Последний реанорец. Том VII

Что ж, пора. И да поможет мне Бездна!
Покажись алая дрянь!
Постулат реанорского берсерка…
Сила громового тела и духа моментально заструились по коже, а рокочущая и яростная молния с неистовым рёвом заполонила в радиусе нескольких десятков метров всю округу, отчего все столпы, сам Назаров и Кертайс мгновенно отшатнулись еще дальше.
Из тёмных закоулков памяти на поверхность мыслей стали медленно всплывать необходимые знания и навыки.
Пять неотложных заветов магии Реанора.
Представить. Возобладать. Принять. Обуздать. Приказать.
Приди и явись на мой зов, необузданная сила пространства. Я приказываю тебе…
Пространственные потоки Реанора… Эфир эспаса… Отблеск импета…
До поры до времен неподвижное тёмно-багровое вместилище вдруг неистово загремело и стало расширяться под натиском могущественной силы. Собственное тело внезапно начало давать слабину, не справляясь с выплеском энергии, а пробудившийся очаг в любой момент готов был взорваться от нахлынувшей силы. Вот только слава Бездне, что эфира в организме оказалось всего-навсего несколько крупиц.
В следующий миг потоки реанорской силы на моей ладони, что были прикрыты алой молнией, преобразились в грязно-серую субстанцию пространства и ловко проникли в разлом.
‒ Твою мать... ‒ вырвался изо рта облегченный хрип, а тело невольно пошатнулось от усталости. ‒ Сдохнуть можно! Уже и забыл какого это…
А теперь на всякий случай спецэффекты во избежание лишних вопросов.
Пиршество алой молнии Реанора…
Бесчинствующая молния, что заполонила часть пространства в форпосте с диким визгом и ревом спикировала сверху и несколько красочных, но слабеньких разрядов стихии атаковали формирующуюся трещину.
‒ ЗАХАР!!! ‒ заревел откуда-то сбоку раненым зверем Романов, наблюдая за происходящим безумием. ‒ Это ты называешь проверить свою мысль?! АТАКОВАТЬ ЕЁ?! Она ведь рвануть может, прямо к…Ох, чтоб меня Катаклизм задрал! Глазам не вер… ‒ вдруг выдохнул резко юноша, прервавшись на полуслове, а его расширившиеся глаза, как и глаза всех присутствующих вот-вот готовы были вырваться из орбит в любой момент. ‒ Твою жеж мать!..
А посмотреть в сейчас было на что. Сила пространства и эфира сделали своё дело как нельзя лучше. В следующий миг матово-светлый луч света, который охватывал целиком разлом с удушающим грохотом устремился ввысь, затем же под шокированными взглядами всех наблюдателей трещина, точнее будущие врата, стали становиться всё четче и, достигнув своих ожидаемых размеров, ослепительно вспыхнули, а сам луч выпускаемой энергии в это время начал медленно развеиваться на несколько километров прочь от эпицентра врат. Затем же тот стал оседать белесой дымкой и формировать уже знакомый блокирующий купол стигмы.
Тем не менее, не минуло и секунду, как реанорское чутье, будто взбунтовалось, предвкушающая улыбка самопроизвольно исказила лицо, а яростная молния от подступающего кровопролития затрещала еще безумнее.
‒ Роман Петрович, надеюсь, ваши люди готовы к неожиданностям? ‒ негромко обратился я к заметно озадаченному Назарову, однако мой голос услышали все. ‒ Остальные тоже будьте наготове, ‒ бросил я столпам и Кертайсу. ‒ У нас гости…
Последнее слово только покинуло мой рот, как вдох спустя раздался кровожадный и бешеный рёв множества тварей, а из самого зева врат на всём ходу стали выскакивать различные порождения Катаклизма, а точнее около семи стай анказов и несколько десятков ледяных бехемотов. Но это было не всё. Приближался еще кое-кто...
‒ Ну, коли так, ‒ зашептал я одними губами себе под нос, внимательно глядя на вырывающихся из врат чудовищ и неспешно вынимая из ножен джады. ‒ То почему бы и не развлечься с этим мусором пока не прибыл старый знакомый? Как говорит Лёня: «Чем черт не шутит?»
Пагуба дома Нор-Ата… Рассекающий Вал…
И ответом на мой вопрос был предсмертный визг сразу нескольких десятков уже знакомых тварей.
***
За все свои тридцать два года жизни Анастасия Морозова могла с лёгкостью сказать, что повидала не всё свете, но лицезреть успела, так или иначе, многое. Правда, чуть менее двух лет назад её мировоззрение, как и мировоззрение её друзей, стало рушиться и изменяться на глазах. А всё началось с безобидного появления в форпосте Шер-Дол двух самодовольных юнцов, которые умели раздражать лишь одним своим поведением и разговорами. Соловей и Кровавый Лазарь.
Один своими невероятными достижениями, сумасшедшими поступками мог вогнать в краску и шок любого. Правда, так или иначе, силу этого человека невозможно было не уважать, а второй оказался абсолютно неизвестной личностью, вот только именно от него при накатившей волне тварей она по-новому взглянула на использование своей стихии льда. Как оказалось эти двое умели не только красиво болтать, но и умело сражаться. Причем настолько умело, что в одиночку уничтожили несколько десятков мантикор.
Уже тогда в кругах столпов среднего поколения во время войны начали всплывать многие слухи. И чем больше проходило времени, тем сильнее рос как её шок, так и удивление знакомых уникумов. Эта странная парочка прямо на глазах писала свою историю.
Защита форпоста Шер-Дол. Сила Кровавого Лазаря. Странное и даже в чем-то новое использование магии Соловья. Их охота на враждебных изгоев, которая кроме страха и ужаса в душе недругов более не пробуждала ничего. Где массово умирали множественные изгои, там с легкостью орудовала эта неугомонный тандем. Умерщвление цербера. Откровение Ростислава Романова, что затронуло сердечные струны её души. И как итог случилось то самое событие, что смогло потрясти не только империю, но и весь мир. Явление Палача Империи и Камчатская бойня. Более полумиллиона живых существ были убиты руками одного единственного мальчишки. Но мальчишки ли? Потому как после всех историй и бесед с Ростиславом девушка перестала так думать.
Уже после оценки Анастасия вместе со своими друзьями усомнилась в собственных силах, но сомневалась она до тех самых пор, пока молодой князь Лазарев, а ныне еще и глава собственного рода прилюдно не свернул шею целому боярскому князю на дуэли. Именно тогда сомнения отступили прочь, и на смену им пришел поглощающий душу предательский страх. Теперь же глядя на всё происходящее перед глазами, а точнее на силу этого человека страх вернулся вновь.
Даже сейчас внимательно наблюдая за Романовым и Лазаревым, она понимала, что Ростислав неосознанно стал перенимать повадки своего друга. Потому как стоило Захару принять первый удар тварей на себя, как рядом с ним образовался сам цесаревич и тот самый незнакомец.
Битва оказалась долгой, а неизвестных тварей было множество и те нескончаемой рекой неустанно продолжали наступать. Правда, за такой битвой было наблюдать до смешного обидно. Большая часть чудовищ уничтожалась вездесущей и безжалостной молнией Лазарева и его техниками, смертоносным льдом Ростика и странной магией тьмы того самого незнакомца. Даже стеновики-военные и сам Назаров не успевал вовремя отдавать приказы, потому как твари в мгновение ока уничтожались у самих врат. Самой же троице столпов и остальным стражам не оставалось ничего больше, как брать на себя тех, кто просочился сквозь заслон магии этой троицы и магическую бомбардировку стеновиков.