Босс под елкой

— Нор, ты заслужила, — поддержала наша вторая переводчица, знаток восточных языков, худенькая и темноволосая Айко — наполовину японка, — ты столько вкалывала на этой работе, я же тебя с первого курса универа помню ещё в канцелярии на подхвате. Ты человечек дела.
Только вторая переводчица с итальянского — та самая, за которой я всегда молча исправляла ошибки, недовольно проворчала что-то про зажравшихся и понаехавших — и удалилась, цокая каблуками. Ну, насильно мил не будешь!
Улизнуть я и в тот день, и в другой с работы старалась как можно раньше — ради этого и приходила рано — лишь бы не пересекаться с Чезом! Я читала его сообщения, видела пропущенные вызовы, но… что-то как комом стояло в горле, мешая мне сделать шаг навстречу. Даже когда я уже переехала в соседний с ним кабинет на одном из последних этажей нашего здания.
Может, мне было страшно, что новогодняя сказка развеется? Что теперь итальянец окажется совсем не таким, каким я его себе вообразила? Одним словом, Новый Год приближался скоростным паровозом, а мы с начальством ходили вокруг да около.
Вот только, понятное дело, что так долго продолжаться не могло. И, опять-таки, понятное дело, что настоящие мужчины в наступление всегда переходят первыми! Поэтому, можно сказать, что я почти не удивилась, когда обнаружила у себя на пороге кабинета босса.
Чез был, как и всегда, великолепен. Темные брюки с искрой, бордовая рубашка, неизменно-волшебный галстук, расстегнутый пиджак и виднеющиеся на рукавах мерцающие запонки… Интересно, это случайно не бриллианты? Босс молча закрыл за собой дверь. Провернул защелку, подергал ручку, удовлетворенно вздохнув, и стал надвигаться на меня.
— Чезаре? Господин Нери? — попробовала ещё раз.
Темные глаза сверкают, черные чуть вьющиеся кудри, снова эта легкая выверенная небритость, пристальный прищур и очень, ну очень предвкушающее выражение лица. Ну ты и влипла, Романова!
— Нора Андреевна, — вдруг заговорил, остановившись от меня в двух шагах мужчина, — скажите мне вы, чем я заслужил такое к себе отношение и ваше игнорирование моей персоны вне пределов работы? Я обидел вас, приняв решение о вашем назначении за вашей спиной? О том, что вы работаете в моей компании, как и о том, что я ваш начальник, мы оба никак не могли знать…
Уууу, merda! Idiota vera! Вот сейчас мне стало по-настоящему стыдно. Вроде бы и бывают у девушек милые сердцу заскоки, но ведь Чез действительно ни разу в жизни не сделал мне за все время знакомства ничего плохого — скорее, наоборот.
— Чез… — кажется, я покраснела. — Чезаре, извини…те…
— Тц… — фырк.
— Извини, — поправилась я, — просто… я растерялась. И от того, что ты оказался нашим боссом, и от того, что ты был таким… идеальным, понимаешь, — мои щеки против воли загорелись. — А босс и сотрудница компании — это прямо служебный роман в худшем виде. Обычно из таких не выходит ничего хорошего. Честно говоря — признаюсь на духу, — я даже уволиться подумывала.
Меня выслушали самым внимательным образом. Даже покивали задумчиво, словно что-то там у себя в голове укладывая.
— Нора, — вздох. Стремительный бросок вперед. И меня уже прижимают к горячему мужскому телу, — я-то всерьез думал, что что-то серьезное. Что ещё каким-то образом тебя обидел или оскорбил. Глупа-глупая птичка… неужели ты думаешь, что я действительно подписал бы твое заявление об увольнении? — Чез вздернул бровь.
А потом обхватил мое лицо руками — и поцеловал. Сладко, нежно, страстно. Настолько невыразимо ярко передавая свои чувства, что вздрогнула, тая в очередной раз в его руках. Что я взлетала все выше и выше, рассыпалась от этих прикосновений, от этой нежности, восторга, сладкого вдохновения, свернувшегося в груди клубком жара…
Мы отлипли друг от друга, тяжело дыша.
— Теперь, наконец, мы прояснили тот момент, что мое отношение к тебе никак не поменялось, Нора? — Чез был смертельно серьезен.
Мужчина аккуратно сжал мои ладони в своих, словно грея, и от этого жеста по душе словно мягкой лапкой провели.
— Чез я… — хотела сказать, что понимаю — мужчинам нужно нечто куда большее, чем поцелуи, вот только я так пока не могу, несмотря на то, что за наше короткое знакомство умудрилась почти влюбиться.
— Ничего не говори, — меня снова обняли, просто молча и крепко прижимая к себе. От Чеза пахло лимоном и почему-то мятой, — услышь меня тоже, наконец, Нора, — теплые пальцы зарылись в волосы, портя прическу, — я не маленький ребенок или капризный подросток. Я умею держать штаны застегнутыми и точно знаю, чего я хочу. И кого, — бархатный хриплый шепот пронзил тело насквозь. — Я не отступлюсь и тебе отступить не позволю. Но буду ждать ровно столько, сколько нужно. Я не унижу свою женщину глупыми изменами.
У, scema! Нельзя быть таким идеальным. Это вообще что-то запредельное, надо щипать себя покрепче! Не иначе как сплю!
— Но уйти мне все-таки придется, — говорю упрямо, — если ты все-таки решил, — мой голос подрагивает, — что… что мы будем… — как у меня язык не отвалится это сказать вслух? — парой. Будем встречаться… работа все испортит, — говорю убежденно.
— Откуда такие познания, птичка? — говорит Чез уже без улыбки.
Вздыхает и садится своей великолепной попой прямо на мой стол.
— Так вот, Нора-птичка, не стоит пытаться меня убедить, что работа — причина всех бед человеческих. Я взрослый мужчина, который умеет отделять личное от общего, ты взрослая и разумная женщина. Мы знаем, как и когда можно себя вести, а как нельзя. Я не дурак, Нора, я ведь смотрел за тем, как ты ведешь себя на работе… и теперь точно знаю — тебе можно доверять. Ты не потеряешь голову, не будешь мной манипулировать, не станешь пользоваться служебным положением. Ну а я, — жестко заметил Чез, — на работе тоже занимаюсь именно работой, а не чем-то другим. В основном, — хохотнул — и щелкнул бессовестно меня по носу.
— Думаешь, все вот это действительно возможно? Софья вон до сих пор бесится при виде меня, — вырвалось невольно.
Бывшая начальница исподволь критиковала любое мое действие, что порой не могло не задевать.
— Софья Михайловна может молоть языком все, что угодно, но служебная проверка все еще идет. И кто знает, какими будут её итоги, — задумчиво заметил Чез, не сводя с меня лукавого взгляда.
Как будто уж он-то эти самые итоги уже прекрасно знал!
— Ты специально пришел сделать мне внушение и убедиться, что не сбегу? — невольно интересуюсь с улыбкой.
Я все ещё смущаюсь, но уже чувствую себя немного увереннее.
— Не только! — нахально хмыкает босс, а потом, как ни в чем не бывало, вдруг говорит: — Переезжай ко мне, Нора, а? Обещаю не приставать! Не рушь нашу легенду, не-вест-ушка! — произносит сложное слово с легким акцентом по слогам. — К тому же, — горячие руки снова обхватывают меня за талию и притягивают ближе, — нам стоит узнать друг друга получше…
— Но я хотела на Новый год съездить к родственникам и подругу ещё навестить, — вырывается у меня непроизвольно.