Волк 2: Лихие 90-е (СИ)
* * *Новозаводск, оптовая база на окраине города
Очнулся Север где-то в подвале, когда на него вылили ведро ледяной воды. Их осталось трое: сам Север, Фома, избитый так, что на нём живого места нет, и Живодёр, который так ни разу и не выстрелил. Остальных завалили.
Все трое лежали на холодном бетонном полу со связанными руками. Парень в тельняшке, который заливал их водой, усмехнулся. На плече у него висел калаш.
— Проснулись, блаторезы поганые?
Север пытался что-то крикнуть, но скотч на рту мешал. Автоматчик разок пнул Фому и отошёл.
— Проснулись, Михалыч. Тебя ждут.
Что-то застучало по полу, приближаясь к ним. Краем глаза Север увидел, что это деревянная трость. Богатов наклонился и с треском отодрал скотч ото рта.
— Да ты чё, сука⁈ — взревел Север. — Ты на кого бочку катишь? Ты хоть знаешь… а-а-а!
Парень с автоматом несколько раз ударил его прикладом. Север застонал.
— Слушай сюда, гнида, — спокойно сказал Богатов. — Я буду говорить мало. А ты мне расскажешь всё. Прям выложишь, как попу на исповеди. С радостью, что поделился тревожными мыслями и…
— Да чё ты мне лепишь? Фуфло какое-то вкручиваешь…
Ещё удар, и на рот снова налепили скотч. Остальные уже очухались, начали биться на полу, как выброшенные на берег рыбы. Но на них никто не смотрел.
— Ты мне расскажешь о составе, — продолжал майор, поигрывая тростью. — Из-за этого вы пока живы, а то за Борьку я вас поубивать хотел. А вы ещё, суки о***шие, пацана какого-то подстрелили, ещё кучу народа чуть не покрошили. С автомата в толпе стрелять, суки догадались. Я военный, много кого валил, много чего видел. Но таких сук как вы… Мы там дохли, чтобы тут спокойно было, а вы здесь людей мочите направо и налево⁈
С каждым словом он становился злее и злее, но в самом конце остановился и выдохнул.
— Где Димка? — спросил он спокойным голосом.
— Чай пьёт, — сказал парень с автоматом. — Там тортик принесли, пока Чунга-Чунга с ним не закончит — не придёт.
— Димка молодец, своё не упустит, — Богатов усмехнулся и снова склонился над Севером. — Вот придёт он, всё мне и расскажешь.
Север начал дёргаться, пытаясь сказать Богатову, что он о нём думает, но скотч мешал. Дверь хлопнула.
— Вот и Димка, — Богатов поднялся. — Он у нас кого угодно разговорит. Хоть ты бандит, хоть полевой командир, все у него говорят. Валерка, выйди и смотри, чтобы никто не зашёл.
— Ага, Михалыч, понял, — автоматчик вышел и прикрыл тяжёлую стальную дверь.
Кто-то ногой перевернул Севера на спину и наступил на грудь. Высокий парнишка-блондинчик в клетчатой рубашке, который насвистывал какую-то смутнознакомую мелодию, держал в руке свёрток с чем-то и смотрел на Севера.
Сначала парень показался Северу безобидным, пока не повернулся другим боком. Симпатичное лицо портил уродливый и глубокий шрам. Правый глаз с мутным зрачком, почти белым. Парень, продолжая насвистывать, достал из свёртка кавказский кинжал в ножнах.
— Был один полевой командир, — начал рассказывать Богатов. — Он всё этим кинжалом понтовался, от прапрадеда ему достался, видишь ли. Всё издевался над Димкой, когда тот в плен попал, смотри, что от лица осталось. А когда мы пришли, Димка этот кинжал отобрал и показал твари той, чему научился. Его пацаны Чунга-Чанга прозвали. Контуженный немного, но мы тут все такие.
Север смотрел в мёртвый глаз, чувствуя какой-то дикий животный ужас. А парень, продолжая насвистывать песенку из позабытого детства, склонялся с кинжалом всё ниже и ниже.
— Состав, — потребовал Богатов. — Что там?
Дима содрал скотч с лица, а Север, как зачарованный, сразу начал говорить:
— Состав алюминия идёт в Китай! — начал он. — Но он исчезнет. В Новозаводске состав заедет к элеватору по запасным путям, с него всё сгрузят на фуры и перевезут в другое место, потом всё понемногу уйдёт в Китай, но уже от нас! Четверть барыгам, четверть ментам и таможне, четверть Захару, и четверть Крюкову с Гошей! Без них не выйдет, а пока они тут стреляются, груз пострадать может. Или перехватит его кто. А если дело пойдёт, ещё составы будут!
— Не особо много выходит, — Богатов замер, подсчитывая. — Хотя, если четверть ментам, четверть барыгам, а половина нам, выходит неплохо… когда?
— Не знаю! Б** буду, не знаю!
— Выясним, — Богатов поднялся. — Ладно, Димка, они твои.
Богатов закурил и вышел, не обращая внимания на крики. Димка вообще ни с кем не говорит кроме Богатова, так что новость о составе теперь знает только майор.
— Что останется от них, Захару отправьте. Пусть обратно валит, — приказал он автоматчику, стоящему снаружи, выбросил сигарету и добавил, но уже очень тихо. — А состав этот мы и без него оформим.
— Какой состав? — спросил автоматчик, стоящий снаружи.
— Да я так, вслух мыслю. Заговариваюсь, сам знаешь.
Глава 19
— Лёня, пока ты не уволился, — сказал я, когда мы уже отъезжали от Читы на его Уазике. — Надо мне охотничий сделать, к Петровичу с тобой сходим. Мало ли, пусть пушка дома будет легально. И про себя не забудь. Фирма оплатит.
— Да чё, сделаем, — Лёня пожал плечами. — Себе тоже сделаю.
— А сейфы дома нужны сейчас? — я задумался. — Для ружей? Или ещё нет?
— Говорят, не нужны, — Женя тоже пожал плечами. — Хотя где-то написано, что нужно. Кто их знает? Надо спрашивать.
— Ну да, а у тебя же вообще сейфа для ружья нет.
Хотя Женя вполне себе хранит стволы в подполье. Хоть перепрятал тот калаш. Я напряг память, вспоминая беседы с юристом и его помощниками. По новому закону гражданское оружие должно было хранить особым образом. Только, кажется, в законе забыли прописать, как именно это нужно делать. Думаю, пара лет в запасе ещё есть, пока там не очухаются. Просто, когда у меня на руках такая сумма денег, надо придумать, где её хранить и как защищать.
В банк я это точно не понесу. Во-первых, докажи, что они к тебе попали законно, во-вторых, ещё потом забери назад. Через год, в 98-м, этот вопрос будет стоять более остро, но надо думать об этом уже сейчас.
Пока же придётся разделить всё на части и хранить отдельно друг от друга. Возьму себе ружьё, моссберг как у Жени, пока помповые разрешают покупать без дополнительных условий. Дедова вертикалка хорошо, но лучше что-то другое. Охотники мы, ничего не скажешь, с помповыми ружьями.
— Кстати, — Женя повернулся ко мне. — А когда пушки будем для ЧОПа получать?
— Когда будет план охраны объекта, — ответил я. — Ни одного лишнего ствола мы не получим. А с личными ружьями нельзя. Рано или поздно начнут проверять.
— Кстати, — Лёня задумался. — А не ты ли говорил, что мне после милиции год нельзя работать в охранном агентстве?
— Слушай, я спрашивал юриста по этому поводу, — я сел поудобнее. — Говорит, если ты не занимался контролем за их деятельностью, то спокойно можешь переходить ко мне, как уволишься. Сразу.
— Ещё бы уволиться, — опер вздохнул.
— Волк, — не успокаивался Женя. — А какие тачки у нас будут?
— Ну ты спросил, — я задумался. — Для работы, наверное, новенькую девятку… или какую-нибудь иномарку в хорошем состоянии. Ещё подумаем все вместе.
После разговора с Белоглазовым мы заехали в охотничий магазин, набрали ещё газовых баллончиков и прочего, что можно покупать без лицензий. Надо использовать всё доступное вооружение. Ну и забрал фотки в фотосалоне неподалёку, которые просил проявить Кирилл. Больше в Чите пока делать нечего. Да и лучше не отсвечивать тут лишний раз, всё же амурские наверняка ищут, кто прибил их бойцов. Мы следов не оставили, но всё равно стоит перестраховаться.
Приехали в Новозаводск к вечеру и сразу свернули к частному сектору, где мы жили. Пришлось подождать, пока трассу переходило стадо коров. Вся дорога теперь заминирована, проехать сложно.
Лёня решил довезти нас до дома и только потом ехать в дежурную часть, возвращать тачку и отдавать документы. Заодно «обрадовать» начальника, что уходит. Долго ему придётся отрабатывать, но Лёня хотел уйди мирно, не хлопая дверью и оставляя контакты. Я с ним полностью согласен, ведь нам со здешней милицией ещё работать и работать.