Морские волки. История викингов
Единственным лучом надежды, озарившим для парижан эту мрачную зиму, стало то, что Сигфред в конце концов одумался. Его попытка повторить знаменитую осаду Парижа, предпринятую Рагнаром Кожаные Штаны, обернулась лишь фарсом. Он благоразумно рассудил, что нет смысла сидеть под неприступными стенами и ждать, пока добыче взбредет в голову сдаться самой. Придя к выводу, что вся затея с осадой с самого начала была дурацкой, он согласился отступить, приняв смехотворно маленький выкуп – всего шестьдесят фунтов серебром, в сто раз меньше, чем когда-то получил Рагнар.
Однако отступление Сигфреда не означало немедленного прекращения осады. Ведь он был всего лишь одним из многих вождей, и далеко не все викинги согласились с его решением [94]. Осада продолжалась до октября, когда, наконец, до парижан докатились слухи, что Карл Толстый выступил им на помощь со всей императорской армией. Надежда придала им отваги, и защитники города сумели отразить последнюю массированную атаку викингов, которые тоже узнали о приближении Карла и заторопились взять город, пока еще была возможность.
К тому времени, как император добрался до Парижа, под его стенами оставалось уже не так много северян. Императорские войска без труда вошли в город и окружили лагерь противника. Ничто не мешало Карлу покончить с захватчиками одним ударом – но, к изумлению парижан (а возможно, и самих викингов), он предпочел открыть переговоры.
Военачальник из Карла был никудышный, а в Бургундии у него имелся мятежный вассал, которого никак не получалось усмирить. И вот, наконец, Карлу представился случай убить одним выстрелом двух зайцев. Он предложил викингам беспрепятственно переправиться через Сену, чтобы те отправились в Бургундию и разграбили ее в свое удовольствие, тем самым наказав непокорного вассала. Затем они должны будут покинуть земли франков, получив от императора семьсот фунтов серебром.
Узнав об этих условиях, жители города пришли в ярость. Парижане пожертвовали всем, чтобы выполнить свой долг перед императором и защитить проход в глубь страны, а теперь император сам отдает врагам именно то, чего они добивались! В знак протеста они отказались подчиниться условиям договора и перекрыли реку, так что викингам пришлось протащить свои корабли волоком в обход блокады.
Должно быть, Карлу казалось, что он поступил очень умно, однако его расчеты провалились с треском. Многие викинги не сдержали слова и принялись разорять императорские земли. Через три года Карл был свержен, а парижане выбрали новым королем графа Эда, руководившего обороной города во время осады.
Между тем Роллон со своим отрядом продолжал грабить Бургундию и накопил немалое богатство. Как ни удивительно, поражения он терпел только от рук священников. В 910 году один местный епископ прогнал его из захваченного города, собрав ополчение. На следующий год Роллон попытался напасть на город Шартр в Северной Франции, но застать добычу врасплох у него не вышло: корабли Роллона, шедшие по Луаре, были замечены на подходе к городу еще за несколько дней, и епископ Шартрский успел подготовить оборонительные отряды.
Опасаясь, что город не выдержит осады, защитники решили дать викингам бой перед стенами Шартра. В этом сражении Роллон почти взял верх, но епископ и тут увел у него победу из-под носа: наблюдая за битвой с городской стены, он подал сигнал, и из ворот хлынула целая орда вооруженных жителей Шартра. Благодаря численному превосходству горожане переломили ход сражения и к ночи окружили викингов на холме к северу от города.
Сражаться ночью в Средние века мало кто рисковал: отличить своих от чужих в темноте было почти невозможно. Поэтому франки благоразумно отступили в свой лагерь, выставив часовых для того, чтобы викинги не проскользнули под покровом ночи. Но, как оказалось, именно на это Роллон и рассчитывал. Викинги, не в пример прочим, часто атаковали врага после захода солнца, нанося точные, заранее спланированные удары, сея панику в рядах неприятеля и отступая на исходные позиции. Роллон прождал почти до рассвета, чтобы все, кроме часовых, уснули, а затем отправил нескольких человек прямо в гущу лагеря франков. По сигналу они принялись дуть в боевые рога, как будто сражение уже шло полным ходом. Полуодетые франки выскочили из палаток и в панике заметались по лагерю, а Роллон, воспользовавшись смятением врага, повел свой отряд к кораблям.
Так викингам удалось добраться до берега Луары, но взойти на корабли они не успели: франки опомнились и уже гнались за ними по пятам. На ходу сменив тактику, Роллон приказал своим воинам перебить всех вьючных животных, какие имелись в отряде, и сложить стену из мертвых туш. Когда подоспела конница франков, их лошади почуяли запах крови и уперлись. Так Роллон выиграл немного времени, но это был еще не конец. Франкская армия под началом короля Карла Простоватого, подоспевшая к месту сражения, перекрыла викингам отходной путь, и те оказались в ловушке. Выбор был невелик – или погибнуть в сражении с императорской армией, или умереть от голода. Но вместо того, чтобы атаковать северян, король внезапно предложил им мир на исключительно выгодных условиях.
К тому времени Карл возглавлял Западно-Франкское королевство уже более десяти лет. И вопреки своему прозвищу, он был далеко не глуп [95]. Он понимал, что бесконечные попытки откупиться от викингов серьезно истощили их казну: в руки захватчиков перешло уже около трети всех монет, отчеканенных во Франции, а общая сумма выкупов составила более ста двадцати тысяч фунтов серебром. Средств на ведение полноценной военной кампании не оставалось, да и Карл прекрасно осознавал пределы своих возможностей. Уничтожать отдельные отряды врага в открытом бою – это одно дело, но положить конец непредсказуемым и молниеносным набегам, которыми викинги терзали всю страну, – совсем другое. И Карл решил, что необходимо сосредоточиться на обороне внутренних областей, а охрану берегов препоручить кому-то другому.
Это означало, что присутствие викингов на Сене следует не просто терпеть, но и поощрять всеми способами. Если удастся убедить северных разбойников, что в их же интересах – охранять побережье, а не грабить, то вся береговая линия королевства окажется под самой надежной защитой. А добиться этого можно было лишь одним способом: наделить викингов землей.
Примерно за двадцать лет до этих событий на такой же смелый шаг отважился Карл Толстый. Викинги уже более полувека разоряли Фрисландию и почти столько же держали ее под контролем, будучи правителями де-факто. Чтобы навести порядок на землях фризов, Карл Толстый вступил в переговоры с одним из предводителей викингов, Годфридом, и предложил ему во владение большую часть Фрисландии в обмен на согласие принять христианство. Годфрид согласился и был крещен, но отречься от Тора было не так-то просто. Вместо того чтобы заняться консолидацией вверенных ему земель и созданием единого государства, Годфрид отправился грабить Саксонию. А когда Карл Толстый напомнил ему о договоре, Годфрид лишь потребовал себе новые земли – виноградники на Рейне. Убедившись, что эксперимент провалился, Карл Толстый приказал убить Годфреда.