Софья. Другой мир

— Я, пожалуй, пойду за Надеждой. Помогу, — пробормотала она и быстренько ретировалась.
— Доброе утро, — не сводя с меня глаз, тихо произнес Михаил Потапов.
— Доброе, — прошептала я.
Быстро глянув в сторону открытой двери на кухню, Михаил сделал один большой шаг ко мне. Стоя близко — близко, он с нежностью в голосе и во взгляде сказал:
— Я навел справки, какую форму одежды предпочитает кондитер их императорских величеств. Привезли из Москвы только сегодня. Держи, это тебе, — вложив коробки мне в руки, он улыбнулся. Затем вновь бросил взгляд в сторону кухни. Внезапно нагнувшись, страстно поцеловал и спустя пару мгновений прошептал: — Люблю тебя. Порви их всех.
Голос отказывался слушаться. Сумев лишь кивнуть, я держала коробки и неотрывно смотрела на Михаила.
— Ты для меня была, есть и будешь самой лучшей на Земле, — тихо произнес он и, с сожалением отстранившись, громко добавил: — Желаю вам удачи и победы, Софья.
Резко развернувшись, парень, не оглядываясь, вышел. Оторопело смотря на дверь, я несколько минут стояла недвижимо. Губы горели, по душе теплыми волнами разливалось счастье.
Немного придя в себя, но все еще пребывая в мечтательной задумчивости, прямо с коробками направилась на кухню. Зайдя, тотчас увидела сидящую за накрытым столом Катерину. Вокруг нее хлопотала Надежда.
Аккуратно сгрузив коробки на пол возле двери, я села рядом с подругой. Заботливая экономка тут же поставила передо мной тарелку с ароматно пахнущей кашей. Медленно ей кивнув, я принялась неторопливо есть.
— Что там? — не выдержав, поинтересовалась Катенька.
— Одежда профессионального кондитера, — отложив ложку, посмотрела на подругу. — Представляешь, специально узнал, что носят имперские кондитеры и для меня из Москвы заказал.
— Молодец, Потапов! — одобрительно улыбнулась девушка. — Пришел, вручил, пожелал удачи и ушел… Высший пилотаж! — она озорно подмигнула и невозмутимо отпила ароматного напитка из изящной чашки.
— Ты сейчас о чем? — не сводя подозрительного взгляда с подруги, я не торопилась пить чай.
Аккуратно откусив маленький кусочек от восхитительной булочки, Катенька быстро его прожевала и, посмотрев на меня с укоризной, сказала:
— Ухаживает он за тобой очень красиво. Ты что, сама не видишь?
— А — а–а, ты об этом, — пробормотала я. — Ну да. Есть такое дело…
Вспомнив, как льнула к парню на нашем первом и пока единственном свидании, я неожиданно смутилась и густо покраснела.
— Да ла — а–адно… — озаренная догадкой, подруга посмотрела на меня с искренним изумлением. Бросив взгляд на копошащуюся у холодильника Надежду, придвинулась поближе. Понизив голос до шепота, спросила на ушко: — Вы встречаетесь?
— Вроде того, — покашляв, я поспешила сделать пару глотков обжигающе горячего чая. Посмотрев на меня долгим взглядом, Катенька вновь занялась своей булочкой.
Я прекрасно понимала, что подруга обижается. Сегодня мы полночи разговаривали по душам, и Катя, не таясь, искренне рассказала о себе все. Я же, внимательно слушая, тем не менее привычно о своей жизни не распространялась.
«Она со мной откровенна, а я… — вздохнула мысленно, прекрасно понимая, что даже под пытками никогда и никому не расскажу о своем перемещении из другого мира. — А вот про отношения с Мишей поделиться можно, — решила, делая очередной глоток. — Да только что тут рассказывать — то? Ну, общаемся. Поцеловались пару раз…»
— Госпожа, вы еще что — нибудь хотите? — нарушил тишину заботливый голос Надежды.
— Нет, спасибо. Все, как всегда, очень вкусно, — я неторопливо встала из — за стола. Взглянув на строгое лицо подруги, улыбнулась. — Мне надо померить костюм. Поможешь?
— Конечно, — довольно сухо отозвалась она.
Нагнувшись, я взяла коробки. Предав ту, что поменьше, Катеньке, направилась вместе с ней к себе в комнату. Положив упаковки на кровать, взглянула на сосредоточенное личико подруги и негромко сказала:
— Не сердись, Кать. Тут особо — то и нечего рассказывать. Сходили однажды на свидание. Общаемся по телефону. Сегодня первый раз за два месяца приехал.
— Ну ты даешь, — покачала головой девушка. — Я тут за тебя переживаю, волнуюсь, а оно вон что… — помолчав, она перевела взгляд на коробки. — Время идет. Тебе одеваться пора. Давай посмотрим, что принес?
Открыв крышку на самой большой коробке, я достала аккуратно сложенный брючный костюм бирюзового цвета. Ничуть не стесняясь подруги, быстро скинула домашнюю одежду и принялась одеваться.
Штаны идеально сели по талии. Они не были длинны или широки и абсолютно не сковывали движений. Рубашка навыпуск с рукавом три четверти и воротником — стоечкой застегивалась сбоку на четыре небольших черных пуговички. Застегнув их все, я энергично подвигала плечами. Нигде ничего не жало, ткань приятно прилегала к телу. Мне было комфортно и удобно.
Не скрывая довольной улыбки, достала из коробки длинный фартук в тон костюма с черной широкой полосой по одному краю. Завязав на животе симпатичный бантик, отошла от подруги.
— Как тебе? — я демонстративно покрутилась.
— Ты бесподобна! — искренне сказала та. Внимательно осмотрев меня со всех сторон, Катя задумчиво почесала голову: — Помнишь, да, что мои родные шьют одежду? — дождавшись моего кивка, она продолжила: — Так вот, могу уверенно сказать: костюм однозначно подгоняли тебе по фигуре. Интересно, откуда Михаил так точно знает твои размеры?
Лукаво улыбаясь, она очертила руками в воздухе женский силуэт и с явным удовольствием понаблюдала за тем, как румянец окрашивает мои щеки.
Смущенно кашлянув, я подошла к кровати. Открыв крышку на маленькой коробке, достала на вид очень удобные полуспортивные черные туфли на сплошной подошве. Обувшись, попрыгала, быстро прошлась туда — сюда по комнате.
— Странно… Мой размер, — пробормотала изумленно.
— И почему меня это совсем не удивляет? — звонко рассмеялась Катенька.
— Дурында ты, — тихонько сообщила подруге. Встретившись с ней взглядом, озорно подмигнула и показала язык.
Прищурившись, Катенька села на краешек кровати. Я же сняла фартук, туфли, затем аккуратно упаковала их в коробку в обратной последовательности, предусмотрительно переложив оберточной бумагой. Сходив в гардеробную, принесла плотный белоснежный пакет и принялась запихивать в него коробку.
— Сонь, — тихонько позвала Катя, — а вы с Потаповым целовались?
Замерев от неожиданности, я в первые мгновения не знала, что сказать. Медленно разогнувшись, все же ответила:
— Да.
Подавшись вперед, Екатерина смотрела на меня блестящими от эмоций глазами. Густо покраснев, она таинственным шепотом спросила:
— Каково это — целоваться с парнем? Сильно мокро? Носы не мешают?