Девятая печать
– Ох, маленькая Нэйта Игран, умеешь ты соблазнять, – улыбнулся магоратор, кинув хитрый взгляд на насупившегося Филиппа. – Использовать потомков иингу, чтобы восстановить то, что так неосмотрительно уничтожили их предки. У меня есть время подумать? – вдруг спросил он. А ведь мог и не спрашивать, всё же, первому лицу государства отказывать не принято.
***
Долго тянуть с раздумьями магоратор не стал. Уже на следующее утро их троицу вызвали во дворец правителя, приказав захватить все планы и наработки. Помимо самого Переса Литьеро в зале совещаний присутствовали ещё семнадцать человек. Семнадцать полукровок. Самый младший из них был немногим моложе Нэйты, старшим был сам лорд Литьеро.
– Это все потомки людей и сеятелей, которых мне удалось разыскать, – магоратор представил всех присутствующих. – Думаю, столь важное решение необходимо принимать коллегиально.
Совещание началось. Сначала Нэйта ещё раз рассказала про их с Филиппом приключения на Станции и про своё решение помочь им, потом последовал град вопросов, под которым пришлось рассказать и про свою удачную инициацию. Никто не скривился в похабной улыбке, маги лишь восторженно цокали языками, узнав, как вырос коэффициент увеличения магической силы Нэйты, и не только её, но и Филиппа. Потом допросу ожидаемо подвергся сам некромант. К рассмотрению и обсуждению планов приступили только после обеда.
– А что? Может, из этого что-нибудь и получится, – подвела итог разгоревшейся дискуссии леди Оливия Меранга крупная громогласная дама, оказавшаяся правой рукой магоратора. – Так как вы предлагаете попасть на Станцию иингу? – этот вопрос адресовался уже Нэйте.
И опять их на сто раз перелопаченные планы критиковались и изменялись. В них вносились изменения и дополнения, намечались примерные сроки и источники финансирования, предлагались и обсуждались кандидатуры участников. Тех, кто вместе с Нэйтой и Филиппом – как же он её отпустит, – отправится на Станцию для переговоров, и тех, кто, собственно, будет участвовать в «воспроизводстве». Слово царапало слух, но прижилось, и более подходящее уже никто не желал принимать.
Отдельный спор разгорелся о том, стоит ли прямо сейчас открывать школу, ведь первый ученик уже был – Макар. Как оказалось, сын Филиппа и Лилит был самым молодым из всех известных на тот момент полукровок. И учить его нужно было не только обычной магии. С озорного мальчишки сталось бы наворотить дел. Не по злобе, а только по незнанию. Ведь даже его «непривязанный» портал был недостижимым откровением для многих взрослых магов.
Уставала ли Нэйта? Ещё как уставала! Споры, сборы и учёба – куда же без неё – требовали множества сил. Отдохнуть удавалось только ночами в объятиях Филиппа. Ведь то, что он с ней творил, и было самым настоящим волшебством, дающим отдых и силы на новые дела.
– А ведь ваши коэффициенты всё ещё растут, – сообщила как-то Нэйте и Филиппу леди Меранга.
– Растут? Но как такое возможно?
Правая рука магоратора лишь пожала плечами. Ведь в магии, особенно, касающейся полукровок, было ещё столько белых пятен.
– Значит, нам легче будет выполнить задуманное, – сделала вывод Нэйта.
– И то правда, – не стала спорить леди Оливия.
***
А ещё следовало обязательно навестить Лилит. Молодая иингу могла рассказать что-нибудь существенное про своих соплеменников. И про порталы.
Нэйта уже успешно могла перемещаться на достаточно большие расстояния на Планете, но, даже точно представляя в голове несколько паэр-пространств на Станции, как их называли сами иингу, отправляться прямиком туда было бы рискованно.
На этот раз в любимую беседку Лилит они зашли вместе с Филиппом, некромант просто не смог отпустить её одну.
– Вернулись? – спокойно спросила мать Макара. – Это хорошо.
– Да, мы вернулись. И, Лилит, мы решили помочь иингу, – осторожно начала Нэйта.
– Считаете, что они заслуживают вашей помощи? Помощи тех, кого считают низшими? Какая насмешка, – её губы сардонически скривились.
– Тем, кто продолжает так считать, мы помочь не в состоянии. Но мы можем научить их детей думать иначе.
– Детей, – Лилит скривилась. – Да знаете ли вы, что с самого рождения наши дети уже отравлены проклятием? Проклятым проклятием гордыни…
– У меня его нет, – нужно продолжать говорить спокойно. И, словно по наитию. – У Макара тоже его нет. Макар – прекрасный ребёнок. Живой и очень общительный. Совершенно лишённый духа превосходства и гордыни. Он никогда не станет таким, как его чванливые предки!
– Макар? – Лилит затравленно огляделась и зашептала: – Тс-сс, только не говорите про него. Нас могут услышать. Услышать и прийти уже за ним!
– Тогда Станции точно несдобровать, – Нэйта зло усмехнулась. – Если иингу посмеют тронуть Макара, я не посмотрю, что они как бы и мои предки.
– Ты… ты готова защищать чужого ребёнка? – с сомнением поинтересовалась собеседница.
– Я готова защищать ребёнка! Любого ребёнка. Я не просто готова, я способна это делать, – уточнила Нэйта. – И иингу это прекрасно знают.
– Странно слышать такие слова от ко-иингу. От полукровки. Хотя, если вам удалось вернуться со Станции, наверное, в твоих словах есть доля истины.
Нэйта не стала уверять женщину в своих возможностях и силе. Всё же, с самого своего рождения та жила в убеждённости, что иингу всемогущи, а люди, маги – просто плод их эксперимента, и эксперимента не очень удачного.
– Лилит, если вы сможете подсказать, как можно попасть на Станцию, мы поможем тем из иингу, кто пожелает, чтобы им помогли. Вернее, не им, а их детям. Полукровки могут жить на Планете! Мы организуем для них школы. Школы, где будут вместе учиться дети людей и иингу. К сожалению, как нам видится, это единственный выход прервать проклятие иингу.
– Попасть на Станцию… – Лилит задумчиво замолчала. Неужели, скажет, что не знает такого заклинания?
Как же долго она молчит. Молчит и смотрит в одну точку. Что она там видит? Вот и Филипп, не выпускавший ладонь Нэйты из своей, предупреждающе сжал её. Это могло означать одно: пора уходить. Ещё из прошлого своего посещения помнила наставления: «Надолго замолчит – уходи!» Что ж, надежды было немного. И она не оправдалась. Придётся справляться своими силами. Как можно тщательнее изучить тот дом, в котором они оказались, сбежав со Станции. Может, там найдётся подсказка. Пора уходить.
– Я подскажу вам, что нужно делать. Только и вы сделаете для меня кое-что.
Что может потребовать запертая на ограниченном пространстве не совсем здоровая психически женщина? Свободы? Возвращения к своим? Или любви Филиппа? От последней мысли захолонуло сердце. Лилит, как никто другой, имела права на её мужчину. И здесь уж от самой Нэйты ничего не зависело. Ладонь безвольно разжалась.
– Я хочу увидеть моего мальчика. Хоть издалека! Хоть разок! Как я боялась даже думать о нём. Ведь его могли украсть! – доверительным шёпотом сообщила она. – Я знаю, им нужны такие дети. Дети, имеющие возможность жить на Планете. Но он другой, я верю тебе, женщина моего мужчины! Мой сын никогда уже не станет настоящим иингу! Его не коснётся древнее проклятие! – глаза Лилит разгорались уже знакомой глубинной тьмой.