудь в этом роде. Жрицы — всего лишь девочки на побегушках.
— На побегушках? У кого?
— Пф! Если бы я знал! Но ты только задумайся, — Чак наклонился к Шимаэлу и доверительно понизил голос, — тот, кто способен таким образом контролировать ход событий, практически всемогущ, поскольку он может воплотить в реальность практически любой, пусть даже абсолютно безумный сценарий, лишь бы его вероятность, какой бы исчезающе малой она ни была, отличалась от нуля. Я бы даже рискнул назвать такое существо… Богом.
Ну вот, приплыли! Куда катится этот мир, если даже такой прожженный материалист, как Чак ударился в религиозность? От него Шимаэл откровенно не ожидал подобной прыти.
— Не слишком ли ты торопишься сдавать позиции? — осторожно заметил он.
— Какие еще позиции? — Чак непонимающе приподнял брови.
— Раньше ты особой набожностью не отличался. Что вдруг подвигло тебя изменить свои взгляды?
— Какая, к черту, набожность?! — техник даже возмутился. — Я здесь про серьезные вещи говорю! Ты что, не способен за внешней мистической атрибутикой разглядеть истинной сути вещей?
— Но разве не ты только что сказал, что Сиарна — бог?
— Я не произносил этого конкретного имени. Тем более что оно — всего лишь удобная ширма! И я никогда не утверждал, что она представляет собой что-то потустороннее! Думаю, здесь вполне можно обойтись и без привлечения мистики.
— Но если не мистика, то что тогда? Технология?
— Ну конечно же! — Чак с облегчением вздохнул, как преподаватель, добившийся, наконец, хоть каких-то признаков разумения от бестолкового ученика. — Сколько раз мы устраивали подобные представления для других, а теперь вот сами оказались в зрительном зале. Теперь и мы сами, в полном соответствии с тезисами Артура Кларка, принимаем чужую технологию за проявления сверхъестественного. Одно только манипулирование вероятностями чего стоит! И термин «Бог» я использовал исключительно в этом контексте, ничего более.
— Конкуренты? Другая цивилизация?
— Вот тут я ничего не могу утверждать с уверенностью. Слишком много неясностей, — техник начал загибать пальцы. — Если мы имеем дело с такими же HomoSapiens, только более развитыми, то задача несколько упрощается, хотя и непонятно, почему мы ранее с ними не сталкивались. При таком уровне развития они должны были изрядно по Галактике наследить. Времени для этого у них имелось более чем достаточно, культ Сиарны не вчера родился.
— А если мы имеем дело с чем-то иным?
— Тогда… — Чак даже поежился, — тогда мы вполне можем начинать запасать бронзу для памятника за Первый Контакт с Иным Разумом.
— Сейчас речь идет не о памятнике а, скорее, о надгробии.
— Завязывай пессимизм распространять! Ну, повздорили немного, погорячились, бывает. Но не стоит из-за единственного досадного инцидента хоронить такую уникальную возможность. Я уверен, что мы вполне можем наладить с ними взаимовыгодное деловое сотрудничество. Ты представляешь, что это означает! Какие перспективы перед нами открываются!
Ха! Материализм Чака, оказывается, и не думал сдаваться! Сымитировав отступление, он предпринял обходной маневр и нанес удар с фланга, откуда его атаки никто не ожидал. Если ты не можешь что-то понять, то это не мешает заключить с этим «чем-то» выгодную сделку. В этом и был весь Чак.
— С ними — это с кем? — Шимаэл скептически выпятил губу. — Мы пока так не пришли к единому мнению, с кем именно имеем здесь дело.
— Какая разница? — нетерпеливо отмахнулся техник. — Я даже согласен пользоваться псевдонимом «Сиарна». Сути дела это все равно не меняет.
— Еще как меняет! Если речь идет о представителях Иного Разума, то я сомневаюсь, что нам удастся наладить с ними контакт. Слишком широкая пропасть нас разделяет. Я, вообще, являюсь сторонником теории, что при подобной встрече люди банально не поймут, что столкнулись с чем-то разумным. Мы и друг с другом нормальный контакт не всегда наладить можем!
— Но Жрицы же находят с Ней общий язык. Да и простые клисситы вполне с Ней ладят. Почему нам нельзя?