Я вылечу твою собаку
В свободное время я изучала сценарий. В фильме нас с Робертом звали Итан и Элли. Моя героиня — звезда местного шоу. Ее муж, мафиози по имени Люциус, жестко рулит бутлегерским бизнесом. На фоне гангстерского беспредела Люциуса и его братьев, под яркую феерию представлений зарождается наше с Итаном светлое чувство. Элли, выдрессированная тираном-мужем до уровня «мегастар», нуждается в любви и понимании. Когда зло переполняет чашу терпения окружающих, сверкающее кабаре превращается в руины не без участия очаровательных влюбленных. Но Итану и Элли не дано насладиться счастьем — девушка погибает. Сюжет не казался мне оригинальным, но лихие повороты делали его вкусным.
Меня ждали музыкальные номера. От счастья я парила над землей: мои танцевальные навыки будут наконец-то востребованы. Роберт играл роль врача труппы и в плане телодвижений был не так загружен. Эротических сцен в фильме я насчитала целых три. Бедный Леон!
В конце рабочего дня Уоррен представил меня одному из лучших хореографов в Штатах — Алексу Шеннону. Мастер шоу-балета добрался до студии к концу съемочного дня из-за задержки рейса в аэропорту. Он угрюмо обошёл вокруг меня и назначил репетицию на понедельник, в половине девятого утра.
Леон не звонил, и я сама набрала его номер.
—Привет!
—Привет, звезда моя!
—«Голубка» мне нравится больше. Как-то привычнее и роднее.
—Привет, голубка,— голос его стал чуть мягче.— Как прошел день?
Следующие пять минут я вываливала на мужа подробности самых ярких моментов, а он терпеливо внимал.
—Леон,— подошла я к щекотливой теме,— как ты смотришь на то, чтобы выбраться сегодня в клуб с нашими киношниками?
—С твоим британцем? Ты уж называй вещи своими именами,— усмехнулся Леон.
—И с ним в том числе.
—Не могу.
—Что тогда будем делать вечером?— язык не поворачивался сказать, что я пошла бы и без него.
Молчание в трубке.
—У меня завтра выходной. Какие будут предложения?— «Да ответь ты уже хоть что-нибудь».— Дорогой, ты слышишь меня?
—Да.
—Что-то случилось?
—Джил, понимаешь… В общем, я во Флориде. Меня не будет несколько дней,— неохотно признался супруг.— Ты можешь пойти одна. Я в курсе вечеринки. Твои вещи в гостинице: я примерно прикинул, что тебе может понадобиться. Если чего забыл, купишь или потом сама дома возьмешь.
Я была в шоке. К тому же не сразу поняла, зачем и куда он перевез мои вещи.
—Ты меня выселяешь, что ли?
Леон прыснул со смеху.
—Глупышка, какая же ты глупышка, Джил Берри. А что, уже пора?
—Леон!
—Джил!
—Я люблю тебя.
—До встречи. Будь аккуратна.
Леон отключился, а я стояла в растерзанных чувствах. Как сложно с ним разговаривать. Все время нужно думать, что и как сказать. Понять этого человека очень трудно. Особенно теперь, когда он кинул меня «поплескаться в дерьме».
Некоторое время я раздумывала, не поехать ли домой. Тонкий психолог повернул мои мысли в нужном ему направлении. Еще пять минут назад я горела желанием отдохнуть в клубе, а теперь меня терзали сомнения.
Экран телефона засветился. Звонил Роберт. Я не ответила. Глупо, конечно, прятаться, зная, что он, скорее всего, в соседнем трейлере. Звонок повторился. На меня накатила невероятная усталость. Я выключила звук на телефоне и рухнула на кровать. Как здорово, что здесь такая удобная и, на удивление, просторная кровать. Действительно, надо домой! Почитать сценарий, выспаться…
Я проснулась от того, что затекла рука. Роберт сидел около меня с зажатой между колен банкой кока-колы и играл в телефоне.
—Который час?— спросила я.
—Около десяти. Отдохнула немного?
—Да, спасибо. Как ты вошел?
Проспала меньше часа, а по ощущениям — всю ночь. Откуда такой теплый пушистый плед? Дорогой коллега позаботился?
—Через дверь.
Логично. Снова я ляпнула ерунду.
— Мы собирались пойти в клуб, если помнишь. Но ты спала так сладко, что я не стал тебя будить.
Роберт вытянулся рядом на кровати. Похоже, моим благим намерениям не дано осуществиться.
—Так как насчет сегодняшнего вечера?— промурлыкал он.
Наверно, я никогда не смогу привыкнуть к его близости. Взгляд, голос, прикосновения лишали меня воли. Конечно, прокляну себя если сдамся, но это будет потом. Я боялась думать не про завтра, а про то, что может случиться сейчас. Последней попыткой удержаться на плаву прозвучали слова:
—Я не могу…
Он истолковал их по-своему и выдохнул:
—Я тоже…
И проглотил мои терзания вместе с поцелуем. Нежным, долгим, будоражащим сознание. Роберт то шептал слова любви, то покрывал мое лицо поцелуями. Я слушала голос, льющийся как вишневый ликер, и сходила с ума от четкого британского выговора самого великолепного мужчины с берегов Туманного Альбиона. Плед улетел на пол. В одном шелковом халатике я оказалась беззащитной перед напором Роберта.
—Джил,— он завис надо мной, тяжело дыша.— Я люблю тебя. Что хочешь со мной делай.
Что я должна была ответить? Часть меня, самая уязвимая, наивная и жаждущая искренности, верила ему и хотела ответить взаимностью. И пусть для женщины, поклявшейся накануне в любви и верности другому, это было недопустимо и аморально. Я смотрела на Роберта широко открытыми глазами, надеясь, что он мне только снится.
Нравственные устои терялись на задворках сознания от прикосновения волшебных пальцев. Поцелуи и ласки казались невинной игрой. Явь превращалась в сказку. Но вот Роберт сжал мое плечо, и его рука скользнула под шелк белья, попирая последние границы. Дольше я не могла сопротивляться. Тело содрогалось от пульсаций. Между нами осталась только одежда Роберта.
Он сел, стягивая футболку. Я собрала остатки воли в кулак, вскочила с кровати и запахнула халат трясущимися руками.
—Стоп! Что мы делаем?— разрыдалась я, обессилено рухнув на стул перед туалетным столиком.— Пожалуйста, оставь меня!