Кто скорбит по Адонаю (ЛП)

– Мне не нравится, что у него постоянно меняется настроение. То он великодушный, то злой. Он может ее убить, если она попытается ему возражать.
– Да, – Кирк повернулся к Чехову. – Мистер Чехов, продолжайте наблюдение. С вами все в порядке, Скотти?
Инженер мотнул головой:
– Не знаю. Я весь горю. Внутри все жжет. Он забрал ее с собой?
– Похоже на то, Скотти.
– Капитан, его нужно остановить! Он ее хочет, он смотрел на нее.
– Мистер Скотти, лейтенант пошла с ним добровольно с целью побольше о нем узнать. Я понимаю ваше беспокойство, но она делает свое дело. Пора и вам заняться своим. Нам нужно установить, откуда он черпает энергию. У вас есть трикодер. Начинайте работать. И еще, не смейте оказывать ему сопротивление. Я не хочу, чтобы вас убили. Это приказ.
Скотти помрачнел и побрел вслед за Чеховым. Мак-Кой сказал:
– Джим, Скотти не верит в богов.
– Но Аполлон мог бы быть богом в прошлом.
– Вы так считаете?
– Боунс, что если пять тысяч лет тому назад группа высокоразвитых гуманоидов прилетела на Землю и приземлилась неподалеку от Эгейского моря. Простодушные греческие пастухи вполне могли принять их за богов. Особенно если они умели принимать другой облик и обладали огромными запасами энергии?
Мак-Кой задумался. Потом кивнул.
– Они похожи на людей: иногда великодушные, иногда мстительные. Возможно, вы правы. Но я предпочел бы, чтобы наша красавица была в безопасности на борту "Энтерпрайза".
Золотые сандалии Кэролин ступали по мягкой траве на поляне.
Мак-Кой назвал человека, идущего рядом с ней, обыкновенным гуманоидом. Воздух был наполнен щебетанием птиц. Ее рука покоилась в его руке. Он поднял ее к своим губам – они были такими теплыми. Сквозь пение птиц до нее долетал шум водопада. Кэролин Пэламас подумала: "Я и боюсь и не боюсь его. Как странно."
– Я знал многих женщин, – сказал он. – Смертных Дафну, Кассандру. Ни одна из них не была так прекрасна, как ты. Ты боишься меня?
– Я… я не знаю. Не каждый день слышишь такое от…
– От бога. Поверь мне.
Она решила сменить тему:
– Откуда ты знаешь о Земле?
– Ты ведь тоже ее помнишь? Земля – это и мой дом, я всегда с благоговением вспоминал о ней. Там было весело, были храбрые герои, прекрасные женщины.
– Ты так одинок, – сказала она. – Остальные, где все остальные? Гера, Гермес, твоя сестра Артемида?
– Они унеслись к звездам на крыльях ветра, – ответил он.
– Ты хочешь сказать, что они умерли?
– Нет, мы, боги, бессмертны. Это Земля умерла. Ваши отцы отвернулись от нас, и мы превратились в воспоминания. Бог не может быть воспоминанием. Нам нужно, чтобы нам поклонялись, любили.
– Ты действительно считаешь себя богом?
Он рассмеялся.
– Это уже вошло в привычку. Но отчасти это правда. Жизнь людей зависела от нас. Когда люди отвергли нас, мы могли спуститься с Олимпа и уничтожить их. Но мы не захотели убивать. Поэтому мы вернулись к звездам.
Его голос дрогнул.
– Те, кто любил нас, уже давно ушли. Мы ждали тысячи лет, без поклонения, без любви.
– Но ты говорил, что боги не умирают.
– Гера ушла первой. Она встала перед храмом, и ветер подхватил ее, она становилась все легче и легче и наконец исчезла совсем. Даже боги не всегда могут вернуться назад. – Он помолчал, затем повернулся к ней. – И вот пришли вы, – сказал он.
Легкий ветер шевелил траву у его ног. Его взгляд о многом говорил ей. И ей было приятно это. Внезапно ее охватила непонятная тревога.
– Я знал, что вы когда-нибудь отправитесь к звездам. Из всех богов я один в это верил. Я ждал, когда вы придете в храм и сядете рядом со мной. Я был так одинок.
Она ничего не ответила.
– Зевс, – сказал он, – взял Латону, мою мать. Она была смертной, как ты. Он взял ее, чтобы заботиться о ней, охранять ее, любить.
Он обнял ее, но она прошептала:
– Нет, нет, только не сейчас. Я… ты так добр ко мне и так одинок. Мне жаль тебя, но… Но я не знаю. Я…
– Я ждал пять тысяч лет.
Он поцеловал ее. Она слегка отшатнулась, и он выпустил ее.
 
– Я подожду, пока ты успокоишься. Храм недалеко.
Он наклонился и поцеловал ее в лоб, затем повернулся и пошел вверх по склону. Она смотрела ему вслед. По ее щекам текли слезы. Что-то должно произойти. Кто скажет, что ее ждет? Между тем птицы умолкли и тени стали длиннее. Она подождала еще немного и пошла вверх за ним к храму.
Кирк, Скотти, Мак-Кой и Чехов в это время осматривали территорию вокруг храма. Она услышала, как Чехов крикнул Кирку:
– Капитан, мой трикодер реагирует на какой-то источник энергии.
Она была рада, что Скотти смотрел сейчас на землю.
– Капитан, я не могу определить его точного местонахождения.
– Зато похоже, что Аполлону это удается, мистер Скотти. Он подзаряжается именно от него. Но каким образом?
– Электрический угорь тоже умеет генерировать энергию и управлять ею без вреда для себя, – сказал Чехов. – А сухой червь на Атносе…
– Прошу вас, не надо перечислять все, что вы знаете, – взмолился Мак-Кой.
– Но капитан просил предоставить ему необходимую информацию, – невозмутимо ответил Чехов.
– Джим, Спок скоро совсем испортит этого парня.
– Мистер Чехов, вы считаете, что Аполлон питается энергией, разряжая ее через свое тело? – спросил Кирк.
– Похоже на то, сэр.
– Но мы не знаем, откуда он черпает энергию. Мы должны это выяснить, если мы хотим отрезать его от источника!
– Это необходимо сделать в первую очередь, – пробормотал Мак-Кой.
– Боунс, это все, что вы можете нам предложить?
– Да, правда, есть и еще кое-что. У нашего Аполлона имеется дополнительный орган. Понятия не имею, какие функции он выполняет.
– Дополнительный орган? Боунс, есть ли хоть малейший шанс…
– Капитан! – крикнул Скотти.
Неожиданно Аполлон появился на ступенях храма. Кирк направился к нему.
– Где лейтенант Пэламас?
– С ней все в порядке.
– И все же я хотел бы знать.
– Пусть вас это больше не волнует, капитан Кирк.
– Ты, варвар проклятый, что ты с ней сделал? – закричал Скотти.
Кирк не успел его остановить. Скотти схватил камень и бросился на Аполлона. Тот поднял руку, и из его пальца вылетела синяя молния. Скотти подлетел вверх и плашмя упал на землю, камень выпал из его руки и покатился вниз по склону холма.