Пируэты (не) для слабаков

–Со стороны озера есть вторая калитка… Кэнди, подожди!– Геля схватилась за голову: «Роман, конечно, подозрительный тип, но он владелец дома. Ещё не хватает неприятностей с законом».– Давай лучше позвоним Роману и договоримся о встрече.
–Давай,– кивнула Кэнди,– а он позвонит твоим милым знакомым. Ты как хочешь, а я на групповуху не подписываюсь. Дай мне блокнот из бардачка.
Геля тяжело вздохнула и выполнила просьбу подруги. Та выудила ручку из-под козырька и расчертила на чистом листе таблицу.
–Знаешь каких-нибудь соседей здесь?– спросила Кэнди, вписывая фамилии и номера телефонов в графы.
–Нет.
–Ну и ладно,– Кэнди подмигнула и, взяв рюкзачок с заднего сиденья, вышла из машины.
–Я не усижу здесь!– окликнула её Геля и выскользнула следом на улицу.
–Ну стой тогда!– оглянулась Кэнди и брелоком от сигнализации закрыла машину,– Только хотя бы за дерево спрячься. Здесь по обе стороны их предостаточно.
Геля тенью последовала за подругой и встала за сосной напротив дома родителей. Кэнди позвонила сначала один раз. Постояла пару минут, а потом настойчиво стала жать на звонок. Наконец калитка распахнулась, и Геля, зажав кулаком рот, скрылась за деревом. На пороге стоял Алекс.
–Здравствуйте,– услышала Геля голос Кэнди.– Я ваша соседка, Катя. Мы хотим делать асфальтовую дорогу на нашей улице и собираем подписи для подачи заявления в администрацию района. Вы наш новый сосед?
–Возможно,– недовольно ответил Алекс.– Что от меня нужно?
–Самую малость,– промурлыкала Кэнди.– Ваши фио и номер телефона. А когда мы напечатаем заявление, то еще ваша подпись.
Послышался шум мотора. Со скрипом тормозов из-за угла вырулила вишневая «девятка» иостановилась неподалеку от дерева, за которым спряталась Геля. Ей показалось, что она не вжалась в сосну, а, от страха закрыв глаза, стала ею. Из машины никто не спешил выходить.
–Записывайте данные хозяина, Кораблёв Роман Дмитриевич,– торопливо Алекс продиктовал номер телефона и вежливо добавил.– Я передам ему, что вы приходили. Он редко приезжает… Может оставите свой телефончик?
–Да я только данные собираю,– рассмеялась Кэнди,– А всей этой писаниной родители будут заниматься.
–А вы из какого дома?
–А вы приезжайте сюда почаще и узнаете,– кокетничала напропалую подруга.– Простите, у меня на кухне курица в духовке. Выскочила хоть пару домов еще обежать.
–Ну пока, соседка.
Раздались лёгкие удаляющиеся шаги и тут же захлопали двери машины.
–Алекс, здорово!
–А что за телочка?
–А это кто тут у нас прячется?
Геля похолодела. Она открыла глаза и встретилась взглядом с бритоголовым по кличке Винт. В два прыжка он оказался около нее.
–Алекс, к нам гости!– Винт вытащил Гелю из-за дерева.
Алекс расплылся в улыбке. Левая сторона лица его опухла, а под глазами отливали синевой фингалы.
«Нормально его Артур отделал. От меня сейчас мокрого места не останется!– ужаснулась Геля и глянула в сторону Кэнди, но та шла не оборачиваясь.– Дурища, сидела бы себе в машине. Кэнди, солнышко, ты ведь не бросишь меня?»
–Извиняться приехала?
–Типа того,– буркнула Геля.
–Эта с тобой?– кивнул Алекс в сторону Кэнди.
–Нет,– кровь предательски прилила к щекам Гели.
Алекс криво усмехнулся и окликнул Кэнди:
–Красавица, вернись, пожалуйста? Уточнить по поводу дороги надо.
Кэнди повернулась и показала жестом на себя.
–Да, ты,– кивнул Алекс.
–Только быстро.
Кэнди сняла рюкзак и, убрав туда блокнот, вернулась к калитке.
–Здравствуйте. Кораблёв кто-то из вас?– обратилась она к Винту и Корсе. Те недоуменно глянули на Алекса.
А Кэнди уже пожимала руку Геле.
–Привет… Геля, кажется? Ну как твой папа мог продать дом в таком сказочном месте?
Геля пожала плечами, ища глазами у Кэнди поддержки.
–У нас, кстати, шампура его остались. Тусовка такая понаехала, когда папе полкана дали! На четырех мангалах мясо жарили. Мужики перепились. Менты, чего возьмешь? Три дня потом дом отмывали с мамой.– Кэнди резко вынула руку из кармана и оттуда выпало несколько монет. Винт и Корса наклонились, чтобы поднять, а Кэнди оттеснила Гелю за свою спину.– Ой, спасибо, мальчики! Немецкие марки с поездки остались всё не выложу. Так вот, шампура… Сколько отдать не можем, шампура-то. Даже в багажник уже кинула, да все…
–Да не трындычи ты!– Алекс закатил глаза,– Голова раскалывается…
–Ой, я из деликатности ничего не сказала. Вы в аварию, наверное, попали! Но живы и слава Богу! А синяки пройдут,– всплеснула руками Кэнди и блеснула глазами в сторону Алекса,– Вам нужно сделать компресс из газеты. Или в аптеке купить свинцовую водичку, бодягу, развести до состояния кашицы, лечь… Только обязательно что-нибудь под голову постелите. Кашицу эту на синяк. И подержать.
Парни расхохотались, а Алекс схватился за голову и сквозь смех посетовал:
–Ты даешь, Катя, зае… заболтала будто лет десять вместе живем! У тебя же курица там вроде в духовке.
–Ой, точно, но я забегу еще. У меня свинцовая водичка есть. Геля, пойдем, шампура заберешь…
–Геля, стой!– опомнился Алекс.– Ты же сказала, что не знаешь её.
–Я сказала, что она не со мной,– Геля сжала в карманах кулаки, впившись ногтями до боли в кожу.
–Корса, сходи с девчонками,– многозначительно произнёс Алекс.
–Ой, у вас, наверное, фамилия Корсаков? Римский-Корсаков не ваш родственник? А зовут как?– переключилась Кэнди на белобрысого.
–Евгений.
Кэнди снова оттеснила Гелю и взяла Евгения под руку. Геле не верилось, что они так легко отделались и идут в сторону спасительной машины Осталось избавиться от белобрысого…
–Геля, вернись.
Геля взглянула на Кэнди, и та, закусив губу, кивнула.
    
Глава 18
Алекс привёл Гелю в гостиную, подошёл к столу и плеснул коньяка в стакан.
–Кто был тот парень?– Его жёсткий голос ударил наотмашь.
Перед глазами пронеслись два дня незабываемой любви.
–Мой жених.–Геля присела на широкий, как лавка, подоконник и с тоской уставилась во двор: «Влипла и только сама виновата!»
Винт загнал машину на газон и, открыв капот, с задумчивым видом уставился на двигатель. Геля вспомнила, как этот пыхтел над ней и с отвращением отвернулась. В гостиной было всё по-прежнему, но раньше дом родителей напоминал ей уютный терем. Добротный сруб, в котором зимойне холодно, а летом не жарко, отныне казался ей тюрьмой. Все приятные воспоминания оказалисьвытесненнымииз памяти чудовищным происшествием.