Брак по договору (СИ)

Она никогда ни о чем не просит, никогда не жалуется. Она всегда готова отыграть роль и потерпеть.
Поэтому я тут же настораживаюсь. Потому что чувствую - случилось что-то плохое.
- Давай уедем. Сейчас. Пожалуйста! - шепчет она.
- Ты плохо себя чувствуешь? - тут же реагирую.
- Да! - говорит Соня. И решение принимаю мгновенно. Киваю, естественно. Другого варианта и быть не может.
- Прошу нас простить. Если вы не против, закончим обсуждение в другой раз, - обращаюсь к будущим партнерам.
- Сонечка, с вами все в порядке? - обеспокоенно спрашивает Раиса, жена Семенова.
- Конечно, просто стало нехорошо, - та вроде и улыбается, но я-то вижу, что ей плохо.
Дамы вдруг начинают многозначительно улыбаться.
- Дело молодое, - поддакивает вторая - супруга Ростова. - Конечно, Миша, езжайте. В таком положении нужно беречься.
А я непонимающе смотрю на них. О каком положении речь? Если про беременность, то… Соня же только-только… А так ведь не бывает. Жена между тем настойчиво тянет меня за рукав.
- Еще раз извините, - говорит, и мы покидаем зал.
- Софа, что с тобой? Может, поедем в клинику? - спрашиваю, едва оказываемся в коридоре.
Она почему-то нервно оглядывается по сторонам.
- Нет-нет, просто хочу на воздух.
Решение все же отвезти ее в клинику почти принято. Соня может же и побояться рассказать, в чем дело. Учитывая, насколько она готова потерпеть неудобства, я уверен - дело дрянь, раз она пошла на то, чтобы попроситься уйти с ужина.
Мы почти успеваем выйти из ресторана, когда вслед доносится:
- Миша! Подожди!
Соня вдруг крепко сжимает мою руку, а я оборачиваюсь - вижу Надежду и недоуменно смотрю, как та приближается к нам.
В этот момент у меня выбор - либо дождаться ее, и потерять мгновения, когда моей жене плохо, или забить?
Я выбираю второе, конечно же. Отрицательно качаю головой, уверенный, что Надя это увидит, и веду жену на улицу.
- Спасибо… Спасибо тебе, - повторяет она, словно заведенная. Снова и снова.
Дрожит, даже когда мы садимся в машину.
- Илья, давай на Карецкую, в медцентр, - командую водителю. И только тут Соня вдруг замолкает.
- Не надо! - испуганно говорит он. - Миша, поедем домой, пожалуйста!
- Ты сама не своя, Софа, бледная такая. Пусть тебя посмотрит врач.
- Но я нормально себя чувствую!
- Мне так не кажется, - возражаю, пытаясь взять ее ладони в свои. - Ты дрожишь.
- Просто… Мне уже лучше. Правда.
- Тогда объясни, что случилось.
- У девушек такое бывает, - мнется она, и отводит взгляд в сторону.
- Это то самое особенное положение, о котором сказала Раиса?
- Что? Нет, конечно. Миш… Мне неловко обсуждать с тобой такое.
Вообще-то я не дурак. Намек понимаю.
- Илья, поехали домой, - устало говорю и продолжаю держать Соню за руку. Она вроде не возражает, а мне… Мне эгоистично хочется продлить этот момент. Пусть даже вот так, в качестве дружеской поддержки.
Мы доезжаем до дома в полной тишине. Соня явно успокоилась, и меня тоже слегка попускает. Даже непривычно, что ее переживание и боль я воспринимаю настолько остро. Мы вместе заходим в дом, я помогаю ей снять пальто. Хочется сейчас пойти вместе в гостиную, посидеть, может, выпить по бокалу вина и…
Но вместо этого Соня прощается и идет к лестнице, как вдруг:
- Кстати, там была твоя Надя. В компании мужчины. Возможно, ты тоже у нее не один, - роняет Тарская, и пока я пытаюсь поднять свою челюсть с пола, быстро поднимается наверх.
  
- 28 Соня -
 
Я совершенно точно дура. Не могу даже себе объяснить, как и зачем я наговорила Мише это все. Да и не только ему!
Зачем ляпнула этой Надежде про то, что он не женится? А вдруг я ошибаюсь? Вдруг он передумает?
А главное… Господи, главное, я же сказала, что мы разведемся. В тот момент меня так сильно трясло, что я почти не контролировала себя и свои эмоции. Именно поэтому сбежала.
И мне бы порадоваться, что муж не остался с ней, не притормозил, а увел меня из ресторана. Но вместо этого я напоследок и ему про эту его любовницу наговорила.
 
О чем только думала?
Конечно же, Миша не пошел за мной и не стал ничего выяснять. Вообще между нами после этого неудавшегося вечера устанавливается негласное молчание. Мы почти не видимся, а если такое и случается, то перебрасываемся ничего не значащими фразами “привет-пока”. Единственный более-менее полный разговор получается, когда приезжает бывший папин безопасник.
- Соня, ты, наверное, помнишь Кирилла - он будет отвечать за твою безопасность, - говорит муж.
Туманов, кажется, за это время стал еще более неприступным и суровым. Не мужчина, а гранитная скала.
- Добрый день, - киваю. - Конечно, помню.
- Здравствуй, Соня, - говорит тот.
- Это как-то связано с тем нападением? - Миша недовольно поджимает губы, а Туманов никак не реагирует. Ну, говорю же - скала просто.
- Отчасти. Если тебе куда-то будет нужно выехать, только с Кириллом.
- Конечно, я понимаю.
Опять же не спорю - второй раз попасть, как в доме отдыха, я не хочу. Хватило с лихвой впечатлений. А еще… Стараюсь разгадать, как дела у Миши? Замечает ли он, как мы отдалились? Хотя сближались ли вообще?
- Мои охранники будут постоянно находиться на территории, так что здесь тебе совершенно точно ничего не угрожает, - вдруг говорит Кирилл. - В этом можешь быть уверена.
- А за воротами?
- В моем сопровождении - тоже.
Муж недовольно поджимает губы. Будто ему это все не нравится. Впрочем, наверняка не нравится - лишние проблемы и морока.
- То есть я смогу поехать в академию? - с надеждой спрашиваю. - Мне проект надо сдавать. Защиту нельзя провести удаленно.
Мужчины переглядываются между собой.
- Мне это не нравится, - хмурится муж.
- Можем устроить, - неожиданно возражает Кирилл, чем несказанно меня радует.
- Правда? - обрадованно переспрашиваю. Я же ведь уже с ума схожу, сидя взаперти. Переписка с одногруппницами не в счет - они чаще всего все в итоге сводят к шуткам про мою семейную жизнь, а с Валерой - все сложно. После его подарка мы больше не общались. И надо сказать, я этому только рада. Не готова сейчас выходить с ним на контакт.
- Соня, подумай сама - неужели это сейчас так важно? - хмуро спрашивает муж.
- Конечно, важно. Для меня.
- Тогда устроим, - принимает решение Кирилл. Словно это он здесь главный.
Дни до защиты проекта я не просто считаю - обвожу в календаре. Так сильно хочется вернуться в академию. На мои вопросы о том, как обстоят дела с угрозой моей безопасности, Миша отвечает неохотно и довольно скупо. Он вообще становится раздражительным, и все чаще я испытываю рядом с ним напряжение. Наш брак действительно становится все больше фиктивным. И хотя я старательно убеждаю себя, что ничего большего мне никто и не обещал, все равно очень больно. Единственным спасением становится учеба.
В назначенный день я встаю так рано, что успеваю застать за завтраком Мишу. Он снова хмурый и немногословный.
- Доброе утро, Соня, - говорит, едва я вхожу в столовую.
- Доброе.
Проходит немало времени, прежде чем он все же спрашивает:
- Как настроение? Сильно волнуешься перед сдачей?
Его интерес становится для меня настоящим открытием. Больше того - его взгляд сейчас такой, каким был раньше. Теплый, заботливый. Словно вернулся тот, мой Миша.
Это настолько неожиданно, что я даже забываю ответить.
- Соня?
- Прости, я задумалась. Да, немного.
- Уверен, у тебя все пройдет как надо.
- То есть ты не сердишься? - осторожно уточняю, пытаясь понять, что за перемены в его настроении.
- Разве я должен?
- Мне казалось, тебе не нравится эта идея.
Муж вздыхает, поднимается из-за стола и идет ко мне. А уж когда встает позади, мое сердце вот-вот, кажется, выскочит из груди - так сильно бьется. Его ладони ложатся мне на плечи. А я чувствую запах его туалетной воды и плыву. Я снова плыву, таю. Снова готова пойти за ним хоть куда. Словно и не было этих недель похолодания между нами.