Брак во имя Альянса (СИ)

       Для того, чтобы добраться до консульского модуля, мне пришлось сделать пересадку с одного транспортера на другой, но это же было и хорошо, потому что пришлось пересечь что-то вроде торговой площадки. Там я взяла стаканчик кофе. Первый же глоток скользнул вниз по горлу горячим солнцем, и, немного взбодрившись и повеселев, я уверенно шагнула в транспортер.
       Настроение слегка поднялось. Нет, конечно же, остались и убийство, и странное послание. Но сейчас, по дороге на новую работу, я и ломать себе голову не хотела, что за неизвестный доброжелатель завелся у меня на «Содружестве». Откуда-то появилась уверенность, что все разрешится наилучшим образом, и что блажь медиума никто не примет всерьез. Эта уверенность была окрашена в светлые тона, чудным образом будила воспоминания о восходе на пляже, когда мы с Алексом ночевали в палатке и всю ночь то занимались любовью, то рассматривали созвездия сквозь прозрачный потолок. Удивительно, что эти воспоминания не нагнали тоски, и я подумала, что, возможно, это и есть первый шаг к исцелению. Я больше не буду бояться, и больше не буду плакать оттого, что постепенно забываю лицо любимого.
       Так, с улыбкой и недопитым кофе, я и вошла в святая святых «Содружества» - консульский модуль.
       Снова оказалась в империи, но уже не удивлялась. Глаз привык и к белым стенам, и к карнизам с позолотой, и к цифрографиям известных картин – да таким точным, что, казалось, это должны были быть оригиналы. Правда, я точно знала: оригиналы сюда не привезут. Они слишком хрупки и ценны, чтобы притащить их на космическую станцию.
       В консульском модуле было людно: туда-сюда сновали миловидные девушки, столь же миловидные, но очень серьезные на вид мужчины. Я спросила, где могу найти консула – и мне указали на коридор, в конце которого было видно открытую дверь. Я, все еще улыбаясь, прошла туда: стоя у стенной ниши, консул Фирлэйм возился с автоматом, выдающим кофе, и снова был похож на очаровательного волшебного принца.
       Увидев меня, он тоже улыбнулся, приветственно кивнул.
       - Доброе утро, Марго! Вы уже и кофе прихватили, но не советую. На той площадке, через которую вы переходили между транспортерами, совершенно его не умеют варить. А вот этот аппарат делает это просто идеально.
       - Спасибо.
       Я окинула взглядом консула. Конечно, нежно-голубой камзол он сменил на строгий темно-серый костюм-двойку, но, пожалуй, больше ничего не изменилось: слегка вьющиеся волосы, бархатный взгляд, благородное лицо. Точно! Куда больше ему подошел бы не этот строгий, выдержанный в имперском стиле кабинет, а один из древних замков, где даже камни дышат романтикой ушедших веков.
       - Ваше рабочее место, - Фирлэйм указал мне на большой стол, разумеется, белый, - документы в шкафу, - тут же указал на забранную зеркалами нишу, - через час совещание, вам нужно там быть.
       Я поставила кофе на приятно-шершавую столешницу, огляделась. Кабинет мне понравился – светло, просторно, и даже зеленый пухлый кактус на полочке. Интересно, мне в самом деле придется работать с бумажными копиями документов? Или все-таки в зеркальном шкафу хранятся подключаемые модули данных?
       Фирлэйм тем временем дождался кофе, и, подхватив ярко-желтый пластиковый стаканчик, уселся за свой стол – в углу кабинета. Достал из ящика несколько модулей и, подключив их к сети, закрыл глаза. Это всего лишь значило, что у него в глазах стоят такие же импланты, как у меня – и что таким образом он попросту читает.
       - Простите, консул Фирлэйм…
       Приоткрыл один глаз и лениво посмотрел на меня.
       - Артус, Марго. Здесь, когда мы одни, можете звать меня Артус.
       Я кивнула и продолжила:
       - Артус… что-нибудь выяснили по поводу вчерашнего?
       По идеальному лицу Фирлэйма скользнула тень.
       - К сожалению, ничего. Но совещание как раз и будет посвящено нашим возникшим недавно проблемам.
       - А вы… что вы написали тому медиуму? – тихо спросила я.
 
       - Вот сейчас и будем решать, что ему написать, - невозмутимо ответил Фирлэйм.
       А я почувствовала укол страха. Ощутимый. То есть, выходит, девиранину до сих пор не отказали? И его бредовое предложение даже не признано таковым? Я невольно поежилась. То, что Фирлэйм ему ничего не ответил, было дурным знаком, потому что, значит, Фирлэйм думает. Но о чем тут думать?
       - Я отказываюсь идти замуж за представителя чужой цивилизации, - сказала я, - и вы не имеете права отдать меня ему против моей воли. Это прописано в законах Альянса.
       - Успокойтесь, Марго, - в голосе Фирлэйма появились снисходительные нотки, - никто против воли вас замуж не выдаст и на чужие корабли не увезет.
       - Тогда зачем… что-то еще решать? Почему нельзя было ответить сразу?
       Фирлэйм провел ладонью над модулями памяти, отключая трансляцию, и хмуро посмотрел на меня.
       - Потому что, Марго, девиранин имел наглость разослать свое предложение еще ряду лиц, заинтересованных в нашем сотрудничестве. И теперь я не могу принять решение единолично, теперь нужен кворум и консенсус, если, конечно, эти термины вам о чем-то говорят.
       Я вздохнула и потупилась. Мне не хотелось злить начальника в первый же день работы, но – как тут не злить, когда речь идет о моей жизни?
       - Я надеюсь, у этих лиц, заинтересованных в сотрудничестве, будет достигнут консенсус по поводу того, как далеко послать медиума Аэдо, - заметила я.
       - Не волнуйтесь, все будет хорошо, - равнодушно ответил Фирлэйм и, снова проведя ладонью над модулями, углубился в чтение.
       Что ж, наверное, и мне было нужно начать работать.
       Я проверила должностную инструкцию. Утро начиналось с разбора корреспонденции, стандартная ежедневная процедура. Подошла к зеркальному шкафу, достала модули, помеченные буквой «Э», мелькнула мысль, что все-таки Фирлэйм посадил меня на место убитой Эрлы, и с головой погрузилась в чтение писем.
       И чего тут только не было!
       Отчеты, отчеты, бесконечные отчеты, присылаемые потребителями той информации, которую девиране добывали из даториума. Я подивилась тому, насколько всеобъемлющей была эта информация, она охватывала столько никак не связанных друг с другом областей, что казалось невероятным, что все это откопали на том объекте, что скрутился лентой мебиуса и висит себе на границе Альянса. Однако, все обстояло именно так, и я в который раз пожалела о том, что ученые Альянса так и не нашли ключа к расшифровке материи даториума. Тогда никакой торговли не было бы с девиранами, а объединенные военные силы наверняка бы нашли способ, как справиться с чужими кораблями. Но – что есть, то есть.
       Кто-то аккуратно потрогал меня за плечо, я вздрогнула и с удивлением уставилась на Фирлэйма.
       - Марго, время, - он постучал ногтем по экранчику наручного хронографа, - идем, нас уже ждут.
       Я кивнула, отключила модули и поспешила за ним. Надеюсь, совещание будет недолгим, потому что консула Фирлэйма попросту засыпали корреспонденцией, а мне ее нужно было рассортировать и провести статистический анализ затронутых предметных областей, построить диаграмму, которая бы наглядно демонстрировала, сколько отчетов по каждой области прислали. Уже на пороге зала совещаний я подумала, что неплохо бы подключить модуль автоматического аннотирования, но – это я сделаю после совещания.
***
       Мы вошли в круглую хорошо освещенную комнату без окон. Центр ее занимал стол в форме бублика, и за ним уже разместилось пятеро незнакомых мне мужчин. Все они были… очень разными, но при этом самыми обычными на вид, в штатском. Один показался мне до прозрачного бледным и светловолосым, другой – наоборот, смуглый колобок с черными глазами-бусинами. Ну, а трое остальных казались неприметными и незапоминающимися. Люди и люди, ничего особенного.